Чтение онлайн

Белл удивилась самой себе, осознав, какой оборот приняли ее мысли, и недовольно покачала головой. Эмма тут же осведомилась:

— С тобой все в порядке, Белл?

— Что? Да так, побаливает голова. Впрочем, все уже прошло.

— В самом деле?

— Должно быть, я слишком долго читала, — продолжала Белл, несмотря на явное желание Эммы сменить тему. — В последние дни мне приходится то и дело щуриться, чтобы слова перед глазами не расплывались. Пожалуй, мне стоит обратиться к врачу.

Эмма не подала вида, даже если и была удивлена неожиданным признанием кузины в том, что с ее глазами не все в порядке.

— Отлично. Здесь неподалеку есть опытный врач. Посмотрим, сможет ли он тебе помочь.

Белл улыбнулась и глотнула остывшего чаю. Эмму вдруг осенило:

— Знаешь, что нам следует сделать? — обратилась герцогиня к своему супругу. — Надо пригласить этого Джона Блейка…

— Джона Блэквуда, — поспешно поправила Белл.

— …ах да, Блэквуда, на ужин. Поскольку Белл здесь, нам не придется подыскивать ему даму.

Алекс отставил чашку.

— Удачная мысль, дорогая. Я не прочь возобновить прежнюю дружбу.

— Тогда решено, — деловито заключила Эмма. — Отправить ему письмо, или ты пригласишь его лично?

— Пожалуй, я сам навещу Джона. Мне не терпится вновь увидеть его, к тому же с моей стороны было бы недостойно забыть человека, который спас мне жизнь.

Эмма побледнела.

— Что?

Алекс успокаивающе улыбнулся.

— Это случилось уже давно, дорогая, сейчас ни к чему тревожиться.

Взгляд, которым супруги обменялась в эту минуту, был настолько нежным, что Белл испытала внезапный укол зависти. Тихо извинившись, она выскользнула из кабинета и направилась по лестнице к себе в комнату, где ее ждали несколько недочитанных страниц «Зимней сказки».

Джон Блэквуд спас жизнь Алексу? Это было поразительно. Очевидно, за напускной грубостью их нового соседа в самом деле скрывалось величие души.

У Джона Блэквуда есть какая-то тайна — в этом Белл не сомневалась.

Она могла поручиться: повороты судьбы этого человека заинтересовали бы даже Шекспира. И чтобы разузнать эту тайну, требуется всего-навсего небольшое расследование. Белл даже не предполагала, что жизнь в поместье может стать такой интересной.

Разумеется, без дружеского общения с Джоном Блэквудом ей ни за что не выведать его секрета. А он ясно дал понять: общество Белл пришлось ему не по душе.

Это последнее обстоятельство было чертовски досадным.

На следующее утро Белл разбудили весьма неромантичные звуки рвоты. Перекатившись на бок, она открыла глаза и увидела, что ее кузина склонилась над ночным горшком. Скорчив гримасу при виде этого зрелища, Белл пробормотала:

— Нечего сказать, чудесное начало дня!

— И тебя с добрым утром, — парировала Эмма. Поднявшись, она добрела до стола, на котором стоял кувшин с водой, наполнила стакан и набрала в рот воды.

Спустив ноги с постели, Белл наблюдала, как ее кузина прополаскивает рот.

— Вот уж не думала, что этим нельзя заниматься в собственной комнате, — наконец произнесла Белл.

Эмма метнула в ее сторону негодующий взгляд и поперхнулась.

— Утренняя тошнота — нормальное явление, — деловито продолжала Белл.

— По-моему, с Алексом ничего не случилось бы, если бы тебя затошнило в вашей спальне.

С капризным выражением на лице Эмма сплюнула воду в горшок.

— Я пришла сюда не затем, чтобы избавить мужа от неприятного зрелища. Можешь поверить, за последние несколько недель ему приходилось наблюдать это довольно часто. — Она вздохнула. — Однажды меня вырвало прямо ему на ногу.

— Какой ужас… — пробормотала Белл с сочувствием.

— Вообще-то я пришла сюда проверить, не проснулась ли ты, а меня вдруг затошнило, — лицо Эммы стало зеленоватым, она присела на постель. Торопливо поднявшись, Белл набросила халат. — Я могу чем-нибудь помочь тебе?

Эмма покачала головой и сделала глубокий вдох, героически сдерживая новый приступ.

— Похоже, насмотревшись на твои муки, я передумаю выходить замуж, усмехнулась Белл.

Эмма ответила ей слабой улыбкой.

— В браке есть немало своих преимуществ. — Надеюсь, это правда.

— Я думала, ничего не случится, если на завтрак я выпью чаю и съем пару бисквитов, — со вздохом посетовала Эмма, — но я ошиблась.

— Глядя на тебя, трудно поверить, что ты ждешь ребенка, — попыталась подбодрить кузину Белл. — Ты ничуть не пополнела.

Эмма благодарно улыбнулась.

— Как любезно с твоей стороны напомнить мне об этом! Признаюсь, для меня это совершенно новые ощущения: они кажутся слишком странными, а иногда даже пугают.

— Ты волнуешься?

— Нет, не волнуюсь, просто… не знаю, как описать это чувство. Через три недели Софи должна родить, а мы собирались вскоре навестить ее. Надеюсь, мы поспеем как раз к родам. Софи заверила меня, что наше присутствие не будет ей в тягость. Наверное, я перестану волноваться, как только узнаю, что меня ожидает, — в голосе Эммы сквозила скорее надежда, нежели уверенность.

Опыт Белл в отношении родов исчерпывался наблюдениями в двенадцатилетнем возрасте за рождением выводка щенят, и тем не менее она не была уверена, что Эмма испытает облегчение, оказавшись свидетельницей родов Софи. Белл неловко улыбнулась кузине и, не зная, что сказать, ласково погладила ее по плечу.

Через несколько минут лицо Эммы приобрело привычный цвет, и она вздохнула.

— Вот и все. Теперь мне гораздо лучше. Удивительно, как быстро проходит тошнота! Только это и помогает ее выносить.