Порог
Шрифт:
Ведь истинный путь — всегда возвращение… в том числе и к священным словам и идеям, благородным, некогда звавшим вперед и дававшим смысл жизни, на которые, однако, время уже успело нанести позолоту «святости», исключающей какую бы то ни было критику и не допускающей даже мысли об изменениях. Возвращение героя «Обездоленных» к истокам идей, сформировавших коммуну на безлюдной планете, не означает его собственного разочарования в самих этих идеях. Не поддавшись многим соблазнам общества изобилия, он возвращается в свое, аскетически суровое, с твердым намерением строить его дальше, перестраивать, чтобы в результате сделать более человечным и развивающимся на благо человека.
Даже по меркам либеральной буржуазной интеллигенции, к которой принадлежит и Урсула Ле Гуин, роман вышел слишком «левым». Однако не совсем правомерно, на мой взгляд, характеризовать ее взгляды как левацки-анархистские, а встречались в критике и такие характеристики, хотя влияние идей Кропоткина она безусловно испытала. Ее собственный Путь осознания социальной истины непрост, он не отличается прямотой, петляет, полон завалов и скрытых ловушек.
Удастся ли пройти по нему без видимых потерь, покажет будущее. Но одно можно констатировать на основании уже прочитанного у Урсулы Ле Гуин: какими бы противоречивыми ни были ее взгляды на общество всеобщего равенства, общество коллективистское, она относится к нему с чрезвычайной симпатией, несмотря на то, что некоторые черты его вызывают у писательницы тревогу — особенно сильно прозвучавшую в превосходных новеллах 70-х годов «Новая Атлантида», «За день до революции», «Те, кто ушли из Омеласа». Мир. более знакомый Ле Гуин, мир капиталистический она не приемлет абсолютно. Что противопоставить ему, писательница пока только ищет…
После «Левой руки Тьмы» и «Обездоленных» (а если говорить о точной хронологии, то и параллельно им) Урсула Ле Гуин написала еще несколько книг. В некоторых она совершенно порывала с историей Лиги Миров, направив свои поиски даже за границы жанра научной фантастики. Это сказочная трилогия о волшебной стране Земноморье («Мудрец из Земноморья», «Могила Атуана» и «К дальнему берегу»), о которой уже говорилось выше, и сложная философская повесть «Оселок небес», цикл полуфантастических-полуреалистических новелл о вымышленной европейской стране Орсинии и «просто» исторический роман «Малафрена». А в других — вновь попыталась вернуться к социально-философской утопии (короткая повесть «Глаз цапли» и самый последний роман Ле Гуин, программно названный «Всегда возвращаясь домой»).
И вот — «Порог» (1980). Роман, на первый взгляд абсолютно ничего общего не имеющий с теми произведениями, которых я бегло коснулся.
Может показаться странным, что в предисловии к конкретному произведению говорится лишь о его авторе. Но повторяю: я не знаю, как пишутся предисловия к сказкам… А кроме того, не «абсолютно» ничего общего у новой повести с уже упомянутыми, а «почти» ничего. И меру этого самого «почти» читатель, теперь познакомившийся (как мне хотелось бы думать) со своим будущим провожатым, должен определить для себя сам.
Путь один, а что вы встретите по дороге, в большой степени зависит от вас самих. Так принято в стране Литературы.
Вл. Гаков