Чтение онлайн

– В зубах понесу! – наконец трагически выдохнул бедолага Никс.

Лично я оценила свои зубы гораздо дороже каких-то жалких алмазов. Я не жадная. Лет на пятьдесят безбедной жизни мне уже хватит, а дальше… Дальше я может сюда вернусь. С тремя мешками. Нет, чего мелочиться, с пятью.

Пока остальные были заняты, я прошлась вдоль стен хранилища, с интересом разглядывая поражающее своей изощренностью оружие. Рапиры, даги, нагинаты, фальчионы, палаши, стилеты, сарисы. У меня глаза разбегались. Хоть я и предпочитаю драться голыми руками, но образование у меня оч-чень разностороннее. Взгляд то и дело натыкался на зазубренные лезвия, раны от которых были нестерпимо болезненными и долго заживали, или на острые как бритва наконечники на длинном древке, от чьих ударов не могли защитить даже гномьи доспехи. Односторонняя, двухсторонняя заточка, разукрашенные рунами лезвия и гарды.

У одного клинка я задержалась. Дядя мне что-то рассказывал про особые линии закалки, и здесь на изогнутом, как у оркского ятагана лезвии они выглядели как волны на режущей кромке. Редкая заточка. Сильно, эффективно. Камень разрубить можно, как говаривал он, любовно поглаживая рукоять своего двуручника. Как и все в нашей семье, дядя выглядел мелковато, проще говоря дохлым недоростком, поэтому, когда он брал в руки свой громадный мечик, у нападающих случался легкий шок.

Не знаю, что меня дернуло, но чем-то клинок меня привлек… Заточкой, наверно, не размером ведь. Этот был скорее очень длинным кинжалом, чем полноценным мечом. Да и сталь подкачала, оказалась диковинного пепельно-серого оттенка, может и не железо вовсе. Но я все-таки протянула к нему руку и, встав на цыпочки, коснулась кончиками пальцев пыльной простой рукояти, провела по острию. Ни рун, ни каких-либо опознавательных знаков сковавшего его мастера я не нашла. Самый обычный меч, которым похоже до сих пор никто даже и не пользовался. Только лезвие от моего прикосновения словно темнее стало и потеплело. Я пригляделась получше и с облегчением выдохнула. Дубина я, ну и навоображала. Ведь всего лишь стерла с него пыль. Я отдернула руку и собралась перейти к соседней стене, как меч грохнулся, болезненно двинув меня по ноге. Я даже ругаться почти не стала, только приготовилась прочитать заупокойную молитву над многострадальным сапогом, от которого уже грозила отвалиться подошва. И замерла.

Меч оказался ррухово легким. Как пушинка. Или легче, как будто и не отдавил мне только что ногу. От удивления я чуть не уронила его снова. Он весил как воздух, и если б я его не ощущала, я б подумала, что в моей руке ничего нет. Злобное и понятное желание запихнуть его на место или отшвырнуть в сторону сразу же растворилось без остатка. Я поплотней сжала рукоять меча и пару раз взмахнула им, примеряясь к незнакомой балансировке, но клинок неожиданно удобно устроился в моей ладони. Согревая.

Я провела несколько выпадов, сделала дорожку шагов, в воздухе подземелья расцвели "лепестки лезвий", потом "поцелуй заката". Я никогда не выполняла эти приемы так идеально. Если вообще выполняла. Меч радостно разрезал воздух, застоявшийся после тысячелетия безделья. Его как будто под мою руку ковали, и прикасаясь к нему, появлялось странное ощущение, что… он ждал. Он словно терпеливо ожидал долгие годы, как верный пес ждет своего хозяина, тоскливо уставившись на запертую дверь. Дожидался своего часа в полной темноте и льдистом холоде заброшенного подземелья, оцепеневая под унылое подвывание стражей-нежити. Когда наконец, кто-то придет за ним и теплая рука коснется его лезвия, может из любопытства, может случайно, мелькнув на его стылой поверхности редкой лаской. И дождался. Меня.

