Чтение онлайн

Ева беспомощно посмотрела на Джоанну. Та засмеялась.

— Думаю, что я выживу, — безмятежно сказала она.

Джоанна была невысокой и тихой. Она никогда не позволяла эмоциям одерживать верх над рассудком, следуя совету матери. Мать когда-то полюбила веселого энергичного отца Джоанны вопреки голосу разума, и жизнь заставила ее пожалеть об этом. Их брак не удался. В детской памяти Джоанны запечатлелись тягостные сцены ссор, а однажды отец, как обычно, ушел утром на работу и больше не вернулся. Это больно ранило девочку: она любила обоих родителей.

— Этого следовало ожидать, — поджав губы, сказала тогда мать. — Ни одному мужчине нельзя доверять. Все они одинаковы. Никогда не позволяй сердцу опережать ум, милая.

Поэтому Джоанна держала свое сердце в узде, не доверяя эмоциям, свойственным юности. Она хотела выйти замуж, иметь детей и вести нормальную семейную жизнь, но этому препятствовали неудачный жизненный опыт ее матери и ее несчастливая судьба. «Я живу только ради тебя, — сказала мать, когда ее дочь стала взрослой. — Только пока ты со мной, Джоанна…» Это был психологический шантаж. Девушка оставалась с матерью, постепенно превратившейся в инвалида и требующей особого внимания именно тогда, когда Джоанне нужно было встречаться с молодыми людьми своего возраста.

Хорошенькая, с карими глазами и светлыми волосами, хотя и не такая яркая, как кузина, Джоанна не испытывала недостатка в поклонниках, но эгоистическая властность матери удерживала ее от каких-либо серьезных отношений.

— Пусть лучше все остается как есть, дорогая. Хорошая работа, удобная, очаровательная маленькая квартирка. И мы с тобой вдвоем…

Джоанне не нравилась ее работа, а квартирка постепенно становилась похожей на тюрьму. Ей хотелось приобрести специальность, позволяющую работать с детьми, но это означало оставить дом и мать, поэтому она окончила курсы стенографии и машинописи и устроилась на работу в одну из фирм.

Год назад мать умерла. Отец с новой семьей жил за границей. Так в двадцать два года Джоанна оказалась совершенно свободной и могла вести себя так, как считала нужным: заводить друзей-мужчин, любить… выйти замуж…

Ева все еще бродила по гостиной.

— Интересно, кто поставил в вазу цветы? Вероятно, женщина, присматривающая за домом. Она оставила ключ под ковриком, как договаривались. Не забыть бы поблагодарить ее, когда мы увидимся… — Ева повернулась и ударилась головой о низкую балку.

Джоанна сочувственно вскрикнула.

— О, Ева! С тобой все в порядке?

Та уныло потерла голову.

— Скоро я на собственном опыте научусь, где надо наклоняться!

— Идите скорей! — завопил с улицы Стивен. — Я не могу все делать один.

Вчетвером они усиленно трудились, пока весь багаж не был разгружен.

— Это одна из тех ситуаций, когда необходим мужчина, — признала Джоанна.

— Мне мужчина нужен постоянно, — мрачно заявила Ева.

Джоанна поспешила сменить тему, надеясь отвлечь кузину от ее мыслей:

— Я сразу же подниму чемоданы наверх.

В Хэмпстеде был Николо, слуга-итальянец, помогающий Еве в домашней работе, и, разумеется, преданный Мартин. Ева не привыкла обслуживать себя, но зато умело справлялась с детьми.

— Ты позаботься о Стефани, а я займусь остальным, — сказала Джоанна, хватаясь за сумки и свертки. — Пусть Мэнди и Стивен помогут тебе.

Но на помощь детей рассчитывать не приходилось. Они бросили собственные вещи в центре гостиной, слишком возбужденные, чтобы заниматься таким скучным делом.

— Пойдем на разведку! — закричал Стивен и моментально исчез, Мэнди бросилась за ним.

Коттедж был спланирован достаточно оригинально: комнаты первого этажа располагались анфиладой, а винтовая лестница прямо из гостиной вела на второй этаж, где находились четыре спальни: по две с каждой стороны маленькой площадки.

Ева выбрала для себя самую большую, с крохотной смежной комнаткой для малышки. Джоанна сказала, что они с Мэнди поселятся в спальне напротив, где стояли две кровати, а Стивену досталась небольшая комната под скатом крыши.

— Это все напоминает мне дурацкие фарсы, когда артисты мечутся из одной спальни в другую, — сказала Джоанна, когда они с Евой поднимались по винтовой лестнице с переносной детской кроваткой, в которой спала малышка.

— Только там это не было так забавно, — заметила Ева.

— Нас ожидает скромная жизнь, — рассмеялась Джоанна. — Покой, тишина и никаких мужчин, которые имеют склонность все усложнять. Блаженство!

Ева приняла довольно скептический вид.

— Неужели ты всерьез считаешь, что отсутствие мужчин — блаженство?

— Конечно, это не совсем так. Но я согласна немного подождать.

— Ты имеешь в виду Дональда?

— Возможно.

— Надеюсь, Дон не в обиде на меня за то, что я притащила тебя сюда.

— Разумеется, нет. Почему он должен на тебя обижаться?

— Вы и так редко видитесь, а теперь, когда он приедет домой на летние каникулы, тебя не будет в городе.

— Он рассчитывает провести большую часть своего свободного времени именно здесь.

— О, прекрасно! — Ева явно почувствовала облегчение. — Это устроит нас обеих. Я имею в виду наличие мужчины в доме. — Глаза ее затуманились, и она быстро отвернулась, чтобы Джоанна не увидела выражение ее лица.

Шесть месяцев в этом захолустье без Мартина… как она сможет это выдержать?

Джоанна высунулась из окна и увидела, что Мэнди и Стивен находятся уже за пределами окружающего коттедж сада.

— Дети уже в соседнем саду, — сообщила она вошедшей в ее комнату Еве.

— Они не должны туда ходить! Это частное владение. Сад принадлежит фермеру, выращивающему фрукты, и не имеет никакого отношения к коттеджу! Позови их, Джоанна!

Дети, услышав окрик, подбежали к живой изгороди. Они выглядели обиженными.