Периодическая тризна

Хоронили мы Научную Фантастику. Скудно хоронили, что уж сказать… Товарищи из профсоюза произнесли краткую речь о покойнице. Перечислили ее заслуги – всем в общем-то прекрасно известные. И как поднимала она американскую экономику в тяжелые годы депрессии. И как манила мечтой о космосе. И даже как звала молодежь во ВТУЗы – вспомнили.

Потом выступили друзья и близкие покойной. Многие в свое время состояли с ней в тесной связи – как правило, по юности, прежде чем всей душой отдаться Развлекательной, Социальной или Сказочной Фантастике – сводным сестрам покойной. Сестры эти, не надорвавшие здоровья на великих стройках двадцатого века, до сих пор молодились и чувствовали себя хорошо – недаром вокруг них роились юные поклонники.

Друзья и близкие, скрывая печаль, рассказывали забавные и поучительные истории из жизни Научной Фантастики. Некоторые заявили, что всю жизнь любили только ее одну – причем взаимно! – и грядущие поколения еще оценят крепость их отношений. Многие выражали надежду на ее будущее воскресение – в связи ли с социальным заказом, по велению ли мудрого царя…

Потом мы разошлись. Каждого ждали свои великие книги и свои капризные музы.

А покойница полежала немного, включила Атомную Пилу, вскрыла домовину, потом достала Нейтринный Землекопатель – да и выбралась из свежей могилы. Постояла под вечерним дождиком, синенькая и пошатывающаяся, включила Генератор Красивых Обличий – и побрела к ближайшей остановке.

В конце концов – не первый раз хоронили. Она успела привыкнуть.

Особенно она привыкла к завышенным ожиданиям на свой счет.

Кто-то честно старался писать романы, исходя только из имеющихся на данный момент научных открытий. А потом бегал по Парижу, скупая экземпляры своей книжки, в который вчера придуманный “Наутилус” таранил корабли бивнем. Беда, беда, ведь сегодня были изобретены торпеды!

Кто-то верноподданнически изрекал, что она “должна звать во ВТУЗы”, – и она принималась звать, напрочь забывая, что литература вообще никому и ничего не обязана. Результат? Научная Фантастика переставала быть литературой, а становилась научпопом к читателю. Читатель, не обрадованный таким зрелищем, отворачивался.

Кто-то с энтузиазмом пытался донести до широкого читателя радости своей профессиональной деятельности. А читатель, путаясь в безукоризненно точном описании диффузии межзвездного газа или тонкостях фрактального программирования, откладывал книгу в сторону.

Господа, кто и когда вам сказал, что научная фантастика – синоним научного справочника? Никто не строит заборы или лодки, сверяясь с “Робинзоном Крузо”, никто не ловит преступников, черпая знания из “Пестрой ленты” или “Черных орхидей”, никто не изучает историю по “Роб Рою” или “Спартаку”, никто не воепитывает детей, опираясь на “Мэри Поппинс” или “Карлсона”.

И только несчастную русскую литературу, доизнывавшуюся от вопросов “кто виноват” и “что делать” до революции, по сию пору лихорадит. Вот и фантастике что ни день велят учить, инженерить человеческие души, звать во ВТУЗы…

Ах это удивительное русское народное стремление – призвать, да чтоб всем миром! Чтобы навалиться и сплотиться! Чтобы все приспособить “на пользу дела” – пусть футболисты не просто так бегают, а динамо вертят, пусть мечта не ввысь воспаряет, а грузы перевозит… Только вот моторы ломаются и электричество отключается не потому, что процесс починки моторов был плохо описан в фантастической литературе. Пьяный слесарь, сломавший мотор, книг вообще не читает. Тут в консерватории что-то править надо…

Фантастика зовет к звездам, к компьютерным, нано – и биотехнологиям, к научному поиску. Но она не может и не должна подменять науку. Они, конечно, внешне похожи: учебники и справочники на фантастические романы. Те же черные буковки на белой бумаге. Только употреблять их следует совершенно по-разному. Учебники – для ума. Литературу – для души.

Хорошая фантастика – часть литературы.

А плохая – может описывать технологию ремонта карманных ядерных реакторов в полевых условиях.