Папарацци
Шрифт:
На сцене кресло, диван и стол со стульями. Входит Актер.
Актер . — Ну вот, Наконец-то я один, совсем один! Сбылась мечта. Никто меня не видит, не слышит. Никого тут нет. (Вглядывается в зрительный зал). Да, совсем никого. Не аншлаг у нас сегодня. (Смотрит на сцену). И тут никого. Посмотрим — нет ли шпионов? (Ищет, ходит по сцене. Макс и Рекс прячутся еще глубже, Макс маскируется ветками на кепке. Актер смотрит в сторону балкончика, но никого не видит. Садится в кресло). Ну что ж, пока отдохнем. От чего же я отдыхаю? А — от славы, Б — от популярности, В — от назойливых писак, проклятых журналюг, которые стремятся все вынюхать… Папарацци — раньше и слова-то такого не было. Что-то итальянское, наверное. Пиперроне, макароны, пицца… Ах, я тихо учился актерскому ремеслу в маленьком арбатском переулке, и не хотел всего этого кошмара… Как было раньше — об артистах рассказывали легенды! А теперь сплетни. Это сказал кто-то из великих, но покойных. Какое им дело до того, с кем я сплю? Я не спрашиваю, с кем спят они, и спят ли вообще. Прямо Армянское радио — неизвестно, был ли Чайковский гомосексуалистом, но мы ценим его не только за это… Старый анекдот. Говорят, что Олег Даль, пытаясь скрыться от фанатов, бросился в морскую воду в костюме и поплыл… Я тоже хочу уплыть от них от всех. Жаль, правда, я не умею плавать. Но это не важно. Ведь теперь у меня есть мой спасательный круг — Луиза. Родители-идиоты назвали ее этим старофранцузским именем. В общем, Лизка. И скоро она придет. С ней я не утону. В этом бурном житейском море она меня непременно спасет. Она меня не бросит. Подождем? Подождем. (Откидывается в кресле и дремлет).
Рекс . — Кажется, заснул.
Макс . — Да, решил покемарить. Удобно тут, на заборе. Длиннофокусный объектив, направленный микрофон…
Рекс . — Пишется?
Макс . — Конечно! (Прижимает наушник к уху.) Потом расшифруем.
Рекс . — Значит, любовница все-таки его еще не бросила? Слава богу. Хоть что-то.
Макс . — Напишем, что любовница ему нужна, чтобы скрыть свою гомосексуальность. Так многие делали.
Рекс . — Кгм.
Макс . — Ничего, будет любовник — напишем и о нем, как только заметим. Не беспокойся.
Рекс . — Кстати, наш материал уже в номере?
Макс . — Счас… клавиатура мелкая… ага… ага… йез!!! Вот он! Утром в газете, вечером в куплете… то есть наоборот…
Слышится шум шагов. Входит Луиза.
Макс . — Прячься! Рекс . — Опять? Ложись!!! (Прячутся).
Действие 3
На сцене — Актер, Луиза, на балконе, имитирующем забор резиденции — Рекс и Макс.
Луиза . — Ах, вот он, мой пупсик. Моя любимая звездочка. Он так устает, бедняжка. Он играет в стольких сериалах одновременно. Он так талантлив! Но КПД как у паровой машины братьев Черепановых. Ну он не виноват, что сейчас у нас снимают одну макулатуру… или как это назвать? Муть? Жуть? Отстой? Ну в общем, сами знаете… Зато как он играет в водевилях, боже! Как он там играет! Театр — вот где настоящее, живое искусство. Вот где можно снять с партнера штаны так, чтобы все аплодировали. Немножко любви, чуть-чуть поцелуев ниже пояса — и вот он, успех! О Мельпомена! Ну это он так говорит. Кто такая Мельпомена, я не знаю. Он объяснял, что это его богиня. А вообще имя, конечно, странное. Ну, пора будить садовую соню. (Подходит ближе к креслу). Дорогой! Ты спишь?
Актер (медленно просыпается, трясет головой). — Разве я сплю?
Луиза . — Полагаю… да. Ты заснул и не дождался меня.
Актер . — Ну да. Я типа задремал. Замечтался. Подумал, что я совсем один…
Луиза . — Как это — один? А я? И правда размечтался. Я тебя не брошу. От меня еще никто не уходил!
Актер . — Я не не собирался.
Луиза . — Не пытайся. Даже и не думай!
Актер . — Я надеялся, что мы с тобой вмести навеки… правда, крошка?
Луиза . — Крошка?
Актер . — Ну да. Крошка. Ведь ты же моя крошка?
Луиза . — Да, твоя… но почему «крошка»? Мне не нравится этот тон.
Актер . — Ну это потому, что я тебя типо безумно люблю.
Луиза . — А причем здесь «типо»? Что за жаргонизмы? Просто «Люблю», безумно. Безумно-безумно?
Актер . — Да!
Луиза . — Безумно-безумно-безумно?
Актер . — Да, без ума от тебя. Вообще без ума.
Луиза . — Совсем?
Актер . — Да! Да! Черт возьми!
Луиза . — Ах, я так счастлива! Но кстати — не упоминай имя этого хвостатого постоянно. Мне как глубоко верующей православной девушке это не нравится.
Актер . — Ты верующая, да еще и глубоко?
Луиза . — Да. Я каждую неделю хожу в церковь. По воскресеньям.
Актер . — Ах вот куда ты ходишь! А я-то думал — куда? К кому? К приятелю? Я ревновал…
Луиза . — Ах ты мой ревнивец! Мой ревновашка! (Треплет его по волосам). Ты думал — я хожу к любовнику? Нет. Мой любовник — это Бог. Я люблю только его, ну кроме тебя. Ты и он.
Актер . — Я на первом месте?
Луиза . — Да, мой кумир. Мой бог!
Актер . — Ну, слава Богу!
Луиза . — Кстати, как у тебя сегодня с рейтингом?
Актер . — Как обычно… Неплохо… а что ты имеешь в виду?
Луиза . — Ну, не твою популярность… популярность высока, но… Но кажется, чего-то не хватает… (Лезет ему рукой куда-то в районе брюк).
Актер . — Ой!
Луиза . — Боже!
Актер . — Опять!
Луиза . — У тебя упал рейтинг!
Актер . — Не может быть!
Луиза . — Я тебе говорю!
Актер . — Нет! Я только что снялся в двух сериалах! И в одном документальном фильме о жизни Чехова! С Анфисой Чеховой! Я популярен!
Луиза . — Я не это имею в виду!
Актер . — А что ты имеешь в виду?
Луиза . — А вот что ты имеешь, и что ты введешь?
Актер . — А, вот ты о чем! Это тоже не может быть. Я только что выпил «Виагру». Лошадиную дозу!
Луиза . — А нужно было человеческую! Ты что-то от меня скрываешь, любимый. У тебя что-то не в порядке. У тебя наверное рейтинг уже минусовой. Как у вечной мерзлоты. И из-за этого падает и все остальное.