Чтение онлайн

Описывая устройство крестьянского жилища, В. И. Белов сообщает: «Самым интересным у русской избы была, однако же, крыша, противостоявшая всем ветрам и бурям, не имея ни одного гвоздя. Древние плотники обходились вообще без железа: даже дверные петли делали из березовых капов, а створки рам задвижные. Любая, врезанная на шип и закрепленная клином деревянная деталь или конструкция держалась крепче, чем приколоченная гвоздем. Крыша, как и вся изба, делалась так, чтобы каждая последующая часть держалась за предыдущую, нижнюю. Причем чем выше, тем крепче, чтобы не снесло ветром».

Таким образом, даже начальное (без приводимых писателем описаний и специальных терминов) знакомство с тем делом, которым занимались Покрышкины, показывает — были они далеко не последними людьми крестьянского мира, владевшими, говоря современным языком, самыми высокими в том мире технологиями. Само ремесло кровельщика приближало их, больше других, к небу...

Отметим также упоминаемое В. И. Беловым характерное для северного народного быта стремление быть лучшим, прежде всего не по количеству, а по качеству. И не было свойственно русским мастерам держать в секрете наработанное умение. Как правило, они бескорыстно делились обретенным опытом мастерства с учениками. По старинным поверьям, клады легче даются чистым рукам, бессребреникам. А у тех, кто начинал торговать талантом, он вскоре пропадал.

Народная жизнь — это не только тяжкий труд и напряжение, но и свои утешения, свои яркие праздники. В. И. Белов пишет: «И труд, и отдых, и будни, и праздники так закономерны и так не могут друг без друга, так естественны в любой очередности, что тяжесть крестьянского труда скрадывалась». Были у крестьянина и утраченные городскими потомками чувство единения с природой, и ароматы сенокоса, и шум ярмарки, и кулачные бои, и катание на лошадях в масленицу...

Отсутствовала в русском мужике и пресловутая рабская пассивность. Легко снимался он с места, устремляясь за сотни и тысячи верст в другие края своей неохватной родины.

Земляк А. И. Покрышкина по Западно-Сибирскому краю В. М. Шукшин писал: «Уверуй, что все было не зря: наши песни, наши сказки, наши неимоверной тяжести победы, наши страдания — не отдавай всего этого за понюх табаку. «Идиотизм деревенской жизни» — фраза несостоятельна. Мы умели жить. Помни это. Будь человеком».

Жизнестойкими и талантливыми, верными в дружбе и бескорыстными были предки А. И. Покрышкина. Таким же был и он сам.

Тем, кто родился, как Александр Иванович Покрышкин в году 1913-м, не было уготовано спокойных детства, юности, молодости... Немного досталось этому поколению мирных, благополучных лет. Поэтому, не только в силу природной сдержанности характера, редко улыбался и тем более смеялся наш герой...

В ноябре 1916 года в «иллюзионах» Новониколаевска демонстрировался фильм в шести частях «Царь Иван Васильевич Грозный» с участием Федора Шаляпина. Великий певец, вспоминая грозное время революции, написал позднее в своей книге «Маска и душа»: «Я уже говорил, что не сродни как будто характеру русского человека разумная умеренность в действиях: во всем, как в покорности, так и в бунте, должен он дойти до самого края...» Один из видных политических деятелей той поры, прощаясь с Шаляпиным перед отъездом за границу, «вздохнул и многозначительно сказал: «Не будет ни одного человека, совершенно ни одного, кто бы избегнул в будущем страданий».

Довольно долго война не сказывалась существенным образом на положении тыла, недостатка в продовольствии не было, хотя цены, конечно, росли. Только в январе 1917 года в Новониколаевске введены карточки на отпуск муки, обозначилась острая нехватка промышленных товаров, особенно обуви, мануфактуры. По всей России было мобилизовано в армию уже около 15 миллионов мужчин. Эшелоны увозили на запад новобранцев, с фронта возвращались инвалиды. Появились в городе пленные австрийцы. Из столиц молниеносно доносились волнующие новости и слухи.

Шла своим чередом жизнь. Крестьяне объединяли усилия в тысячах кооперативов, которые к концу 1917-го включали более половины сельского населения Сибири. Традиционно высок был патриотизм. Сообщалось в местных газетах о приезде в Новониколаевск в отпуск 15-летних разведчиков, представленных к Георгиевским крестам, — Пантелеймоне Камневе и Андрее Семенове. Подростки тайком уехали на фронт с одним из эшелонов...

Но уже разгоняла полиция ворвавшихся в городскую управу солдаток, возмущенных временным прекращением выдачи пособий семьям воинов. Наплыв беженцев, военнопленных приводил к безработице. Из-за войны вновь было отложено строительство водопровода. Слабая медицина вела к регулярным вспышкам эпидемий тифа, который был бичом Новониколаевска и предреволюционных, и революционных, и первых послереволюционных лет.

Закаменка, где жили Покрышкины, находилась, как всегда, в самом трудном положении. Отсутствовали здесь больницы, освещение улиц, колодцы с питьевой водой, досаждали овраги. Из-за «дровяного голода» вырубили Закаменскую рощу. Жители писали прошения, протестовали... Времена же наступали столь крутые, и столь надолго, что лишь в 1960-е годы, после того как в Совет Министров СССР были направлены фотографии Закаменки с ее грязью, оврагами, трущобами и избушками, облик этого района начал меняться. Ведь город — гордость страны, научный центр — был открыт для иностранцев, а Закаменка — это почти центр Новосибирска, стоит немного свернуть с респектабельного Красного проспекта...

Февральскую революцию страна в большинстве своем встретила с радостным ожиданием. В Новониколаевске, уездном городке с населением в сто тысяч человек, особенно популярны были эсеры. Митинги, речи, красные банты... Но цены росли теперь уже стремительно, с сентября 1917-го вводятся карточки на масло — 1 фунт в месяц на человека. Частная скупка и продажа масла запрещены.

В декабре в городе установлена Советская власть. Ее в ночь с 25 на 26 мая 1918 года свергли внезапным нападением белочехи. Расстреляны несколько членов Совета — большевиков. Начиналась яростная и изнурительная эпопея Гражданской войны... Беженцы, тиф, казни... С ноября 1918-го по ноябрь 1919-го — военная диктатура адмирала А. В. Колчака, «верховного правителя Российского государства». Затем возвращение красных, освобождение Новониколаевска частями 5-й красной армии Восточного фронта. Задержать красных на рубеже реки Обь, как рассчитывали колчаковцы, им не удалось.