Первый полет
Шрифт:
– Давай сменим бинты, - сказала Исанэ.
Она перевязала меня. Я с облегчением заметил, что глаз не потерян. Он на месте и я прекрасно им вижу. Хорошо. А то я уже испугался. Ран на мне было немного. Только один большой порез на спине и куча мелких порезов по всему телу.
После перевязки мне дали выпить еще какое-то зелье, а затем уложили спать.
Ночь прошла спокойно, только, кажется, ко мне кто-то заходил и осматривал. Это или Исанэ, или кто-то из врачей. Почувствовав приближение, я на миг открыл глаза и увидел какого-то, а потом быстро уснул…
***
– Значит, глаз на месте? – спросила Рецу Унохана своего лейтенанта. – Удивительно. Я была уверена, что его не было.
– Что это может значить, Унохана-тайчо? – заволновалась Котецу.
– Только то, что мальчик способный, - кивнула она, решив сама все обдумать и не волновать лейтенанта. – Я очень удивилась, что ты принесла его к нам в бараки. Все же ты могла бы вылечить его на месте.
– Но он же еще ребенок и…
– Я знаю, - вздохнула капитан. – Я не обвиняю тебя. Но пойми, что мы не можем помочь всем и каждому. Я сама знаю, что этот мир несправедлив. Наша задача спасать жизни, но сейчас тяжелое время и какому-то синигами, возможно была нужна твоя помощь. А этот синигами возможно бы спас еще больше жизней. Я не прошу тебя оставлять детей умирать. Но понимай, что мы очень ограничены. А учитывая политику Совета, мы должны быть как можно более оперативны. Пустых становится все больше, и терять время нам нельзя. К тому же, как с ним быть потом? Мы оставить его не можем.
– Да, капитан, - погрустнела Исанэ. – Мацумото-сан сказала, что подыщет ему семью. Он изъявил желание стать синигами и…
Рецу нравилась наивность и доброта своего лейтенанта. В этом прогнившем и алчном мире такие люди нужны, ведь только они сохраняют чистоту своих сердец.
– Завтра я осмотрю мальчика, - вздохнула она.
Все же нужно проверить его. Мало ли что могло случиться с ним из-за пустых. К тому же, по словам Исанэ, мальчик очень спокоен и серьезен, что для детей его возраста редкость. Он же только умер, а тут такое. Необычный ребенок, одним словом.
– Благодарю, - кивнула Котецу и вернулась к работе…
========== Глава 2. Дом может быть разным. ==========
– Карасумару-кун! – позвала меня Момото-сан. – Отнеси заказ Тегучи-доно! – крикнула она и поставила коробку на столик.
– Есть!
Я подскочил, взял посылку, отдал честь и понесся по нужному адресу. Тегучи-доно – постоянный клиент кондитерской Момото Куроки. Лучшие сладости 10-го района только у нас, в Кондитерской Черного дерева. А я лучший посыльный, поэтому мне такие большие заказы не раз доверяли. Давно привыкли ко мне. За три-то года моей жизни.
Вылетаю из магазина и устремляюсь по дороге, легко лавируя между людьми. Бегать я умею. Несмотря на низкий рост и худое тело, я очень быстр. Самый быстрый в нашем районе.
Влево, вправо, перепрыгиваю зазевавшегося старика, который на меня и внимания не обратил: привык уже, устремляюсь вперед. Ускоряюсь.
Босые ноги без проблем несут меня к цели. Раньше было больно бегать, а теперь я обувь сам не ношу. Удобную просто найти не могу. А босым я привык быть.
Дальше особо большая толпа. Нехорошо.
Сворачиваю влево и по коробкам у стены запрыгиваю на крышу. Бегу поверху. Тут никого нет, и я могу не сдерживаться.
– Доброе утро!
– сказал я, оказавшись у окна старушки Миро. Я тут постоянно пробегаю. Она мне только махнула рукой. А раньше ругалась, что я тут ношусь. Ко всему люди привыкают.
Прошло уже три года с тех пор, как я оказался в Руконгае. Это место одновременно хорошее и плохое. Я даже запутался в своих собственных суждениях. Нравится мне тут или нет.
Вот, например, время тут остановилось в средневековье. Я точно помню, что при моей жизни были неплохие технологии, по крайней мере компьютеры я где-то видел, а тут никто о прогрессе даже не помышляет.
К тому же тут есть еще одна солидная проблема. Сейретей – обитель синигами. И чем ближе районы к нему, тем они спокойнее. А чем дальше, тем небезопаснее там находится. С 60 по 80-ые вообще рассадник преступности. Вот о чем я говорил, когда невзлюбил синигами. Их слишком мало, чтобы помогать и защищать всех. Да и аристократии, которая составляет Совет 46-ти, плевать на жителей Руконгая, потому принимать много синигами они не хотят. Могли бы хоть полицию создать, но платить за это никто не будет.
Потому Проводники могут влиять только на 2-3 десятка районов не больше. Остальное как получится. Там пустые и отъедаются. Хотя, говорят, 12-ый отряд отслеживает пустых, и у них там самые передовые технологии. Но опять же, это не панацея от всего. Сильных синигами вообще не так много, а успевать везде просто невозможно. Ведь им еще и за миром живых нужно приглядывать. Работы у них немало.
Это мне еще повезло когда-то встретить добрую Исанэ. Синигами редко кому помогают так, как мне. Хорошо, что я тогда нарвался на столь сердобольных особ.
Три года назад Рангику, которая занимает пост лейтенанта 10-го отряда, привела меня в кондитерскую к Момото-сан. Женщина она добрая и веселая. Слегка полная, на вид лет тридцать, невысокая и миловидная. Короче, обычная японская жена. Только она не замужем. Кем при жизни была, не помнит. Вроде как погибла и уже сорок лет живет тут. Говорила, что ищет своего мужа, но найти так и не смогла. Умела и любила готовить сладости. Сама она приглядывает еще за тремя детьми. Все мы работаем у нее же в магазине.
Кики самая младшая из нас, она занимается уборкой. Хикари моя ровесница, она уже помогает на кухне, а старший, Киттан, работает в самом магазине за прилавком, так же разбирается в документах и прочем.
Поначалу я держался ото всех особняком, но постепенно мы привыкли друг к другу. Они неплохие люди, но живут они сегодняшним днем. Так что из них только я один хочу стать синигами. А они стараются сохранить то, что у них есть сейчас. Мы дружим, но не более. Просто хорошие друзья.
Их волнует насущное, меня все вокруг.