Повелитель войн

Bernard Cornwell

WAR LORD

Copyright © Bernard Cornwell, 2020

All rights reserved

Издательство АЗБУКА®

Написание географических наименований в англосаксонской Англии отличалось разночтениями, к тому же существовали разные варианты названий одних и тех же мест. Например, Лондон в различных источниках называется Лундонией, Лунденбергом, Лунденном, Лунденом, Лунденвиком, Лунденкестером и Лундресом.

Без сомнения, у читателей есть свои любимые варианты в том списке, который я привожу ниже. Я принимаю написание, предложенное «Оксфордским словарем английских географических названий» или «Кембриджским словарем английских географических названий» для эпох ближайших или включающих время правления Альфреда – 871–899 годам н. э. Но даже это решение не гарантирует от ошибок. Название острова Хайлинга в 956 году писалось и «Хейлинсиге», и «Хаэглингейгге». Сам я тоже был не слишком последователен, используя современную форму «Нортумбрия» вместо «Нортхюмбралонд», тем самым избегая намека на то, что границы древнего королевства могли совпадать с границами современного графства.

Итак, мой список, как и выбор написания мест, весьма нелогичен:

Беббанбург – Бамбург, Нортумберленд

Бринстэп – Бримстейдж, Чешир

Бургем – Имонт-Бридж, Камбрия

Вилтунскир – Уилтшир

Вир – река Уайр

Вирхелум – Уиррел, Чешир

Глимрекр – Лимерик, Ирландия

Дакор – Дэкр, Камбрия

Дингесмер – Уоллеси-Пул, Чешир

Дунхолм – Дарэм, графство Дарэм

Дун-Эйдин – Эдинбург, Шотландия

Йорвик – Скандинавское название Йорка

Кайр-Лигвалид – Карлайл, Камбрия

Лаутер – река Лоутер

Легесестерскир – Чешир

Линдисфарена – Линдисфарн, Нортумберленд

Линдкольн – Линкольн, Линкольншир

Лунден – Лондон

Мамесестер – Манчестер

Мён – остров Мэн

Мэрс – Мерси

Оркнейяр – Оркнейские острова

Острова Фарнеа – Фарнские острова, Нортумберленд

Раммесбери – Рамсбери, Уилтшир

Риббель – река Риббл

Сестер – Честер, Чешир

Скиптон – Скиптон, Йоркшир

Снотенгэхем – Ноттингем, Ноттингемшир

Снэланд – Исландия

Страт-Клота – Стратклайд

Судрейяр – Гебридские острова

Суморсэта – Сомерсет

Темез – река Темза

Теса – река Тис

Тинан – река Тайн

Туэд – река Туид

Фойрт – река Форт

Хеабург – Уайтли-Касл, Камбрия

Хеден – река Иден

Эмотум – река Имонт

Эофервик – Йорк, Йоркшир

В кольчужном доспехе летом очень жарко, даже если покрыть его белой льняной тканью. Железо тяжелое и жжет немилосердно, да и кожаная поддевка добавляет неудобств. Солнце с самого утра дышало огнем как кузнечный горн. Конь, которому досаждали мухи, беспокоился. Ни единому дуновению ветерка не удавалось перебраться через угнетенные полуденным солнцем горы. Алдвин, слуга, держал мое копье и щит с нарисованной на нем волчьей головой Беббанбурга. Рукоять меча раскалилась так, что больно было прикасаться. Шлем с серебряным гребнем, подбитый кожей, в бою закрывал всю голову, его нащечники, зашнурованные поверх рта, оставляли видимыми только глаза в обрамлении боевой стали. Противник не разглядит шрамов от проведенной в боях жизни, зато увидит волчью голову, золотую цепь на моей шее и тяжелые золотые браслеты на руках, завоеванные в сражениях. Сейчас шлем болтался на луке седла.

Врагов у меня полно. Я хорошо известен, а самые храбрые либо самые глупые мечтают меня убить, чтобы прославить свое имя. Вот почему я привел к холму восемьдесят три дружинника – чтобы убить меня, противнику придется одолеть также и их. Мы – воины Беббанбурга, свирепая волчья стая с севера. Восемьдесят четвертым был поп.

Священник, сидевший на одном из моих скакунов, не носил кольчуги и не имел оружия. Узкое, чисто выбритое лицо, острые глаза. Он был вдвое моложе меня, но седина уже проступила на висках. Облачен в длинную черную рясу, на шее – золотой крест.

– Тебе в твоем наряде не жарко? – спросил я.

– Неуютно, – подтвердил он. Сказано было на датском, его родном языке, на котором я разговаривал в детстве.

– Ну почему я всегда воюю не на той стороне? – пробормотал я.

На это священник улыбнулся:

– Лорд Утред, никому не уйти от судьбы. Тебе суждено потрудиться ради Господа, желаешь ты того или нет.

Я прикусил язык, с которого готов был сорваться язвительный ответ, и продолжил разглядывать широкую безлесную равнину, где солнце отражалось от белесых скал и серебрилась маленькая речка. Высоко на восточном склоне щипали траву овцы. Пастух заметил нас и попытался угнать стадо на юг, подальше, но оба его пса страдали от жары, усталости и жажды и скорее распугали овец, чем сбили их в отару. Крестьянин зря боялся.

В самой глубине долины когда-то пролегал римский тракт, теперь превратившийся в тропу из утоптанного грунта с наполовину утонувшими в земле и заросшими камнями. Прямая, как бросок копья, дорога следовала руслу, а потом сворачивала на запад. Сворачивала именно там, под горой, где ждали мы. Сокол кружил над поворотом, подставив неподвижные крылья потокам нагретого воздуха. Далекий южный горизонт расплывался в мареве.

И вот из этого марева появился один из моих разведчиков. Он мчался во весь опор, и это могло означать только одно: враг на подходе.