Чтение онлайн

– Эмбер! Как приятно тебя здесь встретить. Да, я тоже приехала на фестиваль. Я снялась в «Вечном голубом небе». Слышала?

– Ох, точно. – Эмбер наморщила носик. – Роль на две реплики?

– Второстепенная роль, – поправила ее Оливия все с той же улыбкой.

Двери лифта открылись, и она с высоко поднятой головой прошла мимо Эмбер, бросив:

– Ну, еще встретимся, я уверена.

Так, значит, она актриса. Новость не удивила Бена. Актрисы в его понимании – ухоженные, высокомерные, насквозь пропитанные ложью, трудные в общении женщины. Оливия именно такая.

Она вела его по устланным коврами коридорам, затем свернула в узкий коридорчик и миновала дверь, ведущую на лестницу. Бен нахмурился. В этой части здания не было номеров. Здесь располагались комнаты для персонала и складские помещения.

– Вот мы и на месте, – заявила Оливия, церемонно показав ему старомодный ключ, а не фирменную карточку с эмблемой отеля.

Она открыла дверь. Бен вошел, его плечо соприкасалось с плечом Оливии, потому что комната на самом деле оказалась крохотной и смахивала на кладовку.

– По-вашему, этот номер не ужасен? – приторно-сладким тоном поинтересовалась Оливия и указала на кровать со смятыми испачканными простынями. – Я не думаю, что простыни меняли с… прошлого года. К тому же мини-бар пустой и отсутствует ванная комната.

Оливия повернулась к нему лицом, подбоченилась, и ее тело, а в особенности грудь оказались достаточно близко от Бена.

Он старался не обращать внимания на то, что при повороте ее локон задел его щеку, или на то, что после тринадцатичасового перелета от нее все еще исходил аромат клубники. И ванили. Бен сделал глубокий вздох и посмотрел на разгневанную Оливию:

– Я прошу прощения. Очевидно, произошла ошибка.

– Ошибка? То, что меня запихнули в этот кошмарный номер, просто ошибка? Не притворяйтесь!

Гнев – такое знакомое обжигающее кровь чувство – охватил его. Она, конечно, красива. Но зачем устраивать сцену из-за явной случайности?

– Да, всего лишь ошибка, – ответил Бен. – Неужели вы думаете, что кто-то мог специально предоставить гостю нашего отеля такой номер?

– Именно так я и думаю, Бен.

Он уставился на нее – сначала в замешательстве, затем с раздражением.

– Ты решила, что я поместил тебя сюда, потому что ты Харрингтон?

– Не нужно быть физиком-теоретиком, чтобы это понять.

Он громко засмеялся:

– Милая, ты далеко не физик-теоретик.

В ее глазах полыхнула злость, отчего они приобрели золотистый оттенок.

– Я не позволю издеваться над собой.

– Я могу сказать то же самое. Ты не настолько важная персона, чтобы я тратил свое время на издевательства над тобой.

Оливия пожала плечами:

– Все может быть…

– Так ты думаешь, что я изучил список людей, которые забронировали номера в нашем отеле, – перебил он ее голосом полным сарказма, – надеясь, что кто-нибудь из Харрингтонов захочет у нас остановиться, и лелея мечту так по-детски с ним поступить? – Бен вспомнил, каким сладким ядом были пропитаны слова красотки в лифте. – Придется расстроить тебя, но твой приезд в Берлин не является главной новостью дня. – Он усмехнулся. – Я не уверен, что это вообще кому-то интересно.

От гнева ее щеки с высокими скулами залил румянец.

– Не знаю, каким образом тебе об этом стало известно, но…

– Ох, да успокойся ты. – Бен устал от капризных див и их запросов. Не хватало еще одной из Харрингтонов, капающей ему на мозги. – Я понятия не имел, что кто-то из вашей семьи окажется в Берлине. Все вы вроде бы должны сейчас быть в Нью-Йорке, на переговорах с моим братом.

– Каких переговорах? – возмутилась Оливия. – Моя сестра отказала…

– Вопрос поглощения компании быстро и просто не решается, – сухо пояснил Бен. – Но, по правде говоря, меня это абсолютно не касается. Я не имею отношения к делам Чатсфилдов.

Оливия изумленно изогнула бровь:

– И все же ты руководишь отелем в Берлине.

Он сам до сих пор не мог поверить в это.

– Так и есть. Но только на время проведения фестиваля.

– Так, значит, Чатсфилды живут одной сплоченной семьей, – протянула Оливия.

Бен напрягся. Сплоченной? Когда-то он не сомневался в этом. Но все в прошлом.

– Мы семья, – ответил он равнодушно, – точно такая же, как Харрингтоны.

Оливия поджала губы. Они стояли, глядя друг другу в глаза, и кроме злости, накаляющей воздух, между ними возникло нечто другое. Физическое влечение. Оливия Харрингтон, если не брать во внимание ее личность, была весьма привлекательной женщиной. Красивой, яркой, сексуальной. Ее глаза блестели от негодования, волосы слегка растрепались, щеки покраснели. Она выглядела разозленной и возбужденной одновременно.

– Вам будет предоставлен другой номер, – произнес он не терпящим возражений тоном, – и в качестве извинения за нашу ошибку одна ночь вашего проживания будет бесплатной.

Глаза Оливии удивленно округлились, но затем она величественно кивнула, словно именно такого ответа и ждала.

– Благодарю.

Чем быстрее ему удастся уйти от этой женщины, тем лучше.

– Всегда рады помочь, – сказал он и покинул ее номер.

Менее чем через час Оливия перебралась в один из роскошнейших номеров отеля «Чатсфилд». У нее отвисла челюсть от увиденного. Это уж точно не номер класса «стандарт». Посыльный занес в прихожую ее чемодан и удалился. Закрыв за ним дверь, она начала медленно обследовать апартаменты: прихожую, гостиную, кухню, спальню, огромную ванную комнату с роскошной ванной. Просто восхитительно! Одного взгляда на ванну было достаточно, чтобы загореться желанием погрузиться в горячую воду с душистой пеной и остаться там на всю оставшуюся жизнь.

Но, как бы прекрасно это ни было, Оливию не оставляли сомнения. Ведь она не только получила право на одну бесплатную ночь, но и оказалась в номере, проживание в котором стоило в сто раз больше чем в «стандарте». Бен Чатсфилд пытается доказать, что отель «Чатсфилд» отличается высоким уровнем обслуживания, или он просто чувствует себя виноватым?

Оливия решила не думать об этом. В любом случае теперь у нее есть шикарный номер, который обойдется дешевле, чем она планировала.

Оливия распаковала чемодан, аккуратно развесила свои тщательно продуманные наряды в гардеробе, затем наполнила водой ванну, добавив в нее пену из предоставленной отелем бутылочки. Раздевшись, она погрузилась в ароматную горячую воду.