Чтение онлайн

– И напрасно: "Если римская церковь назовет белое черным, мы должны без колебания следовать ей". Ad majofem Dei gloriam*. Я, собственно говоря, заехал сказать тебе, чтобы ты не удивлялся, если когда-нибудь услышишь, что я "раскаялся" и стал "красным".

______________

* К вящей славе бога (лат.).

– Август!
– в испуге произнес генерал.

– Этого могут потребовать тактические соображения: пробраться в среду коммунистов. Разве тебе не было бы интересно узнать, что там творится? Вижу, вижу: у тебя заблестели глаза! Увы, старик, это только мечты! Так далеко я не надеюсь пролезть, но кое-что мы все-таки сделаем. Может быть, тебе придется еще когда-нибудь спасать от рук гестапо своего "красного" брата. И Август рассмеялся.

Глядя на него, улыбнулся и генерал.

– А теперь говори, зачем ты меня звал?
– спросил Август.

– Ты меня заговорил...
– Генерал потер лоб.
– Вопрос прост: чтобы подойти к главной задаче - покончить с Россией раз и навсегда, нужно решить много предварительных задач.

– Это верно, - согласился Август.
– Чем важнее цель, тем больше задач возникает на пути к ней.

– Вот здесь-то, на этом пути, у нас и возникли существенные разногласия.

– С кем?

Несколько мгновений Гаусс исподлобья смотрел на брата, будто не решался договорить. Потом сказал отрывисто:

– С Гитлером.

– Вот что!

– Да. Они там не хотят понять...

– Кто?

– Гитлер и его дилетанты, Йодль и другие, - с досадой, отмахнулся генерал, - не хотят понять, что нельзя бросаться на Россию, не покончив сначала с Францией и Англией.

– А ты?

– Я считаю, что сначала нужно очистить свой тыл, нужно поставить на колени Англию, Францию и других...
– Гаусс сделал пренебрежительный жест.

Август задумался.

– Ты об этом и хотел меня спросить?

– Это очень важно.

– Для всего дела?

– И лично для меня.

– Тогда я тебе скажу: не спорь.

Лицо генерала побагровело:

– Я не боюсь...

– Дело не в этом...
– Август вскочил и в волнении прошелся по комнате.

– Говори же!
– нетерпеливо сказал Гаусс.

– По-моему, они правы.

– Начинать с России?

– Да.

– Драться с нею, имея за спиною непокоренную Францию, неразбитых англичан? Вы все сошли с ума!

– А не кажется ли тебе, что именно неразбитая Франция, именно невраждебная Англия не только наш спокойный тыл, но и лучший резерв?

– Англия не успокоится, пока мы не будем уничтожены! Она спит и видит, как бы столкнуть нас с Россией.

– В этом-то и горе! А нужно втолковать англичанам, что все вопросы, все споры могут быть решены за счет России. Пусть нам дадут Украину, Донбасс и прибалтийские провинции - и мы отдадим англичанам Африку на вечные времена!

– Значит, ты считаешь, что они правы?
– не скрывая огорчения, спросил Гаусс.

– Да! Лучше иметь в тылу англо-французского союзника со всеми его ресурсами, чем ломать себе зубы до драки с русскими. В этой драке пригодится каждый зуб!

– Тут какой-то заколдованный круг. Мы в нем вертимся вот уже сколько лет!

– Рано или поздно мы столкнемся с Россией, и тогда все станет на свои места.

– Дай бог, дай бог, - сказал генерал.

– От него зависит совсем не так мало, как ты думаешь, - весело проговорил Август.

– От кого?
– удивленно спросил генерал.

– От бога, господин генерал, от господа-бога!

– Я никогда не был его поклонником.

– А между тем я мог бы тебе сказать нечто, что заставит тебя об этом пожалеть: американцы вступают в теснейшие сношения со святым престолом.

– Что? Бизнес с богом?
– И генерал рассмеялся.

– Это вовсе не так смешно, Вернер, - наставительно произнес Август.

– Ну, что касается наци, то они, кажется, никогда не были поклонниками Христа.

– Дело не в Христе, а в папе. Наци уже знают, сколько дверей может открыть комбинация из креста и свастики. А скоро увидят и новую комбинацию: доллар и крест.

Генерал поморщился:

– Мы с тобой болтали, как двое старых громил, нехватает только заговорить об отмычках.

– Время, Вернер, время! Кстати о времени.
– Август озабоченно посмотрел на часы.
– Мне пора, старик!

– Послушай, Август, если все это серьезно, насчет этих "комбинаций"...

– Которых, Вернер?

– Ну, я имею в виду Ватикан и Америку. Это ведь, наверно, могло бы сильно облегчить нам задачу на западе?

– Если бы вы сговорились с католиками?

– Да!

– Разумеется, умный ход мог бы дать тебе в одной Европе армию в двести двадцать миллионов католиков!

– Ого!
– воскликнул генерал.
– Мне, признаться, никогда не приходило в голову заняться такою статистикой.

– Иметь союзников на том самом западе, который тебя сейчас так интересует, - союзников верных, дисциплинированных, организованных и, главное, послушных слову святого отца, - это кое-чего стоит!

– Пожалуй, над этим действительно стоит подумать.

– Ты помнишь Пачелли?
– спросил Август.

– Кардинала? Конечно! Нас познакомили на каком-то приеме. Он мне понравился. Те, кто знавал его в Мюнхене, считают его умнейшим человеком.

Август согласно кивнул.

– Иначе он не забрал бы в руки и все католические дела и самого папу.

– Ты полагаешь, что нынешний статс-секретарь - истинный хозяин Ватикана?

– И можно почти с уверенностью сказать: когда не станет святейшего отца, Пачелли - единственный кандидат на престол Петра.