Посланник
Шрифт:
Гарри почувствовал, что мужчина — Тайлер Хоторн — вдруг встревожился.
«Что вы имеете в виду?»
«Я не совсем понимаю, знаю только, что должен вам это передать. О… и еще вы будете нужны в Сент-Луисе через девять дней. В больничной палате Макса Дерли».
Гарри повторил адрес и телефонный номер, не имея ни малейшего представления о том, как он узнал их. Он сообщил еще несколько деталей, касающихся больницы в Миссури, о которой никогда в жизни не слышал, и телефон человека по имени Сэм Ганнинг. Он не понимал, каким образом связаны между собой мистер Дерли и мистер Ганнинг, но откуда-то знал, что очень важно передать эту информацию Тайлеру.
«Да, хорошо, но скажите мне…»
«И пожалуйста, зайдите в хоспис и навестите своего будущего гостя».
«Непременно, обещаю. Теперь, пожалуйста, скажите…»
Гарри услышал отчаяние в мыслях Хоторна и на мгновение пожалел его.
«Сочувствую вам», — сказал умирающий.
Пришла пора уходить — это было очень срочно, неизбежно и в высшей степени желанно. Тем не менее он успел добавить:
«Спасибо вам, Тайлер Хоторн».
А затем попрощался со своим последним другом на земле.
«Мертвые — просто эгоисты», — подумал Тайлер.
Он вышел из комнаты, прежде чем вдова успела присоединить свои благодарности к словам мужа.
Только на полпути к своей машине Тайлер заметил, что совсем не чувствует озноба. Впрочем, задача оказалась не слишком трудной, так что, возможно, сейчас как раз тот редкий случай, когда ему не придется испытать этот побочный эффект своей деятельности.
Стоя на пассажирском сиденье, Призрак выглядывал в открытое окно машины и так рьяно махал хвостом, что вся его задняя часть ходила ходуном.
— Я тоже рад тебя видеть, — сказал Тайлер, устраиваясь на водительском месте. — И как только тебе удается не растерять энтузиазм?
Призрак ткнулся в него носом и сел, наблюдая за ним.
— Я постараюсь изменить к лучшему свое отношение к делу, — вздохнув, пообещал Тайлер. — Сам не понимаю, почему в последнее время все это дается мне с таким трудом. — Он завел двигатель. — Кстати, нам нужно сделать еще одну остановку.
Призрака, судя по всему, это нисколько не огорчило.
Незадолго до полуночи Тайлер подошел к двери палаты Рона Паркера в хосписе. Впрочем, часы посещений тут никто не устанавливал. И хотя Гарри Уильямс передал ему сообщение, что он должен побывать здесь — второй визит за сегодня, — его тревожила мысль о том, что придется разбудить Рона, который умирал от лейкемии. В конце концов, ему сказали, что он должен навестить Рона, а не разговаривать с ним.
Тайлер тихо вошел в палату и замер, переступив порог, потому что увидел еще одного посетителя.
Стройная темноволосая девушка сидела на стуле, стоящем слева, совсем рядом с кроватью. Она была молода, лет двадцати или чуть больше. Наверное, ровесница Рона или около того. Ее лицо оставалось в тени, голова была наклонена и скрыта распущенными волосами. Она читала книжку в мягкой обложке, с прикрепленной к ней маленькой лампочкой. Тайлер с изумлением увидел, что она смогла перевернуть страницу только левой рукой, в которой у нее была книга. Правой она нежно держала за руку спящего Рона.
Может быть, его девушка? Тайлер точно знал, что Рон не женат. Покойный дед Рона, Дерек Паркер, с которым Тайлер подружился, не говорил, что у внука есть невеста или кто-нибудь в этом роде. Тайлер неоднократно разговаривал с Роном, в том числе и сегодня, они обсуждали все, что угодно, но о девушке не было сказано ни единого слова.
И вот теперь Тайлер смотрел на них и видел картину верности и покоя. Рон спал. Возможно, он проспит всю ночь, но незнакомка осталась с ним. Она держала его за руку, чтобы, если Рон проснется, он понял, что она рядом.
Девушка неожиданно подняла голову и, удивленная появлением Тайлера, уронила книгу вместе с лампочкой. Та разбилась, книга полетела под кровать. Незнакомка наклонилась, чтобы поднять ее, а Тайлер подошел ближе, чтобы предложить ей помощь. Тут Рон проснулся, сонно огляделся по сторонам и, нажав на кнопку у себя на кровати, включил в палате свет.
Тайлер, повидавший на своем веку огромное количество умирающих, понимал, что Рон находится в финальной стадии лейкемии: очень худой, с впалыми щеками, совсем лысый после последнего сеанса химиотерапии, кожа сухая и бледная, только кое-где виднеются темные синяки, вызванные болезнью. Впрочем, его глаза говорили о том, что он еще находится в этом мире, хотя и держится за него из последних сил.
— Аманда, все в порядке? — сонным голосом спросил Рон.
Девушка быстро выпрямилась и зацепилась головой за дно выдвигающегося подноса около кровати. Он загремел, но ничего не пролилось. Она поморщилась и потерла макушку.
— Да, — ответила она и покраснела.
Тайлер наконец смог разглядеть ее лицо — чудесные карие глаза, которые совсем не портил маленький шрам над бровью, прямой носик и полные губы. Ее черты не были достаточно изящными, чтобы назвать ее красивой или хорошенькой по современным меркам, не вызывающим у Тайлера восторга. Просто привлекательная женщина. «И подруга Рона», — напомнил он себе.
— Тайлер! — воскликнул Рон, только сейчас заметив его. — Привет, приятель, заходи!
Выражение лица Аманды изменилось, и Тайлер с удивлением обнаружил, что она смотрит на него с явной враждебностью. Неужели винит за то, что сейчас произошло?
— Извините, что напугал вас. Меня зовут Тайлер Хоторн.
Он протянул ей руку.
— Аманда Кларк, — ответила она, быстро пожала его руку и тут же убрала свою.
— Аманда, это твой новый сосед. Я рассказывал о нем.