Чтение онлайн

После поправки, я подслушал разговор родителей. Забыл сказать, что отец работал офицером полиции и часто брал дела, которые начальство старательно пыталось скрыть. Его сильное чувство справедливости принесло нам не мало проблем, но к несчастью, я понял это слишком поздно.

Когда мне исполнилось пятнадцать лет — нормальная жизнь закончилась.

Глобалтайн часто накрывало мглистое покрывало, да такое густое, что не видно ни дорог, ни собственных ног. Верхушки башен в центре города торчали, как иглы, уличные прожекторы в тумане почти терялись, а близ центра мегаполиса тянулись районы так называемых «таунхаусов». Картер прибыл в Южный район и вышел из автобуса, звонко ступив на тротуар двумя металлическими протезированными стопами. Жилые дома, как под линейку, один за другим напоминали карточные домики, и юноша застыл. Он оглянулся в поисках своего корпуса. Пришлось идти по памяти, к счастью робот-ассистент помог довести багаж до дома, в который он намеревался въехать прямо сейчас.

Металлические ключи давно вышли из моды, теперь хозяев дожидался бот-охранник.

— Добро пожаловать, — дал голос бот. — Прежде, чем войти — подтвердите доступ.

— Этот старик до сих пор работает? — вслух сказал юноша и приложил чип к скану.

— Доступ подтверждён. Личность — Картер Квин — владелец. Прошу, господин, — любезный бот открыл дверь, и та двинулась в сторону.

Перед трагичными событиями Квины поставили надёжную системы охраны, будто знали, что это место станет пристанищем для сына в будущем.

Офицер полиции чётко знал, кто и зачем может нагрянуть сюда, но, к сожалению, ни одна система защиты не сумела уберечь Картера от того, что случилась сразу после смерти родителей.

Кей сорвал плёнку с мебели, включил свет и заметил, что дом сохранился в хорошем состоянии.

— Странно, что его не подожгли или не снесли, пока меня не было. Наверняка, трубы уже никуда не годятся и протекает крыша, — усмехнулся юноша и сел на диван. Ассистент преподнёс портфель с инструментами.

— Спасибо, Джи, — не менее любезно обратился он к модели «g108».

Этих электро-малышей выделяли людям с ограниченными возможностями разных групп. Ассистент носил тяжести, подавал вещи, держал лекарства в отсеке для хранения и напоминал об их приёме.

— Жаль, что ты молчишь, как рыба, и не смеёшься над моими шутками.

Ассистент вернулся на место, чтобы подзарядиться. Картер снял корпус коленных чашечек и проверил сустав на исправность.

— Странно, утром я слышал скрип. Скоро перейду на мягкие биометрические протезы, и проблем станет меньше. Займусь пока домом, может найду неполадки.

Юноша замолчал, затем достал бумажную фотографию в рамке и погладил лица родителей. Они улыбались и выглядели беззаботными. Здесь, на фото, они чувствовали себя в безопасности, чего нельзя сказать о ситуации при их жизни. Картер только и помнит вечный страх чего-то ужасного и разговоры о переезде по вечерам. «Они хотели переехать, нужно было поторопить их», — постоянно думал Кей. Сейчас родители на фото были собой, словно никаких проблем в семье Квинов не существовало. Отец в форме, мать обнимает его, совсем невысокая и слабая, по сравнению с мужчиной. Оба смотрели с фото добрыми глазами. Кей тоскливо произнёс:

— Мне вас очень не хватает.

И вот, спустя столько лет, он снова вспоминает, как родители часто околачивались рядом: в гостиной, в гараже, в коридоре, рядом с комнатой, на кухне. Они, казалось, были повсюду. Громко обсуждали работу отца, назойливых соседей и то, какой прекрасный сын у них растёт, несмотря на то, что будущее не сулит ничего хорошего.

— Картер, кажется, ты смастерил умный тостер, покажешь? — обратился однажды господин Квин к десятилетнему сыну, а тот со всех ног побежал за тостером.

Он любил показывать отцу свои неудачные разработки, потому что тот всегда отвечал: «Малыш, у этой штуки есть будущее! Только подправь тут и тут. Он будет совершенным, главное не сдавайся. Не будь таким, как я, будь лучше!»

Мама предлагала отправлять работы на выставки, конкурсы, записывала на тренинги и готова была объездить страну ради того, чтобы дать сыну уникальную возможность и знания, в надежде, что его заберут подальше от гнилого Глобалтайна.

— Мам, ты устала со мной ездить? — как-то спросил Кей после очередной поездки.

— Не устала, милый. Мне только в радость.

— Но твоя работа…

— Подождёт.

— У папы проблемы?

Женщина удивилась, округлив ярко-зелёные глаза.

— С чего ты взял?

— Вы часто говорите об этом, когда думаете, что я сплю. Я слышал, как он сказал, что преступники… управляют нашим городом.

— Ох, мальчик, — тогда мать обняла сына и ласково погладила, но в её взгляде читалась тревога или даже страх. — Никогда не говори об этом. Никому, слышишь?

— Это правда? То, что он говорил — правда?

Мама не ответила. Ясно, что врать ей не хотелось, но и сеять сомнения в голове малолетнего сына — тоже. А что, если он вырастет и также станет требовать справедливости? Что, если Кей станет стражем порядка, как его отец, и также яро захочет защищать обычных жителей? Хуже всего, что Картер очень умён и быстро растёт, а это значит — всё, что происходит вокруг, не укроется от его глаз. Мама снова погладила мальчика по голове и в конце концов сказала:

— Папа зашёл слишком далеко, милый, и нам остаётся продолжать жить где-то там, далеко отсюда, но для начала — нужно уехать.

Картер всегда слушался, поэтому запомнил мамины слова очень хорошо. По утрам, пусть и маленький, он делал завтраки и варил кофе, чтобы мама с папой смогли отдохнуть подольше. Каждый из них работал не менее двенадцати часов в сутки, чтобы отправить его в лучший колледж для инженеров-робототехников. Несмотря на трудности и планы о переезде, взрослые вставали уставшими, завтракали, с улыбкой целовали Картера перед школой и отправлялись на работу.

Теперь родители улыбаются только на фотографии. Картер вернул фото на место и закончил с протезами ног.