Чтение онлайн

Будучи уже много лет завзятым холостяком, он не сомневался, что известие о его женитьбе вызовет настоящую сенсацию в клубах Сент-Джеймса.

Его настойчивые и пылкие ухаживания за Ниобой Баррингтон стали, несомненно, основанием для множества пари, заключавшихся в Уайт-клубе, и объявление о женитьбе на ее кузине будет воспринято с немалой долей иронии.

Виконт уже достаточно хорошо изучил характер Ниобы, чтобы сознавать, что она всегда стремилась находиться в центре внимания и играть в любой жизненной драме роль главной героини.

Некоторой частью своего сознания, не замутненного нежными взорами коварной прелестницы и еще сохранившей способность критически мыслить, виконт уже тогда понимал, что Ниоба специально превращала в драматическое действо каждый миг его ухаживаний. Возможно, она это делала для того только, чтобы последний этап — объявление о ее помолвке с маркизом — стал бы сенсацией всего светского сезона.

И теперь известие о том, что она поймала в свои сети более крупную рыбу — маркиза, будет лишено блеска и сенсационности в глазах света, если виконт женится раньше, чем она. Именно свадьба виконта, а не красавицы Ниобы станет главной новостью сезона.

Когда виконт остановил фаэтон у ворот маленькой церкви, сложенной из серого камня, на его губах играла жесткая, торжествующая усмешка.

— Это будет как раз то, что требуется, — пробормотал он сквозь зубы.

Поискав взглядом слуг, которые подержали бы лошадей под уздцы, и не найдя никого, он подозвал к себе пару мальчишек, с восторгом взиравших на фаэтон в нескольких метрах от церковных ворот. И тут тоненький голосок произнес:

— Вы и в самом деле собираетесь… жениться на мне, милорд?

— Я полагаю, что для тебя это будет в любом случае лучше, чем бродить одной, без гроша в кармане по улицам Лондона?

— Да… да… разумеется… и я очень вам… признательна.

— Для этого у тебя нет никаких причин, — мрачно ответил виконт. — Я делаю это исключительно для того, чтобы проучить твою коварную кузину, и надеюсь, что урок этот окажется для нее достаточно болезненным.

— Можете в этом не сомневаться, милорд! — поддержала его Джемма.

Виконт спрыгнул на землю, велел одному из мальчишек подержать лошадей и осведомился у него, где в это время может находиться викарий.

— В церкви, сэр. Крестит ребенка, — почтительно доложил тот, с восторгом глядя на элегантного, одетого с иголочки джентльмена.

Виконт вошел в церковные ворота, даже не задержавшись, чтобы помочь девушке сойти с фаэтона.

Она легко справилась с этим сама и последовала за ним, надевая свой капор на растрепавшиеся волосы и завязывая под подбородком ленты.

У входа в церковь она отступила в сторону, давая пройти женщине с ребенком на руках и нескольким мужчинам.

Пока они неторопливо шли мимо нее, она заглянула внутрь и увидела, как виконт беседует с пожилым мужчиной, облаченным в стихарь.

Занервничав, она попыталась расправить помятое платье и увидела, что виконт показывает викарию какой-то листок бумаги.

Священник отправился к алтарю, а виконт жестом подозвал к себе Джемму.

— Я тут объяснил святому отцу, что в написание твоего имени вкралась ошибка — случайно была опущена его вторая половина, — произнес он бесстрастным тоном, в котором чуткое ухо девушки уловило явственные следы раздражения, — и что тебя на самом деле зовут Джемма Ниоба.

Джемма послушно кивнула, но на мгновение, казалось, утратила дар речи и еще больше побледнела. Лишь огромные темные глаза испуганно смотрели ему вслед.

Впрочем, виконт больше не взглянул на нее, даже не предложил ей руку, когда направился к алтарю. Увидев, что викарий уже ждет их, Джемма поспешно последовала за ним и встала рядом.

Прозвучали краткие молитвы, а затем возникла неловкая пауза: виконт спохватился, что у него нет кольца.

Он не растерялся и тотчас же снял с мизинца своей левой руки золотой перстень с печаткой. Тем не менее он все равно оказался слишком велик — Джемме пришлось согнуть палец, чтобы удержать его.

Викарий провозгласил их мужем и женой, затем виконт заплатил положенные деньги — пять шиллингов, а когда священник хотел поздравить новобрачных, жених резко повернулся и направился прочь. Девушке ничего не оставалось, как последовать за ним.

— Спасибо… большое спасибо, — пробормотала она викарию, весьма удивленному дурными манерами виконта.

И тут же, опасаясь отстать, она побежала по церковному проходу вслед за своим новообретенным супругом, провожаемая неодобрительным взглядом священника. Но догнала она его уже за церковными воротами.

Наутро, когда Джемма проснулась, первой ее панической мыслью было, что она проспала и теперь дядя опять устроит ей взбучку. Но затем, открыв глаза и увидев незнакомую спальню, девушка тут же вспомнила, где она находится и что с ней произошло.

Проснулась она оттого, что ее разбудили легкие и осторожные шаги — в комнату кто-то вошел. Повернув голову, она увидела молоденькую горничную, которая раздвигала шторы на окне.

— Который сейчас час? — тихим голосом спросила Джемма.

— Десятый час, миледи.

У Джеммы перехватило дыхание. Почтительный тон, которым говорила с ней служанка, послужил реальным подтверждением того, что все случившееся накануне не было невероятным, фантастическим сном, хотя и, вне всяких сомнений, могло показаться таковым.

Когда они с виконтом приехали вечером в Лондон, она чувствовала, что вот-вот упадет от усталости. Конечно, она ничего не стала говорить об этом виконту, поскольку не рассчитывала на то, что кому-то есть дело до ее самочувствия.

Всю дорогу от церкви до города они проехали в полнейшем молчании. С лица виконта по-прежнему не сходила мрачная усмешка. Когда же они прибыли на Беркли-сквер и появившийся слуга взял под уздцы лошадей, виконт, не обращая ни малейшего внимания на свою новоиспеченную супругу, вошел в дом. Она испуганно и смущенно последовала за ним.