Перья Жар-птицы

Здравствуйте, юные друзья, а также их мамы и папы, бабушки и дедушки!

Мы собрали для вас в этой книге трогательные и добрые рассказы, стихи, сказки и притчи. Эти произведения подарили нам писатели и поэты, классики русской литературы, такие как Лев Толстой, Дмитрий Тихомиров, Константин Ушинский, Александр Радонежский, а также замечательные авторы современности.

Они написаны в разные времена, но объединены тем, что способны растопить даже самое холодное сердце и помочь по-новому взглянуть на окружающий мир и на самих себя.

Живым и ярким языком в книге рассказывается о таких важных качествах человека, как сострадание, бескорыстие, добросердечие, отзывчивость и милосердие.

Каждому человеку дана свободная воля, право выбора, и каждый из нас сам решает, как поступить: помочь товарищу в беде или, струсив, убежать; пожалеть и накормить голодное животное или пройти мимо; подать милостыню нуждающемуся или равнодушно отправиться по своим делам. Многие из рассказов, притч и сказок познакомят вас с удивительными поступками животных, которые на своём примере учат нас, людей, всегда выбирать добро, быть сердечнее и отзывчивее.

Прекрасно выполненные иллюстрации помогут вам лучше понять смысл прочитанного.

Надеемся, что наш «Сборник добрых историй» никого из вас не оставит равнодушным!

А Оленька зимой в лесу заблудилась. Поискала дорогу, поплутала, из сил выбилась — да и села под деревом замерзать.

Увидала её мышка, пожалела, стала на девочку дышать, чтобы согреть своим махоньким дыханьицем.

А у той уже глазки закрываются, ко сну тянет, а как уснёт — то не проснётся.

— Зайчик, зайчик! — позвала мышка. — Скорей сюда, вместе будем на Оленьку дышать.

Прискакал зайчик, стали они вдвоём на неё дышать.

А та уже глазки закрыла, ещё немного — совсем замёрзнет от мороза.

Тут вдалеке послышалось шуршанье.

— Лиса невдалеке! Ой, боязно!.. — сказали мышка и заяц. — Но надо Оленьку согреть.

И стали они лису звать.

— Ну да ну, — удивилась лиса. — От меня еда всегда убегала, а нынче сама зовёт!

— Помоги, лиса! Нашего дыхания не хватает, а у тебя оно побольше, потеплее. Давай вместе на Оленьку подышим.

Пожалела лиса девочку, и принялись они втроём на неё дышать.

Затем и волк подошёл, голодный-преголодный. Хотел он девочку, а потом и остальных съесть скорей, но жалко стало. И принялся он тоже дышать.

И шатун-медведь по лесу шатался, притопал — и готов был с голодухи всех разом проглотить. Но вовремя подумал: «Девочка хорошая, и другие от чистого сердца ей помогают, а я их — себе в брюхо? Что я, бессовестный, что ли?»

— Ну-ко, я тоже подышу моим большущим дыханием. Небось, вместе-то согреем…

Вот надышали они впятером много тепла — и очнулась Оленька, ясные глазки открыла.

Взял её медведь на лапы, к груди своей мохнатой, тёплой, прижал — и понёс из лесу. Да всё на неё дышал по дороге.

Донёс почти до самой деревни и говорит:

— Дале сама иди, не то ваши собаки мою шубу до дыр задерут. В чём тогда зимовать буду?

Обняла Оленька медведя большущего — и домой побежала.

А там отец с матерью только что из лесу вернулись, дочку не нашли, плачут на коленях перед Образом. Тут и доченька в дверь постучалась.

— Они там все голодные!.. — сказала она.

…На следующий день отец, мать и дочка Оленька привезли на санках в холодный лес много еды: и мышке, и зайчику, и лисе с волком. А больше всего медведю.

Те наелись досыта — и стало им не так холодно жить…

Муравей спустился к ручью: захотел напиться. Волной плеснуло на муравья, и стал он тонуть.

Голубка несла ветку. Она увидала — муравей тонет, и бросила ему ветку в ручей. Муравей ухватился за ветку и спасся.

Расставил охотник сеть на голубку и хотел захлопнуть. Муравей подполз к охотнику и укусил ему ногу. Охотник охнул и уронил сеть. Голубка вспорхнула и улетела.

Лев спал. Мышь пробежала по его телу. Он проснулся и поймал малышку. Мышь стала просить, чтобы лев её отпустил.

— Если ты меня пустишь, я тебе добро сделаю.

— Маленькая мышка, какое ты можешь мне, льву, добро сделать? — засмеялся он, но пожалел и отпустил её.

А вскоре охотники поймали льва и привязали верёвкой к дереву. Рвался лев, но освободиться не мог.

Мышка услыхала львиный рёв, прибежала, перегрызла верёвку и сказала:

— Помнишь, ты смеялся над моими словами? Теперь убедился: бывает и от мышки добро!