Чтение онлайн

— Это подстава! — попытался объяснить сверху ведун. — Натуральная подстава. Откуда взялся в дикой степи этот лама, как он меня узнал?! Какого лешего вы вообще слушаете этого нищего бродяжку?!

Но его крики бесследно тонули в дружном реве радости. Кочевники узнали, что древнее пророчество наконец-то сбылось.

— Ну и ладно. — Олег уселся на щите и поджал ноги. — Вам же хуже.

Под вопли приветствий и восторга его трижды обнесли вокруг стойбища, после чего вернули в центр и опустили перед юртой старост здешних родов. Олег поднялся, сошел со щита, к нему тут же приблизился Бей Джебе, стукнул себя кулаком в грудь, склонил голову:

— Мой род и я лично клянусь тебе в верности, Тенгизхан. Повелевай нами по усмотрению своему, владей жизнью и имуществом нашим. Отныне и до скончания веков! — Он порывисто выхватил меч, поцеловал клинок и отступил в сторону.

Его место занял сказитель с прищуренным глазом и дословно повторил:

— Мой род и я лично клянусь тебе в верности, Тенгизхан. Повелевай нами по усмотрению своему, владей жизнью и имуществом нашим. Отныне и до скончания веков!

Формула клятвы была короткой — но вот старейшин собралось не меньше двух сотен, а потому обряд принесения клятвы занял заметно больше часа. Вполне достаточно, чтобы успокоиться и подумать. Хотя думать, собственно, было не о чем. Для Олега не менялось ничего, кроме того, что вместо трех тысяч теперь он использует для охраны обоза и стад девять тысяч воинов. Да и здешние кочевники наверняка найдут что продать богатому южному соседу. Просто ограбить их, как раньше, он уже не позволит. А значит, довольны будут все.

И когда последний из старейшин, поцеловав меч, шагнул в сторону, Олег запрыгнул обратно на щит, вскинул руку и громко объявил:

— Мы идем к Стене!

Нукеры степей взревели от восторга, а Бей Джебе, подняв сверкающий клинок, провозгласил:

— Монголы! Теперь мы все монголы!

От страшного названия Олег вздрогнул, отступил к Джебе и тихо спросил:

— Что это значит?

— Монголами в наших краях называют людей, которым очень сильно повезло. Счастливых людей. Ты с нами — и мы счастливы… — И он снова во весь голос прокричал: — Монголы! Мы монголы!!!

— Счастливчики, значит, — пробормотал ведун. — Знать бы наперед, откуда что берется.

Великая Китайская стена оказалась именно тем, что и было заявлено в ее названии: стеной из земли. [6] Однако размеры ее впечатляли: высотой с трехэтажный дом, это сооружение перекрывало всю долину. По левую руку от крепости она перебрасывала через реку кирпичные арки с железными решетками и забиралась в горы, по правую — описывала небольшую петлю, видимо, используя какую-то особенность рельефа; потом ложилась строго по прямой к горному отрогу, тянулась наверх и по самому гребню устремлялась к горизонту. Бесконечные зубцы, приземистые башни через каждые сто шагов, копья прогуливающихся по этим башням стражников.

Олег так и не понял, на кой ляд жителям страны понадобилось ставить стены в горах. Там все равно ни конному не проехать, ни телеге не пробраться, да и пеший запросто ноги переломает. А потому никому никогда и в голову не придет штурмовать укрепление в столь неудобном месте. Или перелезать горные кряжи, чтобы потом оказаться пешим и почти безоружным на чужой территории без шансов получить подкрепление, оружие, припасы или вывезти раненых, имея в тылу вражеский гарнизон. Для продвижения обоза и конницы нужна дорога — а на ней все равно стояла похожая на пагоду трехъярусная крепость, высокая, как стадион в Лужниках, и от силы вдвое меньшая по размеру.

— Видимо, особенности менталитета, — задумчиво решил ведун.

Как всегда учил их Ворон, на Земле уцелело всего четыре цивилизации. Исламская превыше всего ценит веру и ради ее защиты готова пожертвовать всем остальным. Русская цивилизация основана на справедливости и все, нарушающее нормы морали и справедливости, считает второстепенным и подлежащим сносу. Западная цивилизация поклоняется богатству, ее представители ради прибыли не моргнув глазом воруют, убивают, обманывают. Все, кроме денег, для европейца — лишь декоративные мелочи. Китайская цивилизация базируется на трудолюбии. Китайцы — плохие вояки, не обременяют себя религией, но уж взявшись за работу — способны свернуть горы. И Стена — прямое тому подтверждение. Зачем ее затащили на горные вершины? Непонятно. Видимо, просто затем, чтобы было. А то неаккуратно как-то с пропусками. Работать же китайцам никогда не лень.

— Поймешь, в какой цивилизации воспитан противник, поймешь и то, как с ним обходиться, — вспомнил слова учителя Олег. Сильным местом для китайцев была способность честно, без увиливаний и отговорок исполнять положенную работу на своем месте. Слабым… Слабых мест он пока не наблюдал. Видимо, они прятались по ту сторону Стены.

— Что ты сказал, Тенгизхан? — переспросил Бей Джебе.

— Не понимаю, почему у них ворота закрыты. Ведь сейчас полдень!

— Ворота страны колдунов закрыты всегда! — отрезал воин.

— Какие они колдуны? — хмыкнула Роксалана. — Просто немного раньше занялись самообразованием. Вот Урга — это настоящая колдунья! Правда, малышка?

Девушка промолчала.

— На кой ляд им ворота, если они их не открывают? Как они тогда ведут торговлю, как выпускают и впускают жителей? Вон у реки два караван-сарая стоят. Я такие знаю, насмотрелся. Значит, путники тут ходят, купцы тоже. И как они внутрь попадают?

— По штурмовой лестнице, — предположила Роксалана.

— Я серьезно! Может, их предупредили, что рядом армия кочевников?

На самом деле конные сотни отставали от передового дозора на день пути. Обоз и стада — еще на три. Олег специально умчался вперед, чтобы разведать обстановку, не привлекая внимания.

— Нужно спросить у купцов, — предложила Урга.

— Само собой, — кивнул Середин, продолжая разглядывать крепость.

Внешняя стена, чуть дальше еще одна, выше. За второй стеной — третья. И не лень же было людям такое возводить!

— Малышка, а давай ты станешь невидимой, пролезешь внутрь и откроешь ворота?

— Я не могу, пророчица. Тенгизхан сжег все мои амулеты.

— Поехали в караван-сарай, — оборвал девушек Олег.

Место отдыха для караванов и караванщиков тоже было крепостью, только маленькой. Овальные в плане, без наружных углов, стены в два роста, ворота толщиной в две ладони, башенка единственная — и в той бойницы не для лучников предназначены, а для света. Здесь можно было отсидеться только от диких зверей или мелких разбойничьих шаек. Но большего от этих постоялых дворов и не требовалось. Днем же ворота оставались гостеприимно распахнуты.