Папарацци
Шрифт:
Отец Филарет . — Да! К Лизке и ко всему человечеству! Хоть и не оправдало оно моих надежд. И Лизка тоже не оправдала. Стяжательство и корысть завладели ее душой. Бессилен я здесь. Так что я от нее отрекаюсь. От человечества нет, а от нее — да. Не любовь она мне более, а так, знакомая.
Актер . — Отрекаетесь? Это хорошо. Еще трижды не пропел петух, а он уже отрекся. В этом есть что-то творческое. Так что, господа собравшиеся гости, простить его, что ли?
Макс . — Ну, учитывая почти добровольное и чистосердечное признание… Пожалуй можно и отпустить грехи-то.
Рекс . — Простить и отпустить. Чего там. Амнистия.
Луиза . — Да пускай катится! Только пусть запомнит — в случае чего, там и его фото есть.
Отец Филарет . — Какие это такие фото? Ась?
Луиза . — Очень, очень откровенные!
Отец Филарет . — Откуда?!
Луиза . — Оттуда! (Указывает на фотокамеру.)
Отец Филарет . — Так это что же… вы же… меня же… в непотребном виде?!
Луиза . — Да. И все.
Отец Филарет . — Покидаю этот дом разврата! Видеть вас не хочу и вспоминать не буду! Прямо вот сейчас же и пойду.
Макс . — Постойте, батюшка! У нас же еще гвоздь программы, так сказать, финал — венчание. Вы должны принять участие в венчании!
Отец Филарет . — В каком венчании?
Луиза . — Забыл ты что ли, Филька? В моем с пупсиком! Зачем тебя звали-то?
Отец Филарет . — Так я же не того чину! Я же так и не стал образованным пастырем… Не получил диплома!
Луиза . — Кошмар. Двое пьяных репортеров и один поп-недоучка. И это моя свадьба!
Макс . — Ничего, мы вас по-своему повенчаем!
Луиза . — Это как это?
Актер . — Да, действительно?
Макс . — А вот как… Поскольку христово воинство проявило себя не с лучшей стороны, придется действовать по-другому. Там вино еще осталось?
Рекс . — Счас посмотрю… да вроде есть!
Макс . — Вот и чудненько! (Луизе, Актеру.) Вставайте.
Луиза и Актер становятся рядом. Макс вручает Рексу фотоаппарат и тот держит его над головами «молодых» наподобие венца в церкви. Второй фотоаппарат Макс повесил себе на грудь.
Макс . — Согласен ли ты, раб искусства и масс-медиа NN взять в жены рабу шоу-бизнеса Луизу?
Актер . — Эээ… Ну… Я…
Луиза . — Так согласен или нет? (Бьет его локтем в бок).
Актер . — А! Согласен! Чего уж!
Макс . — Согласна ли ты, раба шоу-бизнеса и любви Луиза, взять в жены раба масс-медиа народного артиста NN?
Луиза . — А чего ж я здесь стою? Согласна! Конечно, согласна!
Макс . — Именем всемогущих Масс-медиа, бульварной прессы, газет, журналов и эротический сайтов объявляю вас мужем и женой! Аминь.
Играет музыка, вспыхивает свет, Макс щелкает фотоаппаратом, снимая «новобрачных», Рекс также щелкает фотоаппаратом прямо над головами Актера и Луизы.
Отец Филарет . — Ура! Многие лета! Чтоб вы жили счастливо и умерли в один день!
Луиза . — Нет уж, умирать я пока не собираюсь! Не входит в мои планы.
Актер . — В наши планы входит поездка на Канарские острова, медовый месяц, и масса чувственных удовольствий!
Рекс . — Поздравляю!
Макс . — Нас не забывайте!
Актер . — А я и не забуду! Я сегодня прямо удивительно добрый. Столько лет прожил на свете, все было — и слава, и деньги, а женюсь как в первый раз!
Луиза . — Но нам же надо еще и расписаться в ЗАГСе! Нет, во дворце бракосочетаний.
Актер . — О чем разговор! Распишемся. Все как у людей. Главное не штамп в паспорте, а чувства, ведь так?
Луиза . — Да! Чувства! Я испытываю к тебе чувства… такие глубокие-глубокие! А ты?
Актер . — И я того же мнения!
Луиза . — Но я же девушка верующая! А то я забыла на минуточку. Я хочу и венчания тоже, вот!
Актер . — А пожалуйста! Вот что — этот Филимон, будущий полноправный отец Филарет, снова поступит в семинарию… восстановится там, получит диплом и повенчает нас по всем правилам! Я ему буду платить стипендию из своих скромных средств, заработанных на народной любви… Верно, Филя?
Отец Филарет . — Правда что ли? Оплатите обучение? Век за вас буду бога молить, повенчаю вас и покрещу ваших деточек!
Луиза . — Да, он нагонит! Он способный!
Отец Филарет . — Я еще и кандидатскую напишу по богословию! Я в духовную академию хочу.
Макс . — На все божья воля!
Актер . — Будешь моим личным духовником и исповедником. Как у президента. Сейчас это модно.
Макс . — А мы? Может и нам что перепадет, на радостях?