Чтение онлайн

А теперь мы, с чувством выполненного долга, можем вернуться к нашим героям.

* * *

Перчик, оставив Леметрию и Чери дома, решил отправиться на станцию репликации, полагая, что Туманный Кот, возможно, находится там. Флаэсина легко поднялась в воздух, подставляя себя ветрам и, управляемая руками Перчика, понеслась на север. Как-то сразу ушли в сторону все заботы, и жизнь показалась веселой, а проблемы шутя решаемые. Перчик вздохнул, подумав, что его жизнь с Леметрией можно назвать счастливой, если не считать последних событий.

Правда, было одно обстоятельство, которое немного омрачало их жизнь, но тут они были бессильны. Суть ситуации состояла в том, что у них с Леметрией не было детей, и Перчик, видя, как Леметрия тянется к сыну Чери, уже подумывал о том, чтобы усыновить какого-нибудь мальчика или девочку. Исчезновение Дуклэона и племянницы Перчика, Марэлай, было событием неординарным, которое потрясло Перчика, представившего, что бы он делал, если бы пропавшим был его сын или дочь.

Внизу показалась притока Леи, Салка, а за ней, на другом берегу город Рато. Перчик не собирался останавливаться, так как торопился на станцию репликации и только проводил взглядом раскинувшийся внизу город. За городом сразу начиналась степь с редкими берёзовыми колками, идущая волнами до следующей речки Горне, перепрыгнув которую, степь тянулась до самых гор.

Несмотря на ветерок, было жарко, так как небо поленилось натянуть на себя облака и сияло чистой незапятнанной синевой. Перчик сообразил, что фляжка, взятая им из дома, совсем пуста и пожалел, что не остановился у реки. Впереди показался одинокий зелёный оазис в виде рощицы, а посредине Перчик рассмотрел маленький домик и колодец, прикрытый разлапистым деревом.

Спонтанно, вопреки принятому решению не останавливаться, он отправил флаэсину вниз и приземлился в нескольких шагах от дома. Колодец, сложенный из камня, прикрывала деревянная крышка, на которой стояло деревянное ведро с верёвкой. Открыв крышку, Перчик увидел снижающийся вниз конус колодца, сложенный большими камнями, и удивился, что он до сих пор держался и не ушёл в землю. Опустив ведро и зачерпнув воды, Перчик поднял его и с удовольствием, до ломоты в зубах, напился. Набрав полную фляжку, он уже собирался уходить, как увидел выходящую из дома кудрявую женщину средних лет, смотрящую на него огромными тёмными глазами.

— Манароис? — неожиданно узнав, воскликнул он. — Что ты здесь делаешь?

— Я здесь живу, — сказала женщина, продолжая смотреть на него невидящими глазами. Перчик, присмотревшись, узнал её дом и, покраснев, сказал:

— Извини, сразу место не узнал.

— Можешь переночевать у меня, — подходя поближе, предложила Манароис, положив руку ему на плечо.

— Не могу, — покраснел Перчик, — мне нужно спешить.

— Дети живы и здоровы, — сообщила Манароис, повернувшись лицом к Перчику, и добавила: — Скоро ты их увидишь.

— Всё равно, не могу, — не согласился Перчик и, посмотрев в её неподвижные глаза, точно оправдываясь, сказал: — Я Леметрию люблю.

Под насмешливой улыбкой Манароис он торопливо поднял флаэсину и резко взвился вверх, чуть не задев дерево возле колодца. Отчего-то вздохнув, Перчик направил флаэсину на север. Миновав реку Горне, он поднялся вверх, рассматривая тянущуюся впереди степь. За ней находился самый опасный участок пути – горы, которые на флаэсине не перепрыгнешь.

Когда он добрался до гор, уже вечерело, и Перчик послал впереди флаэсины два светящих шара, которые, как маяки, давали возможность зигзагами лавировать между гор. Когда он, наконец, добрался до станции репликации, у него, от постоянного напряжения, болела голова, а в глазах точно брёвна торчали. Приземлившись возле станции репликации, Перчик забрался в каюту, улёгся на лавку и тут же уснул.

Занималось утро. Перчик проснулся оттого, что солнце заглянуло в каюту и светило прямо в лицо. Он поднялся с деревянной лавки, врезанной в стенки каюты, и немного размялся: на свою беду Перчик не взял даже одеяло и немного продрог, лёжа на боку. Выйдя на палубу, он увидел чёрный цилиндр станции репликации, безмолвно и неподвижно застывший посредине зелёной поляны, освещённой солнцем, бьющим через просеку в джунглях и проложившим блестящую дорогу по озеру.

Нужно было улетать, так как Туманного Кота здесь не было. Перчик подошёл к станции репликации и приложил руку к холодной поверхности, прощаясь, но, неожиданного для него, стены станции репликации опали, и оттуда показалась угловатая и нечёткая фигура человекообразного существа. На его руках лежала спящая девочка, и он шагнул по просеке в направлении озера.

— Ты снова не в том месте, — прозвучал Харом внутри Перчика. Совершенно растерянный Перчик застыл, скованный ужасом, а Харом, не оборачиваясь, снова сказал внутри его головы:

— Я дам тебе то, что ты хочешь.

В тот же миг Перчика схватила неизвестная сила и швырнула в тёмную пропасть, которая его поглотила целиком, забрав у него последние остатки мужества и потушив сознание.

Репликация вторая. Решка Тот

Байли вывалилась прямо в красное небо и с ужасом осознала, что летит вниз. Собираясь крикнуть, она открыла рот и захлебнулась — воздух был насыщен серой и ужасно вонял. Выпучив глаза, она смотрела вокруг, наблюдая, как мимо неё пролетает радужный шар с длинным отростком внизу, на конце которого она с удивлением увидела глаз, который с таким же удивлением смотрел на неё. Вдали висели такие же шары, в тоже время как ближние стремительно уносились вверх.

«О, боги фрей, я падаю!» — снова ужаснулась она, не понимая, как здесь оказалась. Последнее, что она видела, была фрея Эстата, в сопровождении фреи Ромы, а потом очутилась в красном небе.

«Как ты здесь оказалась?» — спросила какая-то гадость внутри головы, и Байли, задыхаясь, заплакала, продолжая лететь вниз.

«Как ты смеешь так говорить с матерью?» — не успокоилась гадость и Байли почувствовала, что резко повисла, а перед её лицом оказался глаз на отростке.

«Эта тварь меня съест ...» — подумала Байли, теряя сознание.

Последнее, что она услышала от глаза, было: «Она же задыхается ...» — но уже не помнила, как оказалась внутри радужного шара. Когда она пришла в себя, то почувствовала, как ей сдавило грудь, и она закашляла, а глаза чуть не полезли на лоб.

«Не дыши», — приказал гадкий голос внутри, и Байли с удовольствием так поступила, если бы, не то обстоятельство, что у неё захлопнулось сознание, и с ней снова случился обморок.