Чтение онлайн

– Понятно.

– Тогда иди. И спи богатырским сном. Выспись, чтобы завтра ни в одном глазу сна не было. А то я сонных мух не потерплю у себя на базе.

Что ж, делать нечего. Иван Иванович в первую очередь солдат. А главная обязанность солдата – выполнение приказов вышестоящего начальства. А генерал, это такое высокое начальство, что даже и подумать страшно.

Отдал честь Краснобаев товарищу генералу и вышел из его кабинета.

В приемной на крутящемся кресле сидела секретарша генерала прапорщик Любочка Иголкина и стучала на пишущей машинке.

– Какой симпатичный! – воскликнула она, увидев Краснобаева, и кокетливо посмотрела в зеркальце, поправила прическу и подкрасила губки. – А почему такой грустный? Что кукурузник тебе всучил наш генерал?

– Так точно, – вздохнул Иван Иванович и с тоской посмотрел в окно, мимо которого как раз пошел на взлет реактивный самолет МИГ-27. – Кукурузник. А вы откуда догадались, товарищ прапорщик?

– А это у нас такая традиция, – улыбнулась секретарша. – Василий Митрофанович всегда новичкам кукурузник дает. Для испытания на прочность.

Иван Иванович сразу выпрямился. Ага, так его просто испытывают! Это уже другое дело. На это он готов. У него запас прочности как у танка Т-84.

– Что же, полетаем на кукурузнике, – сказал он и встал по стойке смирно. – Родина всегда знает, где нас лучше всего использовать. Раз надо, значит надо.

Любочка даже зеркальце выронила, так на нее подействовал бравый вид Краснобаева.

– А вы кино любите? – спросила она, как только немножечко опомнилась.

– Люблю.

– А пригласите меня в кино. Сегодня в нашем клубе индийский фильм идет. В двух сериях.

Краснобаев строго посмотрел на секретаршу:

– Не время сейчас кино смотреть, товарищ прапорщик. Страда в самом разгаре. Битва за урожай идет. Жаркая битва. Вредители одолевают наши поля.

Мой кукурузник, то есть АН-2 весь в нетерпении.

Сказал он так и вышел, громко стуча по деревянному полу каблуками своих ботинок сделанных на московской фабрике «Скороход».

– Фи! – возмущенно фыркнула Любочка и снова стала печатать на машинке.

А Краснобаев пошел в общежитие военных летчиков, устроился в комнату, как ему приказал генерал Бочкин, и лег спать.

Все-таки он очень устал. Шутка ли? Всю ночь от волнения не спал, потом с бандитами террористами боролся, затем по городу гулял. Усталость накопилась и свалила Ивана Ивановича. Уснул он богатырским сном. Как ему генералом было приказано.

Так бы он до утра и проспал, если бы поздно вечером к нему в комнату не постучали. Встал Краснобаев, глаза протер, босиком пошел дверь открывать. Открыл дверь, а потом открыл рот от удивления.

Перед ним стояла Любочка Иголкина, смотрела на него огромными глазами и хлопала густыми ресницами. А в руках она держала две кастрюли и стакан компота. Да-да именно так. Две кастрюли. Одна побольше, другая на ней поменьше, а сверху стакан с вишневым компотом.

– Что такое? – пробормотал Краснобаев.

– Это я пришла, – сказал Любочка и вошла в комнату Ивана Ивановича. – Спите?

– Так точно, спал. А теперь вот…

– Что вот?

– Теперь вот проснулся.

– Вот и хорошо, – обрадовалась Любочка. – А то я пришла в столовую на ужин, смотрю, а вас нет. Я так и подумала, что вы спите. Не дело, говорю сама себе, без ужина человеку оставаться. Как-то он наутро самолет принимать отправится с пустым желудком? Верно подумала?

Краснобаев совсем растерялся. Стоит, сказать ничего не может. А Любочка уже стол накрывает. Достала салфетку, постелила ее, затем тарелки вынула, наполнила одну супом.

– Вот, – говорит, – рассольник. Кушайте на здоровье.

Тут у Краснобаева при виде дымящегося рассольника зверский аппетит проснулся. Сел он за стол, ложку взял и начал так есть, что только за ушами у него затрещало. А Любочка стоит, радуется, добавки ему подливает. Три тарелки супа съел Краснобаев.

– Теперь второе, – говорит Любочка и накладывает в другую тарелку макарон с котлетами.

Есть у людей слабости в еде. Почти у всех есть. У Краснобаева слабостью были макароны. Он их так любил, что готов был есть сколько угодно, где угодно и когда угодно. А уж котлеты он просто обожал, еще с раннего детства. Так что и второе он съел тоже две порции. Съел, даже вспотел от удовольствия. Сидит, отдышаться не может.

– Спасибо, – говорит, – товарищ прапорщик, за заботу.

Любочка смутилась, личико платочком прикрыла, руками замахала.

– Да что вы, да что вы! – кричит. И потом как воскликнет. – Ах!

Краснобаев даже испугался. Со стула вскочил.

– Что такое? – спрашивает.

– А компот? – говорит Любочка. – Вы компот забыли выпить!

– Компот? – засмеялся Краснобаев и погладил свой округлившийся живот. – Да он в меня и не полезет. Я так сильно наелся.

– Что же делать? – расстроилась Любочка. – Он такой вкусный.

– Вкусный?

– Вкусный.

– Тогда знаете что?

– Что?

– Выпейте его сами!

– Сама? – удивилась Любочка.

– Ну да. Я вас угощаю.

– Раз угощаете, тогда выпью. А то ведь отказываться будет невежливо. Не так ли?

– Конечно.

И Любочка Иголкина залпом выпила компот из высокого стакана. И губы у нее стали от компота еще краше. Краснобаев даже засмущался.

– А знаете что, – говорит Любочка. – Давайте все же куда-нибудь сходим!

Краснобаев смутился и покраснел как вареный рак.

– Куда же, – спрашивает, – мы пойдем? В кино?

– Нет, в кино мы уже опоздали.

Краснобаев облегченно вздохнул. Но Любочка загадочно улыбнулась и подняла вверх указательный палец.