Шрифт:
Пирайя
По мере того как они углублялись в бассейн Амазонки, следуя извилистой череде притоков, их проводник рассказывал им одну историю за другой о так называемой пирайе. Это был старый индеец-яки из Джавари, которого звали Рико Уара Валки, и его очень рекомендовали. Он рассказывал им дикие истории о старых конкистадорах, которые совершили неприятную ошибку, надев кроваво-красные штаны в кишащих пираньями водах. О пловцах, которым откусили соски, и о нудистах, которым откусили не только соски.
Последнее рассмешило Джека, он вытер пот со лба и ткнул Элизу локтем, мол это же шутка. Но Элизе это не показалось смешным. Остальные в лодке - Катлер и Бэзил - только слабо улыбались.
– И все это правда, клянусь, - сказал Рико, перекрестившись после того, как рассказал особенно зловещую историю о сумасшедшем по имени Безумный Лупо, который поймал много пираний, используя труп убитой жены в качестве приманки. Рико ухмыльнулся и запустил пальцы в свои седые волосы. “Но ведь не все так плохо, а? Ты подожди, сейчас мы их наловим, зададим им жару, потом очистим их, щёлк-щёлк-щёлк, немного чеснока, соли, пряного корня, а потом приготовим на огне. Вкуснятина. Вот увидишь.”
– Именно этого я и жду, - сказал Джек.
– Я слышал, они на вкус как сом.
– Ты прав.
– Рико посмотрел на него и усмехнулся.
– Слушай, может, Рико покажет тебе, как варить суп из головы пирайи? Это делает мужчину ещё большим мужчиной. Ты ешь суп, Джек, твоей жены тебе мало! Тебе нужно десять жен!
Элиза вздохнула, отмахиваясь от мух. Она вообще ненавидела рыбу. Это была идея Джека. Он сказал ей, что она никогда не познает Перу, настоящего Перу, если будет слоняться по отелю в Пукальпе. И она ответила, что не хочет узнавать настоящий Перу. Пукальпа и так была отвратительна с клопами и вонью, идущей из доков, ей не нужно было быть съеденной рыбой-людоедом в придачу. Но Джек объяснил, что бояться нечего. В Амазонке обитало двадцать пять видов пираний, и большинство питалось другими рыбами, насекомыми, фруктами, упавшими в воду. Только шесть видов были по-настоящему плотоядными, и из этих шести только краснобрюхие пираньи и большие черные пираньи были опасны для человека.
И вот она здесь, в глуши Амазонки, с проводником, который рассказывает одну похабную историю за другой, демонстрируя обрубок пальца, который он потерял, вынимая крючок изо рта пираньи. Не было абсолютно никакого ветерка. Воздух был сырой, река воняла мертвечиной. Они натерли лицо и руки Vick’s Vapo-Rub, чтобы тучи москитов не высосали их досуха. А так она вся взмокла от пота, глаза горели, и Катлер не сводил с нее глаз.
С того момента, как они сели в лодку — плоскодонку с мотором - Элиза чувствовала на себе его взгляд. Его взгляд был извращенным. Что-то в нем заставило ее желудок сжаться. Не то чтобы она раньше не имела дела с такими мужчинами, как он, но то, как он смотрел на нее, оценивая, как кусок говядины, было просто слишком.
– Почему бы тебе просто не сфотографировать меня, - сказала она ему.
Катлер усмехнулся. Зубы у него были желтые, в табачных пятнах, лицо блестело от пота.
– Я что, пялился?
– Да, черт возьми, и ты прекрасно это знаешь.
Катлер пожал плечами, облизнул губы и уставился на мерцающие просторы верхней Амазонки. То, что он видел, было бледно-зеленой флорой, растущей в грязной коричневой воде, облаками комаров, поднимающимися и опускающимися, сломанными пнями и мертвыми деревьями, вздымающимися как памятники. Пар конденсировался над водой, окутывая её поверхность, как вялый туман. Танагры и барбеты кричали на верхушках деревьев, жужжали насекомые и кусались мухи. Ничто из этого не представляло для него такого интереса, как Элиза и ее изящная ложбинка между грудей, отчего он чувствовал слабость внизу.
– Успокойся, - сказал Джек уже не в первый раз.
Элиза сердито посмотрела на него. “Если он и дальше будет пялиться на меня, то свалится за борт.”
– Перестань пялиться на нее, Катлер, - сказал Джек, улыбаясь. “Я этого не потерплю.”
Катлер был одним из его собутыльников из Пукальпы. Это был маленький жилистый человечек с крысиными глазками. От его взгляда по телу Элизы поползли мурашки. Бэзил, второй пассажир лодки, был толстым, дородным бизнесменом из Лимы. Единственное, что его волновало, - это деньги.
Элиза старалась не обращать на них внимания.
Они находились на реке Укаяли в центральной части Перу образованной слиянием рек Апуримак и Урубамба. Дикий зеленый мир, похожий на что-то из мезозоя: жаркий и окутанный дымом, покрытый пальмами, ползучими растениями и свисающими лианами, джунгли, населенные ягуарами и ядовитыми змеями, черные кайманы и анаконды, поджидающие в застоявшихся реках и затопленном подлеске.
Они приехали, потому что Джек хотел порыбачить на пиранью.
Это так похоже на Джека, подумала Элиза. Если он не мог поймать что-то на крючок или застрелить из пистолета, это его не интересовало.
Джунгли казались бесконечными, напирали со всех сторон. Однообразные, облизанные зловонной змеевидной рекой. Время от времени они натыкались на группы пальмовых хижин, принадлежащих семьям индейцев-йорба. И всё. Рико вел лодку и рассказывал истории, вызывающие взрыв смеха у мужчин. Элиза вздохнула. Он был из тех людей, которых Джек всегда обожал.
Внезапно раздался тошнотворный запах разлагающейся плоти, от которого живот Элизы скрутило. Он сильно выделялся на фоне всех запахов реки. И судя по лицам остальных, они тоже его почувствовали. Рико провел их вокруг нескольких пней, развернул лодку и там — в центре широкого канала — они увидели нос большой лодки, вздымающийся из воды. На нем сидел лесной аист. Вокруг лодки плавали сотни мертвых рыб, брюхом вверх. Все они были облеплены мухами.
– Что, черт возьми, это значит?- спросил Джек.
Рико пожал плечами.
– Какая-то исследовательская лодка... затонула. Столкнулась с чем-то и утонула. Команда, наверное, надеется вернуться и отбуксировать ее. Но…ха! Пройдет год, прежде чем они это сделают!
– Что убило рыбу?
– Катлер хотел знать.
Рико снова пожал плечами.
– Химия или что-то в этом роде. Это была биотехнологическая лодка для исследований. Все выветрилось. Так что не волнуйтесь не о чем... кроме этих сучьих рыбок.
Элиза зажала нос. Вонь от гниющей рыбы была тошнотворной. Он заползала в ее нос и дальше вниз по горлу, вызывая тошноту. Она заметила, что вода вокруг затонувшего корабля приобрела странный пурпурный оттенок. Ей это совсем не нравилось.
Но больше никто, казалось, не беспокоился.
Рико увел их от главного канала в игапо, или затопленный лес. Талые воды Анд переполняли реки между январем и июнем, создавая странный мир затопленных джунглей. Он повел их вокруг огромных, увитых лианами деревьев и густых зарослей, отыскивая место, где, как он знал, можно будет хорошо порыбачить.