Чтение онлайн

– Ты ничего не хочешь мне сказать?
– не затихали разговоры в блоке, и дрожащий от ярости голос Саши не предвещал ничего хорошего ее невидимому собеседнику.

– Ни-ни-ничего, - с трудом выговорил простое слово Милтон, заставляя Мэрла и Мишонн удивленно переглянуться.

– Да ты-то тут причем!
– оказывается, совсем не к нему обращалась девушка.
– Боб! Тайрис! Утро, а вы… то ли уже, то ли до сих пор… пьяные!

– Ты ничего не понимаешь, дорогая, - послышался довольно трезвый голос Боба, изумлявшего даже Мэрла своим умением пить алкоголь в огромных количествах, почти не пьянея.
– Мы участвовали в этом, как его…

– Очень научном… ик… ык… эксперименте!
– снова вступился Милтон, в то время как бедняга Тайрис, несмотря на свою комплекцию, судя по звукам, где-то там уже всхрапывал: то ли на плече у одного из собутыльников, то ли прямо на полу у стеночки.

– Так вот из-за какого эксперимента я сегодня с Сашей дежурила, а не с тобой! А я-то думала: что это твой новый аппарат для изготовления якобы нового вида сыворотки так сильно на самогонный смахивает?
– появилась в блоке и Андреа, чей преувеличенно спокойный и даже ласковый тон голоса не мог обмануть поморщившегося сочувственно Мэрла.
– Все трое… умылись, позавтракали, через час чтобы были во дворе. Десять кругов вокруг тюрьмы, и с каждого по десять убитых ходячих. Ничего не знаю, где хотите, там и ищите такое количество ходячих, мне плевать, что их, еще стоящих на ногах, уже почти не осталось! И что значит, почему вдруг? Рик приказал. Да, вот только пять минут назад. Все уже выполнили, Бет быстрей всех, только вы остались.

Обманывать пьяных, возможно, было не очень честно, зато очень просто, и Мишонн, преувеличенно медленно начавшая одеваться, превращая это в стриптиз наоборот, не сдержала смешка, уже зная, что после завтрака она выйдет подышать свежим воздухом.

– Самогонный аппарат?
– приподняла бровь она, поглядывая на пожавшего плечами Мэрла.

– Ну чего, блин, ему надо было, чтобы варило там чего-то, я только самогонный и умею делать. По-моему, конечный результат Мильти понравился. Надо будет напомнить, что семьдесят процентов продукта – мои.

– Не многовато?

– Какой там! Только на Вудбери дохрена уйдет! Наш очкарик может и того слегка, но в деле зельеварения гений, думаю, еще пара экспериментов, и за их продукт Брауни и Ко нам душу продадут, - поделился планами по торговле самогоном с Мартинесом Мэрл, даже в новом мире всегда находящий для себя выгоду в любом предприятии.

– Как она?
– донесся до них усталый голос Рика, вышедшего в блок, где наматывала уже далеко не первый круг Бет с угомонившейся Джудит на руках.
– Уснула?

– Кажется, да, - вздохнула девушка.
– Рик, я это… ну это… Сделала.

– Что?
– как всегда ничего с первого раза не понимал их лидер, заставляя обувающегося Мэрла закатить глаза.

– Ну что-что!
– нервно воскликнула Бетти.
– Я же говорила ночью! Тест я сделала! Пять разных! Все положительные. И все остальные признаки есть…

– Алисия, сегодня первое апреля?

Так и не дождавшись звука падения шерифского тела в обморок, Мэрл обрадовался хотя бы такому развитию событий, а Мишонн искренне посочувствовала бедному, так не вовремя вышедшему в блок, Хершелу, у которого количество внуков уж очень быстро увеличивалось.

– Ой! Пап, я… - пискнула бедная Бет, явно не собирающаяся так скоро делиться новостью с остальными.

– Черт, - единственное, что смог сказать самый многодетный, наверное, отец на этой Земле – Рик.

– Дорогой, дети – это счастье. То есть не так. Дети – это куча проблем и… внуки. А вот внуки уже счастье. Да и в отцы твоя девочка, вон, какого видного мужчину выбрала, - поспешила утешить Хершела Алисия.

– Ей… ей рано… Она может…

– Черт?!
– перебила отца Бет.
– Черт?! Рик, и это все, что ты можешь сказать, узнав?!

– Вот! Даже Рик категорически против, да?
– вдруг послышался почему-то торжествующий голос Мэгги, и Мэрл со склонившейся за своей обувью Мишонн снова непонимающе переглянулись. Неужели беременность так странно повлияла на Мэгги, что она уговаривает сестру избавиться от ребенка, чтобы быть тут единственной будущей матерью, как и раньше?

– Мне все равно, что Рик против!
– заявил Глен – участников спора становилось все больше.
– Я не позволю, чтобы моего сына звали каким-то Абиагилом!

– Не сына, а дочь, я чувствую, что это будет девочка! Это женское имя! Между прочим, в переводе с ирландского Абиагил переводится, как «радующая отца»!

– Блин… - даже не нашел, что сказать, озадаченный Мэрл, повернувшись к Мишонн.
– По-моему, эта Абиахрень разве что меня тут радовать будет, причем исключительно именем и поводом поиздеваться лишний раз над китайским подкаблучником!

– Моего сына будут звать Цзынь и никак иначе!
– проявил стойкость Глен.

Судя по тому, к каким именам, от простых Дина и Мэри, придуманных в самом начале, перешла эта парочка, подобная игра им определенно нравилась. Но ребенка, который вот-вот уже должен был родиться, становилось жалко даже Мэрлу.

– Папа! Папа, он собирается назвать свою внучку каким-то Дзинем, а ты молчишь! Бет!

– Бет, милая, я очень рад, называй, как хочешь, и рожай, кого хочешь, только не плачь, - слова Рика, утешающего Бет, видимо, уже представившую свое будущее при виде спора родственников, вынудили всех замолчать.

– Не поняла… - потянула Мэгги.
– А почему я не знала, что вы планируете, Бетти?

– Потому что мы не планировали!
– всхлипнула та.
– И всегда… всегда…

– Погодите, вы случайно в фургоне презервативы не брали? Те, которые там в дальнем углу, в большой коробке лежат?
– зачем-то уточнил Глен и, услышав подтверждение, замялся.
– Черт, я был уверен, что сказал всем еще тогда, месяц или два назад, когда… Мэгги, я там просто Заку кое-что выбрать помогал, хватит! Так вот, я там немного разобрал язык, на наш похож. Они просроченные были еще года два назад, как и все остальное, их, видимо, как брак (кстати, там многое и правда браком оказалось, Мэг подтвердит) везли совсем не на продажу, а наоборот.

И вот эти слова мгновенно стерли улыбки с лиц лениво прислушивавшихся к разговору Мэрла и Мишонн. Ведь довольно быстро использовав все свои запасы, они спокойно пользовались тем, что лежит в свободном доступе в фургоне, даже не задумываясь о том, что это может быть опасным. Под совершенно ошалелым взглядом своего мужчины Мишонн торопливо загибала пальцы, подсчитывая дни, то и дело сбиваясь, хмурясь, проклиная свою беспечность, понимая, что задержка у нее уже неделю, и это ни разу не нормально, и торопливо прижимая ладонь ко рту. Затошнило ее, конечно, от нервов.