Чтение онлайн

Пожар начался в очень неудобное время, в семь часов с копейками, когда второй караул даже ещё не появился и они не приступили к сдаче караула. Зато теперь, пока они не потушат пожар, домой никто не пойдёт, а второй караул в это время, если Маша не подсуетится, будет играть в их бильярд и смотреть их цветной телевизор. Правда, ему придётся отмывать за ними всю грязь с машин и рукавов. Один ночной выезд после двенадцати это семечки, а вот три утренних, да, ещё на такой знатный пожарище, это уже полная жопа и потеть их сменщикам придётся до утра, если у них всё обойдётся без выездов. По той же самой причине не спешила помощь из других пожарных частей и к ним на завод прислали всего один ход.

Денис быстро покрыл пеной центральную часть склада, сменил ГВП на прямоточник и, радуясь тому, что воду можно было не жалеть, пожарный водоём с пятью тысячами кубов это тебе не хухры-мухры, с ювелирной точностью погнал горящее масло в сторону малярки, постоянно ожидая взрыва баллонов с кислородом. Боря, пригнувшись к рулю, мастерски регулировал подачу воды. Все бойцы работали каждый на своём участке, но Денис находился на самом опасном. Славка не выдержал, и, поскольку был у него подствольщиком, примчался и подставил плечо под рукав, не забыв при этом спросить:

– Дэн, куда эти козлы сныкали кислород?

Денис напряг память, вспоминая расположение склада и, вспомнив, что свободная площадка была справа, как раз напротив того места, где стояла машина, хотя и возле той стены, которая была обращена к ЛТП, повернулся и дико заорал:

– Боря, вали из машины!

Как это ни странно, но Борис Тихонов его услышал и в следующее мгновение ласточкой вынырнул из машины через пассажирскую дверь и даже успел сесть на корточки за колесом. Ну, а через пару секунд раздалось сразу несколько оглушительных взрывов. На этот раз из крыши взлетающими, словно ракеты, кислородными баллонами сорвало куда больший кусок крыши, но что самое неприятное, осколками пробило кирпичную стену склада и один вонзился в дверь машины, на которой красным по белой полосе было написано — ППЧ-34. Зато там, где стояли Денис и Славка, не прошуршало ни одного осколка. Ну, а через пару минут, когда истошные крики людей стихли, к горящему складу помчались сразу пять ходов и Денис, передав ствол Славке, махнув рукой в сторону чёрного проёма, из которого валил сажистый, маслянистый дым, сказал:

– Славутич, оберегай пенку, а я пойду гляну, что творится в малярке и передам руководство новому РТП.

Когда он подбежал к машине, Боря уже снова сидел в ней и дико хохотал, показывая ему длинный кусок стали, пропоровший дверцу автомобиля насквозь и вылетевший наружу через открытую дверь. Что же, это будет теперь ещё один экспонат для музея Деда Фомина. Малярка, как это и предсказывал Денис, уже полыхала вовсю, а четверо мужиков, как и Боря Тихонов, тоже истерично хохотали, рассказывая всем о том, как лихо их поставил за колоннами комод из первого караула ППЧ-34, чем спас им жизнь, так как от взрыва стена рухнула и сначала через малярку пролетела куча осколков, а уже потом она начала полыхать. Рукавов из огня они вытащить не успели, зато удрали сами. Денис, подойдя к начкару пятнадцатой части, принялся деловито докладывать ему, какие меры успел принять и какие отдал распоряжения. Витька Гарибян выслушал его и спросил:

– Диня, а может ты всё это расскажешь Кристаллинскому? Он подъедет минут через пять или семь.

Денис улыбнулся и попросил вместо ответа:

– Вить, дай лучше закурить. — После чего, взяв из пачки сигарету «Ростов», спросил, прикуривая — Ну, а ты что намерен теперь делать? Учти, я пену на входе постелил, но масло ещё минут двадцать выгорать будет. Его там до чёрта.

