Посол
Шрифт:
– Да в общем-то – нет. Он лишь посетовал, что мы сломали какой-то город. Но, разрази меня гром, не было там никакого города. Один камень да россыпи природного кварца. Вот посмотрите, инспектор, сувенир с той планеты. – Генерал протянул руку, взял со стола природный кристалл кварца и показал его Вайгакову. Самородное стекло было холодным, увесистым, свет преломлялся в гранях кристалла, играя цветами спектрального разложения.
– Вот такими кристаллами там покрыты все горы, – пояснил генерал. – Никакого намека на города и жизнь. Камень, стекло и солнечный свет, глазам больно.
– Да, занятно… А что было дальше? Они ограничились переговорами или как-то более материально доказали свое присутствие на планете?
– Шаньгу натравили целое стадо шагающих экскаваторов на наш космопорт. Никто так и не смог объяснить, каким образом они овладели управляющими компьютерами машин, но те разнесли стройку, превратив в обломки плоды полуторамесячных усилий строительных бригад. К счастью, никто из персонала временной колонии не пострадал. После этого они снова вышли на связь с координатором, заявили, что удовлетворены причиненными разрушениями, и просят два месяца по нашему календарному исчислению на исследование человеческой культуры, после чего в наш мир, по их словам, будет высажен полномочный посол цивилизации Шаньгу для дальнейших переговоров.
– Вот те раз! – удивился инспектор. – А каким образом они собирались изучать нашу культуру? Им были предоставлены какие-то материалы?
– Нет. Они ничего не просили. Просто объявили, что им нужно два месяца и такого-то числа такого-то года ждите посла. Все. Больше переговоры не возобновлялись.
– Интересно, откуда тогда господин министр взял это определение – «большой таракан»?
– В данном случае министр не оговорился. Они сами назвали свои размеры в наших мерах длины, а видеоизображение мы получали с экранов мониторов в колонии. А относительно конфликта – он, как я уже сказал, действительно имел место на планете Шаньгу. После первого ультиматума мы начали рыть носом землю в их поисках.
– И тогда они ответили «экскаваторным бунтом»?
– Точно, – невесело усмехнулся генерал.
Шаньгу настолько устал после беготни по лестницам, что в нарушение этикета позволил себе несколько секунд понежиться в ласковых лучах солнца, которые приятно согрели хитин, распространяя блаженное тепло внутрь, к органам пищеварения.
Все это время на чердаке шла странная возня. На самой периферии зрения Шаньгу промелькнуло несколько смутных теней, раздались крики, жалобно прозвенело высаженное стекло и чей-то долгий, протяжный крик:
– Ааааааа!.. – прозвучал уже вне стен высотного здания.
Приободрившись, Шаньгу вспомнил про ритуальный нож и поднял его, демонстрируя притаившимся в сумраке человекам.
…
В кармане формы инспектора Вайгакова нежной трелью пропел мобильный коммуникатор.
– Разрешите, господин генерал?
Хозяин кабинета сумрачно кивнул. Валяй, мол…
– Да? Вайгаков слушает.
– Сэр, мы закончили прочесывание сектора А-9. Никаких особенных происшествий. Только что с крыши высотного здания вниз, прямо на наших глазах, сбросился какой-то обкуренный придурок. А так все тихо. Про наших друзей-тараканов никто не слышал.
– А этот… который выбросился? Проверили? Почему спрыгнул, откуда, зачем?
– Господин инспектор… – обиженно прогудел голос. – Вы же знаете этот район. – В коммуникаторе что-то щелкнуло. – Вот я стою прямо на месте происшествия, передо мной нежилое высотное здание, заброшено лет пятнадцать назад. Притон для наркоманов и бомжей. Грязь, куски пластика в окнах, давным-давно предназначено под снос.
– И все-таки, капитан, проверь. Сегодня мы вынуждены обращать внимание на каждый инцидент.
– Хорошо, я понял.
…
Несмотря на усталость, Шаньгу еще некоторое время продолжал махать ножом.
Невнятная суета в сумраке чердачного помещения прекратилась. В кругах света мелькнуло и исчезло несколько сгорбленных силуэтов двуногих.
«Может быть, я что-то делаю не так?» – в конце концов усомнился Шаньгу. Нож был тяжелым, и махать им до бесконечности уже не оставалось сил.
Обескураженный таким пренебрежением со стороны человеков, посол прекратил размахивать железкой и сел, подогнув под себя все четыре опорные конечности. Дыхательные крышки на его хитиновом панцире ритмично приподнимались и опускались в такт участившемуся дыханию.
Собравшись с мыслями, посол постарался вспомнить все, что удалось узнать о людях за тот срок, что Шаньгу сами вытребовали для себя. Итак, люди… Двуногие существа, без панциря, с мягкими, мясистыми телами. Владеют, как и Шаньгу, двумя реальностями, но жить почему-то предпочитают в первой. Непосредственный доступ к первой реальности удаленных миров был для Шаньгу несколько затруднен, поэтому логично было воспользоваться второй реальностью. Так и поступили, благо генераторы реальности, привезенные на планету вторгшимися человеками, оказались взаимосвязаны не только друг с другом, но и с глобальной Сетью, протянувшейся между звезд.
Посол сам исследовал человеческие миры второго слоя реальности и был весьма поражен ими.
С некоторым ужасом и брезгливым смятением Шаньгу долгое время наблюдал, как человеки с упоением взаимоистребляют друг друга. Делали они это постоянно, самыми разнообразными способами. Все от мала до велика носились как угорелые по второму слою реальности с оружием в руках, используя для перемещения мрачные коридоры каких-то непонятных зданий. При встрече двух индивидуумов, как правило, происходило следующее:
Тот, кто успевал выстрелить первым, тут же отскакивал куда-нибудь в укрытие и восторженно орал оттуда:
– Получил, гаденыш? Привет, Серега! Это тебе за вчерашнее!..
Пораженный индивид, разбрызгивая свои внутренние жидкости, также старался убраться с линии огня, не забывая при этом традиционно приветствовать встреченного друга:
– Это ты, Андрюха? Ну… погоди, я тебе башку оторву или кишки выпущу.
– Ага, ага… Давай ползи за аптечкой, а я пока вон того кента подстрелю, новенький какой-то, бегает тут с базукой уже минут пять, житья никому не дает. – При этих словах в руках говорившего неизменно появлялось что-нибудь тяжелое, экзотическое, снабженное шлангами, трубочками и чудовищных размеров стволами. – Написано же на входе в виртуальный сервер: «Нет тяжелому оружию». А он с базукой приперся, гад. Пусть теперь на себя пеняет.