Пора, мой друг, пора
Шрифт:
– Да, я понимаю, и дочка у тебя.
– Ага, а земля-то большая.
– И Тамара.
– Море в меня влезло, в ярославского мужика, – вот в чем дело, беда.
– А что если…
– Есть идея? Выкладывай.
Марвич и Кянукук.
– Молодец, что успел. Давай вещички! Все дела? Богато живешь.
– Поехали, Валя, да?
– Куда мы едем, Валя?
– Предупреждаю, у меня бензин на ноле.
– Ничего, у меня еще есть на два-три выхлопа.
– Ночь, Валя.
– Что?
– Ночь. Темно. Хорошо ехать.
– Ты прав, хорошо ехать к друзьям.
Таня и Марвич.
– Валька, зачем ты тогда уехал в этот леспромхоз, оставил меня?
– Мне надо было побыть одному, – медленно проговорил Марвич.
– Ты и дальше будешь так исчезать иногда, таинственно испаряться?
– Наверно.
– Веселенькая передо мной перспектива, – вздохнула она.
Глава 12
Предчувствие близкой разлуки, кап-кап-кап – каплет с рукомойника в тишине, мне надо уезжать, ну что ж, настрой получше, вот так хорошо. Когда мы встретимся? Осенью отпуск, а у меня как раз съемки, я приеду туда, смешно, да, смешно, все тебе смешно, сплошные банальности, любовный шепот, здесь цветут цветы? А почему же нет? Забавный вагон, он едет? Все время едет, ночь на колесах, шум ночной смены, ты и я – это огромно, а если сощуриться? Тогда нас и не видно совсем, мир велик, а иногда мал. Ты любишь Пушкина? Пора, мой друг, пора, покоя сердце просит…
Москва, февраль – октябрь 1963 г.