Чтение онлайн

Кивнув, Линдрос поднял вверх большие пальцы.

– Похоже, мы попали туда, куда нужно.

Его охватила тревога. Становилось все более очевидно, что услышанный им рассказ соответствует истине. Вопреки всему, Линдрос до последнего надеялся, что это лишь выдумки, слухи, что он поднимется сюда и ничего не найдет. Потому что любой другой исход был просто немыслим.

Достав из подсумка на поясе два прибора, Линдрос включил их и поднес к кострищу. Одним из этих приборов был детектор альфа-частиц, другим – счетчик Гейгера. Он искал сочетание альфа- и гамма-излучений, надеясь их не обнаружить.

Оба прибора над кострищем ничего не зарегистрировали.

Линдрос продолжал искать. Используя кострище в качестве центра, он двигался концентрическими кругами, не отрывая взгляда от приборов. На третьем круге, метрах в ста от кострища детектор альфа-частиц ожил.

– Проклятие! – выругался себе под нос Линдрос.

– Нашли что-нибудь? – спросил Андерс.

Линдрос сдвинулся с радиуса, и детектор альфа-частиц тотчас же умолк. Счетчик Гейгера тоже продолжал хранить молчание. Ладно, это уже хоть что-то. На такой высоте альфа-излучение может исходить от чего угодно, в том числе и от самой горы.

Линдрос вернулся в ту точку, где детектор зафиксировал альфа-излучение. Подняв взгляд, он увидел, что находится прямо напротив входа в пещеру. Линдрос медленно направился к нему. Показания детектора альфа-частиц оставались постоянными. Затем, метрах в двадцати от входа в пещеру, они стремительно рванули вверх. Остановившись, Линдрос вытер с верхней губы капельки пота. О господи, он только что был вынужден признать, что в крышку гроба земного шара вколочен еще один гвоздь. И все же – пока что гамма-излучения нет. «Гамма-излучения пока что нет», – пытался успокоить себя Линдрос. Это хоть что-то. За эту надежду он держался еще двенадцать метров. Затем ожил и счетчик Гейгера.

О господи, гамма-излучение в сочетании с альфа-частицами. Именно та сигнатура, которую так надеялся не обнаружить Линдрос. Он почувствовал, как по спине побежала струйка пота. Холодного пота. Ничего подобного Линдрос не ощущал с тех самых пор, как впервые на оперативной работе убил человека. В рукопашной схватке, лицом к лицу, полный отчаянной решимости, как и его противник, прилагавший все силы, чтобы убить его. Подчиняясь инстинкту самосохранения.

– Свет. – Линдрос с огромным трудом выдавил это слово. Его голосовые связки застыли в смертельном ужасе. – Мне нужно осмотреть труп.

Кивнув, Андерс отдал распоряжение Брику, бойцу, который первым осмотрел пещеру. Тот зажег ксеноновый фонарь. Втроем они вошли в полумрак.

Неровный каменный пол пещеры не был покрыт ни опавшей листвой, ни слоем органического грунта. Массивные своды, казалось, физически давили сверху. Линдрос вспомнил то ощущение удушья, которое испытал, когда впервые вошел в гробницу фараона в недрах пирамиды под Каиром.

Яркий луч ксенонового фонаря играл на голых каменных стенах. В этом унылом окружении труп выглядел чем-то само собой разумеющимся. Брик перевел луч света, разгоняя тени. В неестественном пятне ксенонового света труп казался начисто лишенным живых красок: не человеческие останки, а зомби из фильма ужасов. Он лежал в позе полного умиротворения, словно отдыхал, но это ощущение опровергало аккуратное входное пулевое отверстие посреди лба. Лицо было отвернуто в сторону, словно убитый хотел оставаться в темноте.

– Это не самоубийство, тут никаких вопросов быть не может, – Андерс высказал вслух то, что явилось отправной точкой размышлений Линдроса. – Самоубийцы выбирают что-нибудь попроще: самый распространенный случай – пуля в рот. Этого человека убил профессионал.

– Но почему? – отрешенным тоном спросил Линдрос.

Командир пожал плечами:

– Имея дело с этими людьми, это может быть любая из тысячи…

– Назад, черт побери!

Линдрос заорал в микрофон так громко, что Брик, который медленно приближался к трупу, испуганно отскочил назад.

– Прошу прощения, сэр, – виновато произнес он. – Я просто хотел показать вам кое-что странное.

– Посвети фонариком, – распорядился Линдрос.

Но он уже догадался, что его ждет. Как только они вошли в пещеру, стрелки обоих детекторов принялись выделывать пугающую пляску.

«О господи, – подумал заместитель директора. – О господи…»

Труп принадлежал необычайно тощему и очень молодому парню, которому не исполнилось еще и двадцати. Можно ли сказать, что у него семитские черты лица? Вряд ли, но определить это наверняка было практически невозможно из-за…

– Матерь божья!

Теперь это увидел и Андерс. У трупа отсутствовал нос. Вся середина его лица была словно съедена. Отвратительная рана чернела свернувшейся кровью, которая медленно вытекала, пенясь, словно тело еще продолжало жить. Словно что-то пожирало его изнутри.

«На самом деле, – подумал Линдрос, чувствуя подкатывающую к горлу тошноту, – именно это и происходит».

– Черт побери, что это может быть? – хрипло произнес Андерс. – Токсин, разлагающий ткани? Вирус?

Линдрос повернулся к Брику:

– Ты прикасался к трупу? Отвечай, ты к нему прикасался?

– Нет, я только… – опешил тот. – Я что, заразился?

– Господин заместитель директора, прошу прощения, сэр, но в какую чертовщину вы нас втянули? Я привык во время совершенно секретных операций оставаться в полном неведении, но в данном случае, по-моему, это уже переходит всякие границы.

Опустившись на колено, Линдрос открутил крышку небольшого металлического контейнера и пальцем затянутой в перчатку руки соскоблил с камня рядом с трупом немного грязи. Крепко завинтив крышку, он поднялся на ноги.

– Нам нужно уходить отсюда, – сказал он, глядя прямо в глаза Андерсу.

– Господин заместитель директора…

– Не беспокойся, Брик. С тобой все будет в порядке, – решительным тоном, не допускающим возражений, остановил его Линдрос. – Все, больше ни слова. Уходим.

Когда они достигли выхода из пещеры и оказались среди голых кроваво-красных скал, залитых клонящимся к закату солнцем, Линдрос произнес в микрофон:

– Андерс, с этой минуты в пещеру ни шагу. Передай этот приказ всем своим людям. Чтобы даже не вздумали ходить туда мочиться. Это понятно?