«пм-150»
Шрифт:
– Садитесь, – кивнула Скайдрите. – Меня зовут Скайдрите. А это Андрей. Он с Оресты.
– Меня зовут Анна, – сказала официантка. – Я сразу поняла, что вы только что прибыли на «Лебеде». У тех, кто давно не был на Земле, первое время какие-то странные лица. Но через три-четыре дня их уже не отличишь.
Они ели что-то карминно-красное, освежающее и вкусное.
– А вас я видела в балете «Атомный век», – сказала Анна Скайдрите. – Вы танцуете превосходно. Гораздо лучше, чем «ПМ-150». И вы знаете, я поняла, почему танец модели неинтересно смотреть. Дело в том, что в человеческом танце всегда есть разрыв между звуком и движением танцора. Разрыв небольшой – какие-то доли секунды, – но все-таки он дает зрителю возможность предвосхитить следующее движение и как бы участвовать в танце. А у модели этого нет. Звук следует вместе с движением.
– Да, – Скайдрите кивнула. – Танец «ПМ» скучно смотреть, потому что невозможно представить себе, то она сделает дальше. А искусство – это ожидаемая неожиданность. Всегда. – Она задумалась на миг. – Искусство – это неожиданно точное воплощение того, что ты лишь смутно ожидала. – С ложкой в руке она обвела всех торжествующим взглядом. – Пожалуй, это тоже не пришло бы «в голову» «ПМ-150».
– Наверно, вы очень устали от модели, – сказала Анна.
– Здорово, – согласилась Скайдрите. – Но теперь я уже ухожу. Есть решение Совета института. Понимаете, я пять лет здесь. Другие за это время были и на физической работе. А я все на одном месте. Но иначе нельзя было, раз мы начали с этой «ПМ».
– А куда вы хотите перейти? – спросил Андрей.
– Еще не знаю. – Она внимательно посмотрела на него. – А вы поедете на Амазонку, да?
– Да. Мне предложили отдохнуть недели две. Освоиться. Потом пойду в Биологический центр. Подготовлюсь и поеду в джунгли. Нужно подобрать быстро растущие дикие растения для Оресты. Сначала экспедиция будет очень маленькая – два или три человека.
Анна принесла новую перемену блюд, и девушки попросили Андрея рассказать о работах на Оресте. Он начал рассказывать и увлекся. Нарисовал картину огромной планеты, которая расположена возле своего солнца так же, как Земля у своего светила.
– Там плотная атмосфера, почти целиком состоящая из азота и паров воды. Есть моря и океаны. Текут бурные реки. Но жизни нет. И вот еще восемьдесят лет назад было решено подготовить ее ко второй очереди колонизации с Земли. Мы сооружаем гигантские устройства, которые разлагают воду на кислород и водород. Одно уже готово. Представьте себе реку величиной с Волгу, которая уходит под землю. А в нескольких десятках километров дальше – кратер, откуда бьет ураган газов. Такой ураган, что опасно подходить к кратеру. Он бьет уже три года, а пока я летел сюда, на Землю, начали работать новые устройства. Через тридцать лет там будет синее небо, как над Землей. И тогда мы начнем заселять планету жизнью. Засеем моря фитопланктоном, затем на сушу будет произведен посев бактерий, которые разлагают и усваивают неорганические соединения горных пород. За два-три года они покроют континенты слоем органических остатков. А после – высадка крупных растений: трав, кустарников, деревьев. Горы и долины покроются лесами. Привезем животных, и планета начнет жить. Будет готова, чтобы принять людей…
– А вы надолго поедете в джунгли? – спросила Скайдрите.
– Примерно на год. А потом еще куда-нибудь. Хочу насмотреться на Землю, прежде чем вернуться на Оресту.
– Послушайте, Андрей, – девушка вдруг положила свою руку на его, – вы, наверно, удивитесь. Но сегодня утром, когда я вас увидела, я сразу поняла, что хочу работать вместе с вами. (Он почувствовал, что краснеет.) Возьмите меня с собой в джунгли. Правда, я не ботаник, но ведь вам нужен такой человек, который будет носить образцы, разводить костер, посуду мыть. А? Я больше не могу быть «ПМ-150». Да это и не нужно теперь.
На секунду Андрей представил себе ее на корточках у костра. В неуклюжих рабочих штанах. С перепачканными руками. И понял, что ему не нужно недели, чтобы перестать быть чужим на Земле. Он уже свой здесь.
Радость вскипела у него в сердце. Сдерживая себя, он кивнул девушке.