Шрифт:
Qui prior est tempore, potior est jure [1] .
Часть 1
Если завтра война, если завтра в поход
Длинная шеренга застыла на краю большой хорошо утрамбованной площадки. Строй, не очень ровный, но слитный. Все одеты в темное, на ногах – легкие кожаные поршни (башмаки с низкой подошвой), на теле безрукавки из толстого льна. Штаны из прочного домотканого холста, свободного покроя. Узкие кожаные пояса завязаны тугими узлами.
1
Кто раньше по времени, тот прежде по праву (лат.).
В строю – молодые парни от двадцати двух до двадцати пяти лет. Все коротко острижены, у каждого на безрукавке с левой стороны пришит кусок ткани с изображениями рун.
Перед строем, заложив за спину руки, стоит человек в черном. Оглядев строй, он кашляет и громко произносит:
– Каждый, кто стоит в этом строю, отныне не принадлежит себе! Он принадлежит Трапару! И своему народу! А они требуют от вас только одно: стать воинами! Лучшими воинами, способными победить любого врага! И с этого дня вы начнете учиться быть такими воинами! Учеба будет долгой, трудной, иногда невыносимой! Но вы настоящие сыны своего народа и Трапар смотрит на вас! Не опозорьте его! Вы готовы?
Сотня глоток единым разом выдохнула:
– Да!
– Трапар жив!
– Трапар жив! – вновь рявкнула сотня.
– По группам разойдись!.. Направо! Бегом марш!
Две сотни молодых неутомимых ног резво стартовали с места и, набирая скорость, помчались по кругу. Лица бегущих были серьезны, взгляды сосредоточены. Все полны решимости пройти испытания и стать воинами, достойными одобрительного взгляда самого Трапара. Или для начала хотя бы его посланников…
1
Группа Бердина
А начинали они с чистого листа. Не имея на руках даже первичных данных о численности хордингов, о способности племен снарядить и прокормить большое войско, о составе и готовности дружин.
И все же начали. Так как иного выбора не было, а план реализовывать надо. Любым способом.
– Племя Клемленат состоит из тридцати семи родов. В общей сложности в нем двадцать две тысячи сто или сто двадцать человек. Из них мужчин в возрасте от семнадцати до тридцати лет почти четыре тысячи.
– Пятая часть племени. Не так и плохо. Кстати, эта пропорция справедлива и для других племен.
– У Ломенгарса больше всех, почти семь тысяч.
– Лесные жители. У них и народу побольше и живут получше.
– Завтра-послезавтра прибудут гонцы Самадена и Ванадена. Тогда получим все данные.
Василий Бердин заглянул в ноутбук и вывел на экран сводную таблицу по численности населения племен хордингов. Там еще хватало пустующих граф.
– А вообще-то можно подвести предварительный итог. У нас есть шесть племен общей численностью около полутора сотен тысяч человек, из них около двадцати пяти тысяч – мужчины нужного нам возраста.
– Почти две дивизии, – прикинул Адам Зингер. – Но всех ведь в строй не поставишь.
– Половину хотя бы, – вставил Андрей Якушев.
– Пусть так. Двенадцать тысяч. Всего! И это против полуденных королевств, против огромной империи! Пупок развяжется!
– Выводы пока делать рано. – Василий открыл другой файл. – Получим все данные, а потом уже будем думать, что и как. Есть некоторые идеи. Но без досконального анализа излагать их нет смысла. Когда сеанс связи с Орешкиным?
– Через три часа. Но вряд ли он скажет что-то новое, они только добрались до границы Ломенгарса. Впереди Дикая Степь. Так что ничего интересного.
– Посмотрим.
Работать они начали буквально с момента своего прибытия на Асалентае. Временный штаб развернули прямо в доме Трапара, благо никто из местных не возражал.
Сперва было необходимо наладить контакт с вождями и прежде всего с вождем племени Ленатрам Аллерой. Орешкин с группой ушли, а инструкторов Аллера не знал. Но тут выручил Елисеев, его-то вождь знал хорошо. Так что отношения быстро нормализовались. Чему способствовало не только поведение новых «посланцев Трапара», но и всеобщая лихорадка подготовки к большой войне.
Боевой настрой захватил буквально всех и теперь жизнь племен хордингов была подчинена ему безраздельно.
В первую очередь Бердин потребовал от вождей сведений. О численности людей в племенах, причем с разбивкой по возрастным категориям. О земледелии, скотоводстве, охоте, рыбной ловле. Вплоть до точного количества пойманной рыбы, собранных мер урожая зерновых, о надоях молока.
Потом настала очередь учета голов скота, числа лошадей, запаса кож, тканей. Особое внимание уделялось добыче руды, изготовлению оружия и доспехов.
Сами доспехи, как и оружие, подверглись строгой ревизии, присланные образцы осмотрели, испытали и… отправили для анализа на Землю.
Еще Бердин потребовал данных о добыче серебра, золота, драгоценных камней. А потом попросил прислать из каждого племени по пять лучших воинов в полном вооружении и тех, кто мог поведать о традициях ведения боя.
Вожди схватились за головы. По роду занятий и по своему положению, они и так знали многое о своих племенах. Но теперь требовалось все эти сведения уточнить, перепроверить и записать.
С последним было туго. Хординги уже дошли до создания рунической письменности, однако она была довольно скудной и неконкретной. Один и тот же знак мог иметь до пяти значений, а запись рунами могла трактоваться в совершенно ином, противоположном начальному, смысле.
Это сильно затрудняло работу и заставляло то и дело прибегать к помощи местных для расшифровки посланий. А их было много. И приходили они в таком виде, что иначе как издевательством это нельзя было назвать.
Записи вели на бересте – лоскутах березовой коры с неровно обрезанными, а то и оборванными краями. Писали острой железной палочкой. Вернее пытались писать. Из-за недостатка навыка руны выходили кривыми, косыми, ломаными и стоило большого труда расшифровать их. Конечно, эта «тайнопись» вызывала раздражение!