Перевод
Шрифт:
Он вскочил с постели и занялся утренней гимнастикой. С этого дня, решил Кирилл, никакого алкоголя, только здоровый образ жизни. Он несколько раз отжался от пола, побегал на дорожке, попрыгал через лазерную скакалку, посетил ионный душ, пригладил прическу у зеркала, облачился в строгий костюм и спустился в холл. Здесь его уже встречал атташе посольства. Хотя Кирилл прибыл накануне поздно, они успели познакомиться. Да и как не встретить нового шефа? Подобная небрежность может плохо сказаться на карьере. Вместе с атташе они прошли в зал для приемов.
Кирилл заметил, что подчиненный вертит в руках допотопный диктофон.
– Будете записывать? – поинтересовался не без ехидства. Сам он весьма преуспел в тренировке памяти, и был уверен, что она не подведет, он запомнит весь разговор в деталях.
– А как иначе? – почему-то удивился атташе и нажал кнопку, активируя запись.
Не успели они пройти в зал для приемов, как двери распахнулись, словно под ударом стихии. Две темные фигуры, похожие на тени, мелькнули в светлом проеме и в считанные мгновения оказались перед дипломатами. Они были высоченного роста, жестикулировали так, что конечности рассекали воздух со свистом. Громогласной скороговоркой пришельцы оглушили Звягинцева. От неожиданного напора и скорости он впал в оцепенение. Через секунду их силуэты мелькнули, удаляясь, дверь захлопнулась с грохотом.
– Что… что это было? – пробормотал Кирилл, пораженный стремительностью визита до глубины души.
– Местные жители, – поведал атташе, глянул на диктофон и отключил его, – отдам на расшифровку. К вечеру будем знать, что они сказали…
У Звягинцева натурально отвисла челюсть. Он внезапно почувствовал себя медлительным и туго соображающим «ленивцем» с Амальгамы. Пожалуй, там у него было даже больше шансов проявить себя и сделать успешную дипломатическую карьеру.
– Черт побери! – вскричал Кирилл, ощущая, как растет желание расколотить что-нибудь о стену, а потом дать кому-нибудь в морду, например предусмотрительному атташе с диктофоном. Он разразился потоком нецензурной брани, затопал ногами и заметался по залу для приемов, круша все, что попадалось на пути – вазы с цветами, голографические картины на стенах, камеры наблюдения, пробил кулаком в двух местах стену из твердого гипсокартона. Надвигался нервный срыв – главная проблема межгалактических дипломатов.