Чтение онлайн

А сейчас я тосковала по тому живому, что еще осталось во мне, но уже в это мгновение окончательно умирало. Хотелось извиниться перед папой, мамой и Хтонией за то, что я такая бестолковая. Мне было стыдно перед ними.

— Простите… — еле слышно прошептала, сквозь слезы.

Идиотка. Глупая, доверчивая, никчемная. Страшная. Понадеявшаяся на то, что мне недоступно. Дура, сказок не существовало. Была лишь уродина, над которой посмеялись.

Я сняла очки и провела ладонью по лицу, царапая кожу короткими ногтями. Хотелось спрятаться. Или вовсе исчезнуть. Так, чтобы на меня никто и никогда больше не смотрел.

Всхлипы и слезы. Я качнула головой и прогнала эти мысли из головы, после чего поднялась и открыла окно. В моей спальне все еще пахло Кирианом и я хотела, чтобы этот запах растворился. Из окна подул прохладный ветер. Я сделала еще один глубокий вдох, после чего пошла к кровати и сорвала с него одеяло. Буквально сдирала постельное белье, желая уничтожить все, к чему прикасался Кириан. Чтобы он полностью исчез из моей жизни.

Этой ночью он перестал быть для меня парнем. Он больше и человеком для меня не являлся, но я хотела уничтожить даже мысли об Агеластосе, как воспоминание о том, что меня уничтожило.

Я все плакала и сдирала постельное белье.

Еще немного и я окончательно умру, но до этого еще бушевала. Беззвучно кричала, плакала и рвала простынь. До внутреннего надрыва и кровоточащих ран. Задыхалась, кусала губы и закрывала глаза.

А потом затихла. Слезы закончились и вместе с ними я сама опустела.

Во мне осталось лишь одно желание — чтобы моим близким больше никогда не было стыдно за меня.

Через какое-то время ко мне в комнату зашел Ксенон. Он посмотрел на мою кровать, а потом молча сел на пол рядом со мной и высыпал из пакета множество разных сладостей.

— Ешь.

Я взяла шоколадку и откусила кусочек, но вкуса не чувствовала. Плевать. И так нормально.

— Как ты? — сам парень к еде не прикасался.

— Нормально.

Не лгала. Со мной действительно все было нормально. Больше не было боли. Вообще ничего не было.

— Так не скажешь, если посмотреть на тебя.

— Плохо выгляжу? Мне не привыкать.

— У тебя глаза пустые. Кожа бледная. Я тебя вообще не узнаю.

— Наверное, я скоро приду в норму. Нужно подождать, — лгала. Не понимала, как можно прийти в норму и выбраться из той ямы, в которой находилась. Но мне и тут было хорошо.

Некоторое время в комнате царила тишина, но Ксенон ее все же разорвал. Спросил:

— Может, ты все же хочешь поговорить о том, что произошло?

— Ничего не произошло.

Ближе к вечеру я выбралась из квартиры. Смотря на вечернее небо, думала о том, что я все еще дышала и ходила. Жила. А, значит, все не так уж и плохо. Верно?

И я наконец-то поменяла дисплей на телефоне. Кириан заметил меня, когда я его разбила. С него все началось, а сегодня закончилось.

Возвращаясь обратно домой, я зашла к соседке и сказала, что испачкала платье, но обещала привести его в порядок и обратно занести.

— У тебя что-то произошло? — спросила женщина. — Боже, у тебя жизни в глазах нет.

— Нет. Все нормально.

Из квартиры женщины выбежал старенький и явно перекормленный спаниель, после чего начал бегать вокруг меня. Соседка пожаловалась, что у нее много работы, так как в ближайшее время нужно было сшить несколько новых платьев, из-за чего с собакой некому было гулять. Из-за чего спаниель скучал.

Я пообещала, что приду утром и погуляю с ним. Я так могла делать до тех пор, пока не уеду.

— Уедешь? Ты куда-то переезжаешь?

Да. Переезжаю. Уже сейчас я понимала, что в моем переезде из Афин не стоило сомневаться. Мне следовало это сделать.

Этим же вечером я сказала Ксенону, что хочу уехать с ним. Сидя в моей комнате мы обсуждали переезд и парень обещал, что поговорит об этом с моим папой и Хтонией. Я спорить не стала. Все еще не хотела, чтобы они меня видели.

Было ранее утро, когда я пошла к соседке, чтобы забрать пса на прогулку. Надела домашние спортивные штаны и натянула шапку до бровей. Рылась в шкафу в поисках своей куртки, но не нашла ее. В итоге взяла куртку Ксенона. Брат еще спал, но я не думала, что он будет против.

Спаниель, которого соседка назвала Пирожком, был рад прогулке, из-за чего буквально тянул меня за собой на улицу. Из-за этого мне приходилось сильнее держать поводок.

Выйдя из подъезда, я посмотрела по сторонам, пытаясь понять, куда пойти с Пирожком. На улице в такую рань почти не было людей, поэтому я сразу увидела Агеластоса.

Кириан стоял около своей машины. Практически белые волосы растрепанные и, несмотря на холод, он был одет лишь в джинсы и футболку. Когда я вышла из подъезда, он лишь вскользь посмотрел на меня, но, видно поняв, что это я, остановил на мне взгляд.

— Очкарик, — Агеластос посмотрел на мое лицо и, в особенности в глаза. В его собственных глазах что-то скользнуло, но я не поняла, что именно. Да и не хотела в этом разбираться.

Смотрела на Кириана пустым взглядом и осознавала, что он больше ничего во мне не вызывал. Больше не было прежних чувств. Даже намека на них. Во мне так же не вспыхнула злость или ненависть. Вообще ничего не всколыхнулось.

Был Кириан тут или его не было — для меня не имелось никакой разницы.

— Пойдем, Пирожок, — я потянула спаниеля вправо. Там, через пару кварталов, находилась палатка с овощами и фруктами. Я подумала о том, что можно было бы купить яблок.

Я вышла со двора и пошла по тротуару. Не сразу поняла, что Кириан шел за мной, но даже не задалась вопросом, почему он это делал. Агеластос ничего не говорил. Все время молчал, но, когда бы я не пошла, следовал за мной. При этом, на него уже оборачивались прохожие. Не часто встретишь парня, ходящего зимой в одной футболке.

Лишь однажды он обратился ко мне. Я остановилась на светофоре, а Кириан прямо позади меня.

— Чья это куртка?

Я ничего не ответила. Подумала о том, что даже его голос больше ничего не вызывал. А ведь раньше от него бежали мурашки по коже.