Чтение онлайн

– Вы хотите разработать препарат для выведения человека из комы? – удивился Протасов.

– Нет, Илья Кузьмич, – отрицал Куликов, – я не намерен отбирать хлеб у фармакологов. Речь идёт о возвращении Сознания человеку, а это уже не то, о чем думают традиционно медики. Ошибочно считается, что Сознание – продукт работы головного мозга человека, но это не так. Наоборот, мозг является инструментом работы его Сознания. Поверьте, я защитил докторскую диссертацию по этой теме.

– В таком случае, я ничего не понимаю, – признался Протасов, – как Вы собираетесь вывести его из комы?

– Мною разработан, так называемый «квантовый компьютер», – принялся объяснять скороговоркой Куликов, – в обычном смысле этого термина – устройство обработки информации, в квантово-когерентном режиме. Для его реализации множество степеней свободы, включённых в обработку информации, должно быть строго изолировано от окружающей среды. В этом главная сложность. Чтобы считать результаты вычисления, после необходимого цикла унитарной эволюции компьютера некоторые наблюдаемые величины этой квантовой системы подвергаются измерению. Это вызывает декогеренцию и переводит результаты вычислительного процесса в классическую форму, в которой они при необходимости могут быть сохранены. В отличие от классического компьютера, квантовый может использоваться для решения ограниченного типа задач, но с гораздо большей скоростью….

– Подождите, Анатолий Петрович, – взмолился Протасов, – я вообще ничего не понимаю, о чем Вы сейчас говорите!

– Прошу меня извинить, – опомнился Куликов, – проще говоря, это специально разработанная мною компьютерная программа, посредством которой я намерен проводить опыты с Вашим пациентом! А чтобы Вы меня понимали их содержание, я готов рассказать Вам всё, что понадобится для проведения экспериментов на понятном языке!

– Мне кажется, Вы торопитесь, – заметил Протасов, – мы ещё не решили главный вопрос: разрешат ли Вам проводить свои опыты над больным человеком?

– Извините меня, что не проинформировал предварительно! Я переговорил уже с моим ректором, и он по моей просьбе звонил вашему главному врачу, – с виноватым видом сообщил Куликов, – так вот, тот сказал, что если лечащий врач, то есть Вы, согласен, никаких возражений с его стороны не будет! …Поймите, Илья Кузьмич, я со своим айтишником около пяти лет разрабатывал эту программу, но испытать её работу не представлялось возможным, не было объекта. Теперь же, когда он появился, благодаря счастливому случаю у вас в клинике, я не могу упускать такой шанс! А Вы, как реаниматолог, получите инновационный метод выведения человека из коматозного состояния без каких-либо препаратов….

– Но я ничего не соображаю в квантовой механике! – возмутился Протасов.

– Я же пообещал, перед тем, как мы начнём опыты, я прочту Вам курс лекций, чтобы Вы понимали всё досконально, – убеждал Куликов.

– Вы мне скажите, профессор, что Вы конкретно будете делать с больным во время опытов? – настаивал Илья Кузьмич.

– Поставлю на его черепную коробку с десяток датчиков, которые подключу к своему компьютеру, – объяснил профессор, – это абсолютно безопасно для него!

– Ну, не знаю, – сомневался Протасов, – я не готов утвердительно ответить! Да и мне лечебным процессом нужно заниматься, а не проводить с Вами опыты! …Хотя в ночную смену можно!

– Вот видите, – обрадовался Куликов, – я готов работать по ночам, у меня ведь днём тоже лекции в университете! …Так что же? По рукам?

– Хорошо, – согласился Протасов, – завтра я работаю в ночную смену, приходите, и если Вы докажете мне состоятельность и безопасность Ваших исследований, я возражать не буду!

Куликов долго благодарил Протасова, крепко жал ему руку, называя прогрессивным человеком и, в конце концов, удалился восвояси. А Протасов долго ещё соображал, как можно с помощью квантовой теории вывести человека из комы? А может это попросту авантюра? Но согласие дано, и теперь нужно «принять у профессора экзамен» и если его исследования окажутся действительно научными и не причинят пациенту вреда, то можно будет допустить его к этому таинственному коматознику.

Куликов явился за час до начала ночной смены, и ждал Протасова в коридоре у ординаторской. Врачи и медсестры, работавшие в первую смену ещё, не ушли домой и каждый из них, проходя мимо, посматривали на профессора с подозрением. Накинутый на плечи Куликова белый халат и бахилы поверх туфлей не раздражали медперсонал, что позволяло профессору дожидаться Илью Кузьмича, не подвергаясь замечаниям медиков. Так он стоял, с портфелем в руке и терпеливо ждал, посматривая в сторону лестницы, пока в коридоре не появился Протасов. Куликов импульсивно двинулся ему на встречу с разведёнными в стороны руками, готовым обнять Протасова, как будто они были знакомы с детства и не виделись много лет.

– Ну, что же Вы, голубчик, так долго? – спросил Куликов, – я на кафедру прихожу за час до начала рабочего дня!

– А в чем дело, профессор? – удивился Илья Кузьмич, – Вы очень нетерпеливы.

– Мне ещё нужно рассказать Вам смысл наших исследований, – улыбался Куликов, – и ответить на вопросы, что будут возникать в ходе моей лекции.

– Но сначала мне нужно сделать вечерний обход, – возразил Протасов, – а уж затем слушать Вашу лекцию. Посидите пока в ординаторской, а я с Юлией пройду по палатам.

Куликов послушно уселся рядом со столом Протасова, а тот с медсестрой приступил к обходу. Войдя в 236-ю палату, Илья Кузьмич взглянул на показания монитора, параметры жизнедеятельности соответствовали состоянию комы. Переведя взгляд на лицо больного, он от неожиданности дёрнулся всем телом назад и отпрыгнул, напугав этим Юлию.

– Что случилось, Илья Кузьмич? – спросила медсестра из-за спины доктора, переходя к кровати пациента.

– Он моргнул глазом, – со страхом ответил Протасов, – как будто подмигнул мне….

– Я тоже в этот момент смотрела ему в лицо, – возразила Юлия, – но ничего такого не заметила. Может быть, Вам показалось?

– Это тебе заведующий отделением приказал? – с иронией и злобой спросил Илья Кузьмич, – сразу отрицать мистику? Ну, …чтобы не навредить репутации клиники?

– Зря Вы так, Илья Кузьмич, – обиделась Юлия, – ведь я не отказываюсь от того, что видела прошлым ночным дежурством. Мне нужно было показать начальству, что выполняю его приказ….

Неожиданно Юлия сама громко вскрикнула и отпрыгнула от койки пациента, к которому успела уже повернуться задом. На её лице отразился ужас, глаза округлились, она побледнела и, отпрыгивая чуть было не повалила Протасова.