Чтение онлайн

— Вау-вау. Что, девичник в самом разгаре? Почему меня не пригласили?

— Пошел нахер, — ощерился Харада. — Пока ты с Никайдо херней страдаешь, мы тут работаем.

— Ага, то есть делаете вещи, за которые Тайтэн нам потом даст нехилого поджопника, да-да, ну конечно, — протянул Нитта крайне беззаботным голоском и прошел к ним. Протянул Цубаки что-то. В пакете оказалась пачка шоколадных конфет, отчего она мгновенно распахнула глаза и заулыбалась, радуясь, что сегодня вечер будет скрашен. — Как и обещал, принцесса.

— Спасибо!

Затем Нитта поднял взгляд к экрану и недоуменно вскинул бровь, увидев там фотографию. Цубаки могла поклясться, что он почти закатил глаза при виде того самого Ханзе, но ей лишь почудилось — в его взгляде было лишь недоумение и только. Он подозрительно посмотрел сначала на Цубаки, затем на Хараду, после чего постучал пальцем по экрану.

— И кто это? Подбираем женихов? Харада, что, совсем сдался добиться расположения нашей принцессы?

Когда тот грожающе хрустнул костяшками, Нитта вновь заулыбался, уже с извиняющимся видом, мол, зря брякнул.

— Один из слишком любопытных ребяток, — процеди Харада, все еще смотря на него, как на самоубийцу. — Полез по сетям.

— Это вчерашний?

— Нет, тот рядом.

— Ну так и какого хера вы тратите время на очередного любителя торчать там, где не просят? — Нитта сконфуженно свел брови на переносице. — Сен, не страдай фигней. У тебя тут парень, который буквально лично пробрался, а ты на очередную сетевую крысу пялишься.

— Отвали! Я думаю.

— Не ври мне, думать ты как раз и не умеешь.

На это Харада даже не среагировал.

Они еще раз уставились на фотографии, уже втроем. У Цубаки в голове было пусто, она могла лишь догадываться, что именно сейчас произойдет. Конечно, обычно внутренняя безопасность передавала дела со взломами внешней разведке, но в этот раз Харада как-то очень странно смотрел на этого парня в очках. С ним было что-то не так? Или это из-за юноши рядом?

Покривив ртом, тот все же отстраненно кивнул, словно пришел к какому-то выводу, которым, естественно, делиться не стал. Порой он был слишком недоверчивым, и Цубаки, откровенно скучавшей в своей камере резидента, было неприятно: такое развлечение, а он молчал.

— Ладно. Придурок прав. Потом посмотрим на очкастого, а сейчас займемся ночным гостем.

— Кто тут еще придурок?

Нитта легкомысленно уклонился от запущенного в него фантика от шоколадки.

— Ты, ты. Кто еще?

Однако, взгляд Харады все еще впивался в фотографию сетевого самурая.

Когда неизвестный человек переступил порог, Ямато осознал в полной мере, что значит то прозвище с «безликим» и «похитителем тел».

Сейчас он сидел напротив Оторы — это точно был Отора, манеры и некоторые специфические словечки были его, словно поменялся лишь облик, но никак не нутро, но никак не мог понять, какого черта только что застал. Получается, у Оторы множество тел? Он — искин, который меняет лица? Екай из Пустошей, способный на трансформацию? Но нет; последнее уж точно было бредом, Ямато видел растерзанный труп, того, кем и считал Отору все это время до, но, видимо, ошибался? Было ли это его настоящим лицом? Но он ведь говорил про то, что заложил некий код в этого человека…

Кем был Отора?

Почему он мог спокойно менять лица?

Тот же, даже не обращая внимания на ступор своего гостя, в новом теле спокойно прошествовал к холодильнику и достал оттуда две банки пива; одну швырнул в руки Ямато, и тот неловко поймал, свою же открыл тут же и направился к креслу-мешку напротив холодильника, куда элегантно опустился. Все в его виде источало уверенность, но Ямато все никак не мог взять в толк, чему стал свидетелем: почему же Отора был так спокоен, если его только что убили? Что вообще тут происходило? На всякий случай он покосился на прикрытый холодильник с цветными проводами, уходящими куда-то внутрь, но тот не дал ответа: простой мертвый короб, словно гроб.

Наконец, молчание стало невыносимым даже для Оторы.

Он чуть поболтал пивом из стороны в сторону, после чего с ироничной ухмылкой взглянул на Ямато; тот же продолжил неловко смотреть по сторонам, не зная даже, как подступиться к осознанию всего происходящего. Все это было настолько далеко за гранью его понимания, что…

— Что ты как неродной? Не хочешь пить? — Отора сконфуженно на него взглянул и склонил голову вбок, по-собачьи. — Ах да. Ты же несовершеннолетний.

— Дело не в этом, — напряженно пробормотал Ямато.

— А в чем же?

— А ты сам не понимаешь?! — вдруг взъярился он и вскочил на ноги, указывая на Отору дрожащей рукой. Лицо Ямато на мгновение исказилось мукой, но он не мог понять источника этих чувств, этого омерзения. Но то, что он видел перед собой, было чем-то далеко не нормальным. — Почему ты жив, когда тебя только что убили?! Что это за… облик? Что, черт подери, творится?

Отора смотрел на него с таким искренним удивлением, что Ямато замешкался. Потом, словно вспомнив, цокнул языком и легонько ударил себя ладонью по лицу, окончательно осознавая.

— Ну конечно. Ты же не в курсе. Ханзе тебе не сказал?

— Не сказал что?

Голос у Ямато продолжал дрожать, то ли от гнева, то ли от испуга.

В ответ ему ласково улыбнулись и жестом пригласили сесть. Забрав банку пива у него из рук, Отора открыл ее и вернул обратно, словно видел в Ямато несмышленого ребенка, который не наслаждался моментом, пока мог; следом, устроившись поудобней в кресле, без обиняков заметил:

— Про мое особое умение. Я думал, раз он так с тобой носится, то мог бы и рассказать. Ты явно из тех, кому можно довериться. Плюс ты…