Чтение онлайн

– Но что вы делали, когда встречали мешочников?

– Обычно рубили, – ответил богатырь, доставая меч. – Иного языка они не понимают. Им бы только жрать, жрать!.. Уничтожают все, до чего могут дотянуться, включая любую живность.

– А кошки охотятся на ворон, – подхватила ведьма. – А псы не прочь порвать кошарика в клочья. Уж так устроено в природе. Но ныне сюда заявились люди и принялись учить всех, как не надо жить… на личном примере.

– Ладно, – сказал он, снова пряча клинок. – Не хочешь крови? Тогда держись крепче.

И сам ухватил девочку за плечо, чтобы не сорвалась ненароком. Затем в высоком прыжке перемахнул через мешочников, в нетерпении уже распахивавших пасти. Тотчас развернувшись, твари погнались за ним, но, конечно, сразу начали отставать.

– От этих-то нетрудно сбежать, – заметил Светлан. – Вот с другими такой метод не сработает.

– А кого тут не хватает?

– Главным образом насекомых – ясное дело, гигантских. Пауки, мокрицы, прочая мерзость. Представь, что мы сделались крохотными и угодили в травяные джунгли.

– Всю жизнь мечтала!

– Ну, стало быть, сбылось.

Чем глубже они погружались, тем разветвленней и просторней становились пещеры. Разумеется, им далеко было до подземного царства, по которому Светлан, Артур и Крон пробирались… вернее, даже пробивались в Тартар. Но обнаружить столь древнюю дичь под оплотом здешней цивилизации!..

Еще несколько раз на парочку накатывались мешочники, но Светлан не марал о них мечи, с легкостью избегая сближения. А по сторонам замечал быстрые тени с угловатыми очертаниями, очень похожими на помянутых им красавцев. Но эти твари не спешили нападать – возможно, поумнели за прошедшие миллионы лет. И образцы флоры, знакомой по тому походу, стали возникать все чаще.

– О, грибы, – оживилась Мишка, показывая пальцем. – Да какие!

– Это не те, которые едят, – откликнулся богатырь. – Скорей уж они сами… Кстати, грибница тебе ничего не напоминает?

– Компьютерную сеть?

– Точно. А такая система может дорасти до разума – если ее элементы достаточно сложны или их много.

– И вот эти грибочки, по-твоему…

– Они странные и, мне кажется, ведут себя – а от такого сочетания я не жду доброго.

– А упреждающий удар не тянет нанести? – спросила ведьма заботливо. – Чтоб и вовсе не волноваться.

– Мы ж не дикие, – усмехнулся он. – А рубим сплеча, только если по-другому никак.

– Хорошо, хоть грибочки тут не бегают за прохожими.

– Ты уверена? – Светлан кивнул на цепь высоких пней с пятнистыми шляпками, наглухо перекрывших проход как раз там, где пещера сужалась. – Четверть часа назад их тут не было. Иначе как бы проехал Ла Гус?

Не замедляя шага, богатырь приблизился к грибам, будто вознамерился пройти меж ними. Но только ближний пень шевельнулся, наклоняясь к добыче, как он отпрянул, вырывая меч, – больше из брезгливости, чем от испуга. А когда из вершины гриба выскочило мясистое щупальце, похожее на атакующего кальмара, махнул перед собой широким лезвием, разрубив его надвое. Обе половинки сразу обмякли, даже обойдясь без агонии. Странная все-таки жизнь. Кстати, в словарях грибы именуют то низшими растениями, то особыми организмами, сочетающими признаки растений и животных. А может, это какая-то третья форма?

– А говорил, не рубишь, – пробормотала Мишка. – Бона как саданул!

– Мог бы и вовсе покромсать на салат, – ответил Светлан. – Но они, кажись, поняли намек.

В самом деле, грибочки уже расползались по сторонам, освобождая проход. Новых попыток они явно не планировали, а в ситуацию въехали на диво быстро. Разум это или еще нет, но мешочников, например, здешние грибы превзошли намного.

Оценив дистанцию, Светлан быстренько миновал их и на прежней скорости зашагал дальше.

– Интересно, эти тоже размножаются спорами? – спросила девочка. – Может, отсыпать у них щепотку на одомашнивание?

– Тогда уж бери жменю, – сказал он. – Но на фиг это нужно? Вряд ли они съедобные.

– Бог с тобой, – ужаснулась ведьма. – Лопать таких разумников…

– А пусть нас не держат за дурней. Как говорится, долг платежом…

– Да ладно тебе! Собаки тоже были когда-то хищными, а ныне – первые друзья.

– Вот наш Пес так не считает.

– И, однако, пристал к нам, что репей.

– Куда ж ему деваться? Беднягу тоже приучили к ошейнику и на цепи продержали не один год. Вот такие собаки друзья для нас – примерно как мы для людоедов… то есть я имею в виду Пастухов.

– Занятная все-таки эволюция, – сказала Мишка. – Сперва охотились на нас, теперь – пасут. И кем быть лучше: дичью или скотиной?

– Волкодавом, – ответил богатырь. – Но не тем, которого натравливают пастухи.

– Охотником на охотников? – хохотнула она. – Слушай, а может, и тех науськивает кто-то? Сам же говорил: у людоедов есть хозяин.

– По логике, должен быть, но.

– Что?

– …иногда и логика дает сбой.

– Только не здесь, – уверенно заявила ведьма. – В этом мире все увязано.

– Или бывает неверной, – прибавил Светлан.

– Не сбивай меня, – сказала Мишка. – Что-то брезжит тут…

Это у нее было главной проблемой: сосредоточиться на мысли. Прокрутив в памяти последние фразы, Светлан предположил:

– Ты про охотников, что ли? И про того, кто науськивает их?

– Да, точно! – обрадовалась она. – Охотников отлавливать долго и муторно – нужно бить в главаря.

– Да где ж его сыщешь? Сам-то он вряд ли ходит на охоту.

– Ежели он главный… э-э… побудитель, то мотивация у него должна быть наиболее сильной.

– И что?

– Нужно набросать его психологический портрет.

– Портретистка нашлась, – проворчал богатырь. – Как же рисовать – без натуры-то?

– С натурой и дурак сможет!..

– А мы, стало быть, умные. Ну-ну.

– Не важно, как этот тип выглядит. Нужно понять, на что он клюнет.

– Мотыль тут вряд ли подойдет, – сказал Светлан. – И черви – явное не то.

– Конечно – он же людоед. Причем самый отъявленный, махровый…

– Как полотенце, ну да. У нас что, будет абстракционистский портрет?