Возле одного из ходов, прибывших на усиление, двое парней облачались в серебристые теплоизолирующие костюмы и начкар два, кивнув в их сторону, сказал:

– Пошлю их внутрь. Там что-то очень уж ярко горит. Ты не знаешь, что это? Как раз неподалёку от того места, где баллоны с кислородом рванули. Хорошо, что ты вовремя алкашей вытолкал в шею, там осколками весь их садик и палаты посекло.

Денис, который также видел в глубине склада это яростное, бело-голубое пламя, пожал плечами и ответил:

– А хрен его знает, Витёк, но горит, словно термит. Ладно, дай мне ещё одну сигарету, выкурю и пойду позавтракаю.

Тут на них налетел главный инженер завода:

– Вы почему курите на территории завода?

Оба пожарных сначала открыли рты от изумления, а потом громко расхохотались, настолько нелепой была ситуация. Главный инженер, у которого, похоже, нервы были на взводе, тоже захохотал, вздохнул, закурил сам и спросил:

– Денис, мысли о причине пожара есть?

Комод кивнул головой и ответил:

– Завскладшу, Игорь Михайлович, нужно поставить раком и драть, как сидорову козу до блевоты за то, что она ветошь, пропитанную ляписом, не отправляла на утилизацию сразу же, а накапливала, дура. Зуб на холодец даю, что это она самопроизвольно вспыхнула, причём с неплохим взрывом, отчего ветошь разлетелась чуть ли не по всему складу. Я хотя и спал в это время, громкий хлопок всё же сквозь сон услышал. Такие вот дела.

– Да, это очень здравая версия, Денис. — Согласился главный инженер — Ладно, парни, работайте, а я пойду звонить в министерство. Стрелочник уже есть и это не наша персона, а вояк.

Как только главный инженер уехал, подъехал начальник отряда, дядя Боря Кристаллинский. Денис доложил ему обстановку, но никаких предложений делать не стал. Тот выслушал его, усмехнулся и сказал:

– Пожарный поезд ты вовремя вызвал, Денис, цех ширпотреба уже вовсю полыхает. Мне даже врать не придётся, но заводские тебя за это по головке не погладят. Ой, не погладят.

Денис осклабился и воскликнул:

– Ага, они потребуют, чтобы вы сняли меня с должности командира отделения! И стану я снова, как и раньше, первым номером, и буду получать пятьдесят четыре целковых вместо пятидесяти шести. Ой, напугают они меня этим.

Посмеиваясь на ходу, Денис зашел в столовую и сел за стол. По неписанному закону пожарного братства, второй караул угощал их завтраком, ну, а обед теперь будет обязан выставить завод, причём всем пожарным без исключения. Пожар полыхал так, что вокруг него растаял весь снег. Впору было уже проливать здание пожарного депо. После завтрака он пошел к воротам склада, подобрался поближе и чуть было не рассмеялся. Двое парней в теплоизолирующих костюмах, аж подпрыгивали. Он помахал рукой Молокану, тащившему куда-то два рукава литер «В» со стволом, и крикнул, указывая рукой на парней:

– Ваник, подсоедини рукав к тройнику, будешь ставить передо мной водяную защиту, а то ребята сейчас там изжарятся!

Молокан понял его с полуслова и через тридцать секунд вырос возле него сжимая в руках ствол-дождь. Денис снял с головы каску, поправил краги на руках, затем подшлемник и кивнул своему старшему товарищу и наставнику, говорившему ему не раз и не два: — "Пока боёвка мокрая, ей никакой огонь не страшен, а чуть подсохла, всё, кранты. Сгоришь в одну минуту и похуже, чем в Праге, парень". Иван Петрович озорно улыбнулся и стал проливать боёвку, а Денис, подняв руки, не спеша поворачивался вокруг своей оси. Замачивался он не спеша и основательно, не обращая внимания на то, что вода была ледяная, да, ещё и тухлая. Кто-то в толке зевак крикнул: