Чтение онлайн

Я, да и все его читатели, наверное, скучают по его писательскому голосу, звучавшему с каждой страницы. Я тоскую по неопубликованному Хитчу — по бесчисленным запискам, которые он оставлял мне на столах или подушках, по электронным письмам, которые он посылал мне, когда мы сидели в разных комнатах нашего калифорнийского дома, по его письмам, отправленным с дороги. Я скучаю по его почерку, по письмам и открыткам (мы очень любили настоящую переписку), по факсам, по неожиданным телеграммам, отправленным из удивительных мест с самых разных континентов.

Впервые Кристофер публично заявил о своей болезни в статье для Vanity Fair. Его отношение к этому поступку было двойственным. Он хотел защитить нормальную жизнь нашей семьи. Он жил этой темой, но не хотел, чтобы она стала всеобъемлющей и единственной для него. Он хотел мыслить и писать не только о своей болезни. Он заключил договор со своим редактором и другом Грейдоном Картером: Кристофер будет писать обо всем, кроме спорта. И он сдержал обещание. Он часто проводил журналистские эксперименты, но теперь сам стал главным героем истории.

Его последние слова, которые мы поместили в конце этой маленькой книжки, могут показаться несколько странными… Но они были написаны на компьютере в больничной палате в те редкие минуты, когда он был полон сил и энтузиазма. Столик для еды превратился в его рабочий стол.

Когда он оказался в больнице в последний раз, мы полагали, что это ненадолго. Он думал — да и мы все! — что у него будет возможность написать большую книгу, которую он уже задумал. Его страшно увлекали геномные исследования и новейшие методы протонного облучения, которым он подвергался. Он радовался, что его лечение может внести вклад в развитие медицины. Приятелю-редактору, который ждал статьи, он сказал: «Прости за задержку. Я скоро буду дома». Мне он постоянно твердил, что дождаться не может, когда мы с ним посмотрим все фильмы, которые он пропустил, и сходим на выставку Кинга Тута в Хьюстоне, где мы жили в то время. Смерть стала полной неожиданностью.

Вернувшись домой в Вашингтон, я сняла книги с полок, собрала с пола и всех столов. В них лежали записки, написанные его рукой, — он делал это для работы и для самого себя. Множество его бумаг и записок лежат сейчас по всему нашему дому. Некоторые из них я привезла с собой из Хьюстона. Я в любой момент могу открыть его книгу или взять его записку — и открыть его для себя заново, вернуть его.

Когда я читаю его записки, то слышу его голос, его последнее слово. Снова и снова Кристофер произносит свое последнее слово.

Кристофер Хитченс родился 13 апреля 1949 г. в Англии. Он окончил колледж Бэллиол Оксфордского университета. Кристофер написал более двадцати книг и памфлетов, в том числе сборников очерков, критических статей и репортажей. Его книга «Бог не велик: Как религия все отравляет» была номинирована на Национальную книжную премию 2007 г., вышла в финал и стала международным бестселлером. Мемуары «Хитч-22» вышли в финал Национальной премии книжных критиков 2010 г. в номинации «Автобиография». В 2011 г. вышел сборник избранных статей «Возможно». Газета New York Times включила его в список десяти лучших книг года. Кристофер Хитченс в качестве приглашенного профессора читал лекции в Новой школе в Нью-Йорке. Он был профессором факультета журналистики калифорнийского университета Беркли. Он писал статьи, критические рецензии для множества журналов, в том чис ле для Vanity Fair, Atlantic Slate, Times Literary Supplement, Nation, New Statesman, World Affairs, Free Inquiry. У Кристофера было трое детей. Он умер в Хьюстоне 15 декабря 2011 г.