Необычное ощущение. Пугающее и приятное. Как будто хомячка себе завела, о котором нужно заботиться.

От упражнений с мечом меня отвлекла тишина. Не было больше ругани воинов, обсуждающих достоинства очередного оружия и кому какой клинок достанется, не подвывал вор, делая свой трудный выбор, не шуршали амулетами эльфы. Я подняла глаза. Мои спутники застыли в самых нелепых позах и выглядели так, как будто битый час простояли в очереди в отхожее место после двух бочек пива. Я ни на что не намекаю, но глаза у них были такие же вытаращенные. Даже у эльфов, впервые превратившись из миндалевидных в почти человеческие.

Я на всякий случай оглянулась по сторонам. Да нет, все пялились на меня, великолепную, совершенную и единственную.

– Чего? Ну подумаешь, руку немного размяла.

– Немного?? – обиженно возопил Нэд, кажется он был очень расстроен, – да, я мастер меча… а ты… а я не знал!!

– Он хочет сказать, какого демона, мы не знали, что ты так умеешь? – перевел гном.

– Ну не спрашивали, вот и не знали… – я недоуменно пожала плечами, – было бы из-за чего так удивляться. Да и не умею я почти ничего.

Орк, после этой фразы, смерил меня взглядом и впервые на моей памяти заржал. Правда, в этот раз я и не думала издеваться.

– Так вот во что он переплавил…- пробормотал маг, нервно взъерошивая пепельную шевелюру. Он явно не знал, что делать дальше.

– Уважаемый Лейс хочет сказать, что он не ожидал, что результат наших поисков окажется в столь необычном виде, – теперь вклиниться решил вернувший себе прежнюю невозмутимость эльф.

– Пояснять не надо. То, как сказал уважаемый Лейс, было понятней, – я быстренько заткнула начавшего лекцию перворожденного. – Ну и?

– Дай сюда этот меч. Посмотреть. Пожалуйста, – подумав, выдавил из себя Лейс.

Поеживаясь под жадными взглядами эльфов, уставившихся на меч, я протянула его колдуну, недоуменно пожав плечами.

– Ну и чего в нем такого?

– Да абсолютно ничего, – глуповато хихикнул маг, также как и я до этого, проводя пальцами по лезвию. Только они у него дрожали, – просто властелин, этот наглый самоуверенный старикашка, сумел не просто удержать сумеречное вещество в этом мире, но и создать из него меч. А создать что-либо из сумерча… Его и просто в жидком виде держать смертельно опасно. Старик спятил, когда делал это. – Он опять нервно усмехнулся, все еще не в состоянии оторваться от меча. Как и эльфы.

– Он что взорвется? – поинтересовалась Рэн.

– Нет, сейчас он стабилен. Безопасен, – уточнил маг, когда я с испугом отскочила в сторону к самой стене. До которой было три метра.

– Да плевать, – я с досадой махнула рукой. – И это все, ради чего вы тащились? Ради тупой железки, ржавевшей тут ррух знает сколько времени? Я ж говорила, психи. Нет, скорее буйно помешанные в последней стадии.

Похоже, остальные были со мной согласны. Нэд покрутил пальцем у виска, потом красноречиво постучал себя по лбу, а затем по деревянной крышке сундука.

– У тебя там Лейс то же самое. Говорил же, после падения с той крыши надо к лекарю сходить.

– Да что ты понимаешь? Сумерч это вещество магов! – баюкая клинок на груди, огрызнулся тот. – Это невероятная разрушительная мощь, пронизывающая все магические границы мира. Это тонкая прослойка между нами и Тьмой. И именно из него сделан меч. Кстати зачем он вам, Талассэ?

Эльф даже не поморщился под напряженным взглядом Лейса. И ухом не дернул, лишь брезгливо улыбнулся.

– Я знал, что такой блистательный маг рано или поздно догадается. Да, я Задолжавший. На мне висит древняя клятва, и каждый мой вдох в этом мире поддерживается только ею. Мы выполняем важную Миссию, и во многом только от того, как она закончится, зависит существование моего народа. Нам нужен этот… меч.