Чтение онлайн

За столом посмеивались, но негромко. За гриффиндорским непременно начали бы ржать во всю глотку, а тут предпочитали делать все втихомолку. И это меня более чем устраивало!

*

– Ты что, рехнулся?
– подлетел ко мне Перси, едва закончился ужин.
– Ты... ты... а родители?!.

– Первый курс отправляется по спальням, - легко отодвинул его плечом один из старшекурсников, капитан квиддичной сборной. Против Маркуса Флинта Перси был все равно что волшебная палочка против бейсбольной биты. Ну, если без волшебства. Хотя и колдовал Флинт наверняка лучше. (И еще явно ухлестывал за старостой, Джеммой Фарли, иначе с чего бы ему ей помогать конвоировать стадо первокурсников?) - Поговорите завтра.

– Это же мой брат!

– Меня не касается, - буркнул Флинт, построил нас в колонну по двое и повел в подземелье, инструктируя: - Запоминайте сразу, я повторять не стану. Эта лестница... видите красное пятно на ступеньке? Вот, она поворачивается по часовой стрелке на двести семьдесят градусов раз в полчаса, и если кто-нибудь спросит меня, что такое "двести семьдесят градусов" и "часовая стрелка", я лично сдам его на отработки Филчу на весь год. А вот эта...

С этого момента я влюбился в Слизерин.

Лестницы были отмечены особым образом, проходы тоже, оставалось только выучить график движения этих лестниц, и мы оказывались где угодно раньше остальных! Разумеется, посторонним сведения разглашать запрещалось, это подразумевалось само собой. Да никому и в голову бы не пришло сдать тайные проходы ненавистным "грифам"! Одно дело, если старшекурсник приводит в гости девушку с другого факультета (даже если это рэйвенкловка, то она не вычислит сходу, как именно движутся лестницы, у нее голова другим будет занята), а другое -- прямой "слив" информации. За это, я так понял, тут не устраивали темную, как на Гриффиндоре. Тут... впрочем, об этом позже.

Я оказался в одной спальне с Лонгботтомом, и еще две койки пустовало: на Слизерине было мало новичков.

– Мерлин, я думал, меня вообще никуда не распределят!
– выдохнул Невилл, упав на кровать.

– А сюда-то тебя каким ветром занесло, чудо?
– спросил я, разбирая немудреные пожитки.
– Ты ж на Гриффиндор хотел, как родители!

– Так-то оно так, - серьезно сказал он, сев прямо, - но ты верно тогда сказал насчет учебы. Я сходил и поговорил со старостами. Вот. Рэйвенкло и Хаффлпафф -- они хорошие, но... ну...

– Теоретики, - подсказал я.

– Точно! Гриффиндор ты сам описал. А...
– Невилл помрачнел.
– Если я хочу бороться с темными силами, я должен знать, что они из себя представляют, верно?

– Ну?

– На Слизерине этому лучше научат, - сказал Лонгботтом.
– И как творить зло, и как от него защищаться. Я неправ?

– Прав, - ответил я, потому что мыслил точно так же.
– Как спасаться от темных сил, если ничего о них не знаешь? Сперва их изучить надо! Молодец, Невилл!

– Ох, от бабушки мне влетит...
– пробормотал он.

– А как мне от мамочки влетит...
– вздохнул я.

Мы переглянулись и рассмеялись.

Глава 3. Слизерин

Ночь прошла спокойно, к завтраку мы вышли чинно и благородно.

Да, мамочка готовила вкусно, но она не научила меня правильно обращаться со столовыми приборами, поэтому я поглядывал на старшекурсников: у них это получалось легко и непринужденно. Да и Лонгботтом ловко орудовал ножом и вилкой, а я ковырялся еле-еле...

– Меньше съешь, Уизли, нам больше достанется, - не преминул подколоть Малфой, видя, что я никак не совладаю с омлетом.

– Иди в задницу, - привычно ответил я.
– Показал бы лучше, как это делается, чтобы я первый курс и весь факультет не позорил!

– А я тебе нанимался в гувернеры?

– Разве Слизерин -- не одна большая семья?

Повисла пауза. Флинт покосился на нас и нахмурился.

– Возьми вилку в левую руку, нож в правую, - другим тоном сказал Малфой.
– Повторяй за мной. Лонгботтом! Что замер? Ты тоже действуй... хотя ты-то как раз умеешь. И -- раз...

К концу завтрака я уже усвоил, как есть левой рукой, выслушал лекцию о столовых приборах (я очень хотел заткнуть Малфоя с его шуточками, но знал, мне это пригодится, поэтому сцепил зубы, слушал и запоминал), немного разобрался в сортах чая и кофе... Бедная моя мамочка! Она, повторюсь, замечательно готовит, но вот чай заваривать не умеет, я тут впервые попробовал такое... такое...

И вот тут-то и появились почтовые совы. Лонгботтом съежился, предчувствуя разнос от бабушки, а я просто прикрыл голову руками. Ясно было, что мамочка развернется на всю катушку...

И верно, громовещатель ка-ак раскрылся!.. Да так и закрылся. Эту заразу мгновенно сбила староста.

– Мистер Уизли, - холодно сказала она мне, - пожалуйста, передайте вашей матушке, что на нашем факультете, - эти слова она особенно выделила голосом, - не принято присылать детям вульгарные крикливые... хм... открытки. Или, быть может, вы предпочитаете, чтобы я сама это сделала?

– Если вам не трудно, - ответил я смиренно.
– Боюсь, матушка может меня и не послушать...

– Хорошо, я ей напишу, - кивнула она.

Лонгботтом тоже получил послание -- длиннющее письмо с массой подчеркнутых слов, закапанное слезами... и с припиской в конце: "Ты вылитый Фрэнк!"

– Это мой отец, - напомнил Невилл, улыбаясь.
– Ну вроде она не очень сердится...

Перси явно ненавидел меня. Близнецы выплатили мне выигрыш -- они не верили, что я попаду на Слизерин, - и теперь думали, чтобы еще такое провернуть. А мне, чтоб его, было просто хорошо: я чистокровный, с этой стороны ко мне было не подкопаться. Я ни к кому не приставал, общался с Лонгботтомом и изредка с Малфоем (ну, когда тому хотелось подурачиться), не лез в драки, учился... не очень здорово, но все же получше Крэбба с Гойлом! Вот наш декан явно был в шоке, пару раз протер глаза, обнаружив за партой нас с Невиллом, но быстро успокоился. Главное было вовремя хватать Лонгботтома за руку, чтобы не сыпанул в котел, чего не надо, а то он как задумается -- так и валит, что попало. Невилл и не мыслил получить на зельях больше "удовлетворительно", но у меня были совсем иные планы, так что я старался не отставать от большинства. Вот на Поттера с той самой кудрявой девочкой вечно сыпались громы и молнии: у него руки не оттуда растут, а она вечно умничает...