Подруга
Шрифт:
И Татьяна Александровна сделала второй решительный шаг: продала своё ателье, собрала вещи и вернулась. Заработанных денег хватало на то, чтобы засесть дома и сосредоточиться на внуках.
Тремор у матери прошёл, вернулось прежнее спокойствие и желание начать всё сначала. Лиска снова почувствовала свободу и решила, что пора делать карьеру.
Благодаря возвращению бабушки мы с ней и познакомились. Я помню тот день, как она заявилась на пороге нашего мебельного центра (позже она объяснила свой выбор: большой, красивый, с постоянно заполненной парковкой и недалеко от дома). Лиска была в белоснежном брючном костюме, в остроносых туфлях на шпильках, блестящей сумочкой на длинном ремешке. Выпрямленные волосы собраны в хвост на макушке, серьги-кольца покачивались в ушах. Плюс смесь запахов кремов с парфюмом – что-то свежее со сладкими нотками, в ауре которого хочется находиться, наслаждаясь оттенками этого букета.
Она сделала несколько шагов в сторону администратора. Этого хватило, чтобы все находящиеся повернулись в её сторону, и возникла тишина. Довольная результатом, «леди в белом» произнесла всего три слова:
– Здравствуйте. Где главный?
Почему-то никому не пришло в голову спросить: кто она и по какому поводу? может, главный и не нужен? Но сотрудники, зачарованные её появлением, зычным с хрипотцой голосом, лишь указали на нужную лестницу. И наблюдали, как каблуки касаются пола, как брюки обволакивают стройные ноги, как двигается тело под пиджаком – уверенно и в то же время соблазнительно.
Вакансий в магазине не было, что не помешало Лиске войти в штат. Шеф оказался бессильным под её влиянием и напором. Правда, спустя годы говорил, что как раз думал о дополнительном продавце, и – о чудо! – Вселенная прислала лучшую.
Лиска начала работать на полставки, чтобы оставалось время на детей. Потом быстро перешла на полный день. Затем заняла кресло начальника отдела, а после стала заместителем генерального. Такая карьера за пятилетку – не за красивые глаза, стройные ноги и командирский голос, а исключительно за заслуги. Да, у Лиски не было опыта в продажах (впрочем, вообще никакого опыта в работе). Но она быстро смекнула, как можно использовать свой шарм и университетские знания, чтобы найти подход к разным клиентам.
Со студентами она устраивала тест-драйвы по диванам и кроватям – с байками, хохотом, даже песнями. Молодым парам давала советы по мебели как жена и мать. Солидным гостям уверенно объясняла специфику и достоинства каждого производителя (не поленилась же – всё тщательно выучила). Клиентов с небольшим бюджетом встречала так, что у них буквально расправлялись крылья. Они чувствовали себя уютно в этом огромном центре с белыми полами и с азартом приступали к выбору вариантов.
– Нельзя их принимать как нищебродов, – потом натаскивала Лиска свою команду. – Нужно помочь повысить свою самооценку, почувствовать вкус покупателя, который может себе позволить дорогое приобретение. Тогда они будут возвращаться – за удовольствием от покупок. К тому же худой кошелёк может быть временным явлением.
Для нас каждая продажа Лиски была мини-спектаклем. Только она могла за считанные секунды «считать» человека и повести себя так, чтобы у него не возникало сомнений: надо покупать здесь и сейчас.
И, перебравшись в свой кабинет замдиректора, Лиска, кажется, скучала по этому. Нет-нет да выбиралась в зал, находила себе «жертву» и снова жгла. Нам, правда, говорила, чтобы улучшить показатели центра или заработать премию на море с сыновьями.
***
Мы сдружились с Лиской в самые первые дни. Наташка – многодетная мать, которая вечно разрывалась между садиком, школой, поликлиникой и непутёвым мужем. С новой подругой она быстро нашла общий язык на детско-семейной почве. А я стала этаким уравнителем бурного темперамента Лиски – степенная, но в то же время готовая поддержать любой здравый кипиш.
Вообще, я пришла в мебельный работать пиарщиком, однако долго на этой должности не продержалась. Генеральный вынес вердикт по Станиславскому – «Не верю!» – и отправил в зал прочувствовать то, что нужно рекламировать. Мы с Наташкой в итоге так и остались в зале. И до Лиски это была обычная работа. Казалось, только с её появлением моя жизнь заполнилась, стала интересной и обрела смысл.
По пятницам мы выбирались на девичник. В субботу, пока я дрыхла, а Наташка застревала у плиты и стиралки, Лиска устраивала «сыновий день» – карусели, страусиные фермы, аквапарк, скейт-парк, загородные базы отдыха, ремесленные мастерские и прочие увлекательные вещи. Вечером – романтический ужин со своим кавалером. Если такового в данный момент не было, то мы отправлялись на «охоту». Кроме традиционных клубов и баров были и необычные места для поиска избранника: интеллектуальные игры, экстремальные квесты, «коньячные» экскурсии. Разве что в научную библиотеку нас не занесло.
В воскресенье было затишье перед началом новой рабочей недели. Впрочем, и здесь случались неожиданности. Лиска могла позвонить в любой момент – «Погнали в боулинг», «Пошли потрошить магазины», «Прямо сейчас на платную рыбалку». Да что там говорить, я даже в прорубь за компанию нырнула на Крещенские купания!
Если честно, я не могла вспомнить, как проходили мои выходные раньше в маленькой однушке, купленной родителями. Всё казалось таким рутинным, скучным, как унылый чёрно-белый фильм.
***
В течение рабочей недели все события разворачивались в салоне. После обеда у нас появился ритуал: «полежалки» на дальних диванах с болтовнёй о своём, о женском.
– Вот я рожу ещё двоих пацанов, – делилась своими планами Лиска.
– Почему двоих?
– Чтобы было с кем драться, – то ли пошутила, то ли всерьёз ответила подруга. – У моих мальчишек примерно один возраст, и они всегда вместе – подерутся, помирятся, кому-нибудь другому уши надерут, подцепят заразу, напару переболеют, бардак устроят, по углам часок проведут. Просто идиллия. Если появится третий – он будет просто мелким. Ему тоже понадобится компания, свой напарник. Поэтому рожать надо только парами.
– Ну не знаю, не знаю, – возразила Наташка. – У меня трое, и вроде как всё хорошо. Везде успевают.
– У тебя особый случай. Дети – почти погодки, и удачно, что первая девочка. Старшая лупит младших, а они держат оборону. Тоже гармония, – вынесла вердикт Лиска.
– А претендент есть на роль отца? – спросила я.
– Не боись, Алёха, прорвёмся.
– И не страшно тебе – ещё двоих? – не унималась Наташка.
– А чего бояться? Что разжирею, обвисну?