Шрифт:
Глава 1
«Ты попробуй, — говорили они. — Такого ты точно ещё испытывал!»
Заднее сиденье «уазика» и так не назвать мягким и удобным. А уж когда оно под тобой то мелко трясётся, то лягается…
— Ах ты ж ять!
— Газу, газу, давай!
…Или рывком проваливается едва ли не на метр вниз! Ауч, больно. Причём, не столько заднице и ногам, сколько голове, по которой заехала волшебным образом вылетевшая из багажника грязная и набитая угловатыми железками сумка. И прихлопнувшая её сверху двадцатилитровая топливная канистра — пустая, хоть тут повезло.
— …Заглох!
К тому моменту, как я затолкал назад в багажный отсек наверняка очень нужный и полезный в поездке хлам и выбрался из той двери, что смотрела скорее вверх, чем вбок, у открытого капота столпилось уже шестеро автолюбителей. Двоим принадлежало то ведро, на котором мы, с позволения сказать, передвигались по пересечённой местности, остальные четверо составляли экипажи ещё аж трёх машин, гуськом остановившихся впереди. Их задние габариты мерцали красным сквозь оголившиеся по осени ветви.
— Аккум жив! Смотри, как бодро крутит!
— Может, свечи? Только что пытался схватиться, а теперь даже и не…
— Топливный насос отхлебнул, точно тебе говорю! У меня так на позапрошлом выезде было: крякнул посреди ручья!
Темнеет… Обещанное «да мы тебя к шести у платформы высадим как штык!» перестало быть хотя бы теоретически актуальным час назад. Полчаса назад я смирился с тем, что придётся вызывать такси из области сразу до ближайшей станции метро на окраине города — только чтобы довезли до любого асфальта. Сейчас мне хотелось одного: пусть голова перестанет кружиться и желудок вернётся на положенное ему место. Дёрнул же меня чёрт согласиться «прочувствовать весь кайф настоящего оффроуда!».
— Да вы посмотрите, как у вас машину перекосоё…. перекособочило! В баке бензина мало, уровень чёрти-какой установился из-за этого, топливозаборная арматура висит в воздухе и воздух же засасывает вместо топляка! — выдал вдруг самый авторитетный участник заезда.
— А-а! — хором на пять голосов. — Вот оно чё-о!
Кажется, высокий консилиум пришёл к какой-то дельной мысли. Славик, водитель «уазика», рыбкой нырнул в салон… и с растерянной мордой вытянул ту самую канистру, что меня по голове огрела. Всё такую же пустую, разумеется.
— Эх, молодёжь…
— Славик, извини, мы уже свой запас в бак перелили, знаешь же, как наш паровоз бенз жрёт!
— Прости, мы сегодня тоже налегке…
— Да вы молодого своего до заправки пошлите! Тут по прямой метров триста через лес, смотрите, — опять вылез «авторитет», тыкая дочерна заляпанным пальцем в экран своего смартфона. — Вон, у него и снаряга подходящая. Хоть один оделся не по лайту!
И ткнул, сволочь, рукой в мою сторону.
Действительно, посмотрев пару роликов на ютубе, чтобы понять, куда меня зовут за новыми ощущениями, я озаботился современным вариантом болотных штанов-бродней — тех самых, что в ручей можно по грудь зайти и не промокнуть. Перестарался: «покатушка», как называли завсегдатаи свой выезд в лес, предполагалась «по лайту», и самая глубокая попавшаяся яма с водой вполне форсировалась обычными непромокаемыми сапогами.
Зато более-менее сухие колдобины, вроде той, в которой сейчас раскорячилось наше транспортное средство, радовали с завидной регулярностью. Я не автолюбитель, но даже мне стало жалко ни в чём не повинную подвеску, испытывающую по воле Славика и компании дикие, и, самое главное, совершенно ненужные на мой взгляд перегрузки. Оказывается, мы уже час как двигались в трёхстах метрах параллельно федеральной трассе — в чём я убедился, открыв приложение с картой на своём телефоне. По нормальному асфальту мы проехали бы это расстояние за минуту.
— Витя, помоги по-братски! — тут же бросился ко мне Славик. Увидев выражение моего лица, он вдруг забегал глазами, не забывая сыпать обещаниями: — Мы пока вытащим нашего красавца на ровные колёса… А зато мы тебя до метро, то есть, я хотел сказать, до самого подъезда потом с ветерком домчим!
— Давай сюда, — я подхватил тару за ручку. На машинах любителей найти себе приключение на неровном месте стояли мощные «люстры» — светодиодные балки, способные локально превратить самую тёмную ночь в день. Дальнобойщики такие на свои траки ставят, когда нужно по неосвещённой трассе в глубинке в темноте дубасить. Утром я подумал, что понты, а теперь понял — ничуть. Не помогу, так эти… эти. Будут тут до полуночи из канавы выбираться. А мне кровь из носу надо выспаться перед работой.
— Девяносто восьмого налей! — напутствовал меня в спину горе-водила.
— Мы тебе весь свет врубим, чтобы от заправки с дороги не сбился! — пообещал за Славиком его штурман, видимо, не знающий, что на карте можно поставить метку и вернуться по навигации ровно туда же, откуда вышел. Ну, какой поп, такой и приход… Впрочем, всё равно спасибо за попытку заботы.
Заправщик встретил вышедшее из леса чудище — то есть меня — с философским спокойствием буддийского монаха. Я немедленно припомнил, что злые языки называют формат «сильные мужики превозмогают бездорожье» не иначе как «трамвай-трофи» — из-за того, что любители оффроуда не отъезжают далеко за город, а раз за разом портят одну и ту же лесную просеку или технический проезд под ЛЭП.
Да, так можно заучить наизусть каждую кочку — а если застрянешь-сломаешься, то на крайняк можно бросить тачку и пешком за полчаса к людям выбраться. А к метро — за часик. Ну а следующее «трамвай-трофи» через неделю обязательно поможет высвободить попавший в природную или не совсем природную ловушку автомобиль. Похоже, вот к этой заправке регулярно выходят оффроудеры с канистрами. Как ещё тропинку в лесу не протоптали!
Была у меня подленькая мыслишка оставить себе канистру в качестве трофея и сразу с заправки вызывать такси. Славик мне не сват и не брат, сам все обещания нарушил — тому, кто нас свёл, я уже мысленно наговорил кучу ласковых, и обязательно выскажу их же в лицо. Назад путь оказался куда сложнее, чем туда: запоздало понял, что надо было залить десяток литров, а не под горлышко.
Как на зло, на эти триста лесных метров приходился то ли пологий овраг, то ли какая другая складка местности, и пришлось убрать телефон, чтобы помогать себе второй рукой. Серые сумерки сразу же встали вокруг стеной — осенью темнота подкрадывается очень быстро. Ещё и ветер вдруг налетел, зашуршал вершинами осин и сбросивших листья берёз. Потому, увидев впереди свет, я искренне порадовался выполненному обещанию штурмана и с удвоенной силой попёр емкость. Обеими пятернями я вцепился в быстро тяжелеющую ручку и раздвигал ветви плечом, лишь краем глаза сверяя направление на сияние.