Чтение онлайн

— Я хочу видеть свое отражение в тех Трубках, — распорядился он. — Не мне вам напоминать, какой приближается важный день.

Напоминать Хилтсу не пришлось. Работницы с еще большим усердием принялись натирать до блеска огромную конструкцию, старательно и очень осторожно — чтобы не нарушить сложный процесс ее функционирования. Впервые в их юной жизни они готовились встречать здесь гостей. Дворец пустовал уже шесть столетий — ни Великих Лордов, ни самозванцев; архитекторы Корсина построили прекрасное, величественное здание, а не крепость. И дворец видел посетителей лишь в День Завета.

Каждые двадцать пять лет, в день смерти Корсина, зачитывалось его последнее завещание. Полвека назад маленького Хилтса во дворец не пустили, но сама идея о том, что можно услышать прошлое, захватила его воображение. Годы учебы и труда не прошли даром — Хилтс обрел уверенность в том, что, когда наступит следующий День Завета, именно он будет проводить церемонию.

И вот этот день, подобно комете, приближался вновь. Дворец, правда, представлял собой жалкое зрелище — и при всем своем желании, Хилтс не мог это исправить. Трещины в закопченных потолочных окнах совсем не радовали глаз.

А вот Джаю не было до этого дела. У Джая были другие заботы.

— Все подтвердилось, Хранитель! — высоким голосом произнес помощник, тряся счетами. — Мои расчеты по Песочным Трубкам…

— Они не важны сейчас, — перебил Хилтс. — Разве что, ты вооружишься тряпкой и внесешь свою лепту в их чистку.

На самом деле, Хилтс был очень благодарен кеширским девушкам — хоть что-то здесь будет выглядеть достойно.

— У нас осталось двенадцать дней. И мы должны быть готовы.

Его помощник закусил губу:

— Можно ли к такому подготовиться? Это… это волшебное событие. Даже больше — священное.

Хилтс закатил глаза. Джай не просто обожал свои числа, он их еще и боялся. Но грядущий день и вправду был самым важным событием для Племени. Конечно, День Завета был не единственным праздником ситов, а Яру Корсин был не единственным Корсином в их истории. Его дочь Нида после смерти отца правила рекордно долгое время — семьдесят девять лет. И ее вступление на трон отмечалось фестивалем, проходившем в столице каждые семьдесят девять лет и длившемся целый месяц. Даже Хилтс был недостаточно стар, чтобы помнить последний.

— Разве вы сами не видите, Хранитель? — Джай вновь застучал ракушками. — Прошло тысяча девятьсот семьдесят пять лет с того дня, как ушел из жизни Великий Лорд Корсин, а Нида взошла на трон — и это двадцать пять раз по семьдесят девять лет! Впервые День Завета и Восхождение Ниды будут отмечаться в один год!

Он опустил глаза и понизил голос до шепота:

— Впервые. Такого никогда раньше не было.

— Никогда! — Хилтс с напускной серьезностью сжал плечи своего собеседника и встряхнул его. Джай уронил счеты на каменный пол. — Так вот ты о чем! Ведь можно здорово сэкономить на вине!

Хилтс отпустил помощника и легонько хлопнул его по щеке:

— Никаких знамений нам не нужно, Джай. Если ты помнишь, одно — там, в горах — у нас уже есть. Только вот попасть туда невозможно.

Хилтс направился в свой кабинет, а Джай рассеянно уставился на упавшие счеты.

— Но, Хранитель…

— Не принимай все это близко к сердцу, Джай.

— Но как насчет моих вычислений по Песочным Трубкам?

— Даже не начинай!

Хилтс уже вошел в кабинет и с радостным облегчением посмотрел на кресло. Да, вот и ответ. После всех утренних волнений просто необходимо посидеть в тишине и выпить чего-нибудь…

Снаружи послышался голос. Хилтс со стуком опустил стакан на столешницу и возмущенно прикрикнул через плечо:

— Джай, успокойся уже!

Ответил ему хрипловатый женский голос:

— Забавно, я его попросила о том же.

Хилтс обернулся и увидел женщину лет тридцати, одетую во все черное. Алое сверкающее лезвие ее светового меча почти касалось шеи Джая. А взгляд золотистых глаз был злым и тяжелым.

— Надо поговорить, Хранитель — и, желательно, без помех. Ненавижу, когда меня перебивают.

Она свысока посмотрела на Хилтса — при росте не менее двух метров ей это труда не составило. Аккуратно уложенные медно-рыжие волосы, чистая кожа, здоровый румянец. Хилтс решил, что, живи она сотни лет назад, то легко бы прошла знаменитые «инспекции» Сиелах. В этом-то все и дело.

Хилтс прошел за незваной гостьей обратно, в атриум. Там с полдюжины вооруженных незнакомок в одинаковых черных одеждах — все, как на подбор, превосходные образцы человеческой расы — согнали его работников в кучку. Их рыжеволосая предводительница заговорила вновь:

— Разумеется, ты знаешь, кто я.

— Только по слухам, — во рту пересохло, а отпить из стакана он так и не успел. — Я редко покидаю это место.

— Вижу, — она принужденно улыбнулась и деактивировала меч. — Илиана Мерко. И мои единомышленницы — Сестры Сиелах.

— Не знал, что у Сиелах Корсин были сестры, — Хилтс кивнул на красавиц, окруживших его кешири.

— Сестры по духу, — Илиана уверенно шагнула вперед, счеты Джая хрустнули под ее сапогами. Сам математик был сейчас вместе с собратьями — ничком на полу, но в относительной безопасности. Каблуки Илианы громко стучали по мрамору, пока она обходила атриум, осматривая стеклянные статуи. Все изваяния изображали Яру и Ниду Корсинов. Илиане это явно не понравилось.

— К сожалению, — произнес Хилтс. — Все изображение Сиелах были убраны после… после того, что случилось давным-давно.

Он полагал, что Илиане известно о провальном заговоре Сиелах и Джериада против Яру Корсина. Для Илианы и ее соратниц это, должно быть, животрепещущая тема — словно все случилось вчера.

— Боюсь, ни одного осколка Сиелах не сохранилось.

— Не удивительно. Наша госпожа заслужила куда больше уважения. Знаешь, это она основала Племя. Она, а не эти предатели.