Предпринимательство
Шрифт:
Телохранитель слегка поднял темные брови.
– До нас доходят жалобы даже из высших эшелонов.
– Эти болваны не видят дальше собственного носа!
– взорвался Липтон. Боятся, что электронная книга лишит их работы.
– В ваших выкладках предполагается ликвидация их мест, не так ли?
– Разумеется!
Внезапно прозвучал скорбный дребезжащий голос ГУ:
– И мы, оставшиеся в живых, обязаны продолжить дело павших...
– старик сбился на неразборчивое бормотание, затем отчетливо закончил: - Чтобы смерть их не прошла даром.
Словно Управляющего вовсе не было в комнате или, по крайней мере, на этом уровне реальности, телохранитель пустился в детальный анализ разработки электронной книги, причем именовал ее не иначе, как "проект Липтона".
Президент "Хубрис-Букс" чувствовал, что пот течет уже по ребрам; его руки тряслись. Стоя на дрожащих ногах, он отчаянно защищал каждый вложенный доллар.
Наконец телохранитель повернулся к ГУ, последний час сидевшему беззвучно и недвижно.
– Таково положение, сэр. Потенциал немалой прибыли, безусловно, налицо, однако при таких темпах стоимость проекта потянет вниз декларацию доходов всей корпорации.
ГУ сгорбился в гигантском кресле, медленно мигая водянистыми глазами.
– С другой стороны, - продолжал телохранитель, - все эти потери намного улучшат нашу налоговую ситуацию. Если мы не оставим проект, впереди по меньшей мере три года спокойной жизни.
Липтон хотел возмутиться, доказать, что электронная книга - отнюдь не хитрая уловка для уклонения от налогов, но голос ему отказал.
– Каково ваше решение, сэр?
– спросил телохранитель.
ГУ оторвал от стола дряблую руку и медленно сжал ее в кулак.
– К черту торпеды! Вперед на всех парах!
Результат
Мицуи Минимата затаил дыхание. В самых смелых своих мечтах он не
мог себе представить, что когда-нибудь лицом к лицу встретится во
дворце с Императором. И все же вот он, коленопреклоненный, стоит на шелковом коврике, на расстоянии вытянутой руки от Его Божественного Высочества.
Рядом с Мицуи, тоже на коленях, робко потупив глаза, находились глава "Канагава индастриз", вице-президент по новой технике и главный инженер завода в Намацу. Все были одеты в церемониальные кимоно бесподобной красоты - Мицуи не верилось, что такое чудо создано человеческими руками.
Императора, разумеется, окружали роботы: смертным не подобает касаться божественной особы. Кроме того, позволив роботам прислуживать себе, он подал япон-скому народу пример, как новейшее достижение техники должно войти во все сферы жизни.
Дрожащими пальцами Мицуи вложил первый промышленный образец книги в металлическую длань робота, стоявшего между ним и Императором. Робот с тихим шелестом повернулся и протянул дар Императору.
Император внимательно посмотрел сквозь стекла очков на маленький электронный прибор и взял его в руку. Ему, естественно, объяснили, как пользоваться книгой. Но на секунду Мицуи ужаснулся, что по какой-либо причине объяснение окажется не совсем понятным и Император ощутит неловкость, не сумев заставить книгу работать. В таком случае единственным выходом для изобретателя, разумеется, станет харакири.
После невыносимо долгого изучения нового предмета Император нажал на зеленую кнопку. Мицуи знал, что появится на экране: перечень всех книг и статей, написанных самим Императором по морской биологии.
Божественное лицо расплылось в счастливой улыбке. Улыбка ширилась по мере того, как Император одну за другой вызывал страницы своих работ. Наконец он засмеялся от удовольствия, и Мицуи понял, что в бренной жизни нет высшей награды.
Марк Москович сердито мерил шагами свою однокомнатную квартирку и спорил с изображением адвоката на телефонном экране.
– Это просто грабеж! Меня лишают моего собственного изобретения!
– кричал он.
Адвокат, в печальных глазах которого светилась безмерная усталось от окружающего мира, ответил:
– Приняв деньги, Марк, вы продали им права.
– Но они его губят! Три года - и до сих пор нет даже работающей модели, весящей меньше десяти фунтов!
– Тут ничего не поделаешь, - терпеливо повторил адвокат.
– Это их игра.
– Идея-то моя, мое изобретение!
Адвокат пожал плечами.
– Знаете, что я думаю?
– прорычал Марк, подскочив к экрану.
– У меня сложилось впечатление, что в "Хубрис-Букс" вовсе не желают успеха проекту. Они тянут специально, желая ославить идею и добиться того, чтобы ею никто больше не заинтересовался!
– Глупо, - возразил адвокат.
– Зачем...
– Глупо?
– взревел Марк.
– А в прошлом году, когда они стремились, чтобы экран на ощупь напоминал бумагу? А та бредовая затея с сотней экранчиков, которые можно переворачивать, как страницы? Глупо?! Это заговор!
После часа безрезультатного спора Марк в ярости и отчаянии отключил телефон. Он сидел, снедаемый желчной злобой, в своей однокомнатной квартирке, пока полуденное солнце не скатилось к горизонту.
Только тогда он вспомнил, что толкнуло его позвонить адвокату - посылка из Токио, от Мицуи. Когда ее принесли, Марк направился к телефону выяснить, как продвигается его дело против "Хубрис-Букс". Ответ, разумеется, был "никак".
С обреченным видом Марк вскрыл пакет - так осторожно, будто ожидал увидеть новорожденного котенка.
Новорожденный там был. Маленький электронный прибор, как и боялся Марк. Ни записки, ни карточки - ничего, кроме самой электронной книги.
Марк взвесил ее на ладони левой руки - чуть больше фунта, прикинул он. Под экраном располагались три кнопки, помеченные арабскими цифрами и японскими иероглифами. Он прикоснулся к зеленой, с цифрой 1.
На экране появилось улыбающееся - нет, сияющее!
– лицо Мицуи. Замигала оранжевая кнопка с цифрой 2. Марк коснулся ее.
На экране появилось аккуратно отпечатанное письмо.