Чтение онлайн

Кстати, я только сейчас заметил, что парень выглядел побитым. Мне кажется, что этот «Торри» часто влипает в неприятности, раз запястья его были перебинтованы, а ноги и руки были все в синяках, ссадинах и ранах. На правой части лица у него был шрам,. Я бы не сказал, что это портило его внешность, но выглядел он как-то… необычно. Да, наверное это самое подходящее для него слово.

Я замычал. Лучше уж поздно, чем никогда. Я не могу весь день слушать их разговоры.

Парни наконец-то обратили на меня внимание. Усмехаясь, Торвальд присел на край стула, которое стояло рядом со столом, к которому я был собственно и прикован цепями.

– Оу, спящая красавица проснулась.
– он достаёт ключ из ящика с инструментами. С чего я взял, что там лежат инструменты? Мне кажется, что ничего другого в подвале лежать не может. Ключ щёлкает в замке на цепях и я могу вздохнуть на много спокойнее. Парень отрывает скотч от моего лица. Наконец-то могу говорить.

– Только не кричи. Дом не любит шум.
– Торвальд прикасается указательным пальцем к своим губам. Выглядит он весьма угрожающе.

– Торвальд, хватит ему угрожать!

– Глупый Джесси, я и не угрожаю. Это самое обыкновенное предупреждение.
– парень тушит сигарету о столешницу. Лично я считаю это не безопасным. Такие действия могут привести к пожару, но парню видимо на это плевать. Он тихо смеётся над угрюмым видом Джейсона. Я думаю, что Джейсону не очень нравится, когда он курит.

Я освобождаюсь от цепей и касаюсь носками кроссовок бетонного пола, чтоб убедится настоящий он или нет. Окончательно запутавшись в том, что реальность, а что иллюзия, я становлюсь самым настоящим параноиком. В голове крутилось множество разных вопросов. И думаю, ответы на них меня не удивят так сильно, как то, что происходило несколько секунд назад.

Зачем эти двое приковали меня к столу? Что это за девочка-мутант? Что за кулон и кольцо? Какое отношение Грэм имеет ко всему этому? И кто этот Торвальд? Чёрт подери, а я ведь всего-лишь хотел отдать Джейсону документы о его отчислении. Больше никогда не буду интересоваться чьей-то жизнью. Я уйду из клуба журналистики! Да, точно! Я откажусь от такой ответственности.

Я сдерживал рвущиеся наружу крики. Да я хотел чего-то необычного, но не такого. Я не достоин стать главным персонажем фильма ужасов и умереть в самом конце.

– Тебя ведь зовут Стилом? Я Торвальд.
– парень протянул руку для рукопожатия, я недоверчиво коснулся её своей и сжал её как можно сильнее. От этого стало как-то спокойнее. Я приоткрыл рот и тихо произнёс:

– Прозвище…

– Что?

– Стил — моё прозвище.

Я понятия не имею, почему люди называют меня так. Кажется, потому что я всегда молчал. А в переводе с немецкого «still» значит тихий. Так как мой одноклассник, который тогда ещё толком не умел выговаривать слова назвал меня именно так, я стал Стилом. Тихим, спокойным, молчаливым Стилом. Но года идут, времена меняются, как и мой характер и вкусы. Я стал более общительным, более храбрым, более острым на язык и не боялся постоять за себя. А вот прозвище моё приелось и с тех пор люди уже не называют меня настоящим именем, а только именуют Стилом. По-моему, их не интересует моё имя, да и не нравится оно мне.

– Наверное, у тебя много вопросов, Стил. Я всё обязательно расскажу тебе, но здесь не самая подходящая обстановка. Пойдём наверх?
– Торвальд поднимается по лестнице, я покорно иду за ним, а Джейсон остался где-то позади, продолжая выражать своё недовольство фразами: «Ты всегда так делаешь, Торвальд!», «Торвальд, ты не умеешь объяснять!», «Я бы посмотрел на твои объяснения, Торвальд!». Иногда он говорил что-то не просто саркастичной, но и издевательское, что явно бесило парня идущего по лестнице. Я не мог видеть его лица, но он сжимал кулаки и явно оскалился.

Торри открыл дверь подвала и мы оказались на свежем воздухе. Судя по всему, мы где-то на окраине города. Поле с подсолнухами — это всё, что окружало большой дом с гаражом и подвалом, рядом виднелась трасса. Думаю, здесь не часто проезжают машины. Интересно, родители меня уже ищут?

– Ты живёшь так далеко от города?
– я задал вопрос. Мне нужно было как-то разрядить обстановку. Парень распахнул дверь дома и пригласил меня войти. Джейсона же он в дом не впустил, а закрыл дверь прямо перед его носом, что очень взбесило моего неудавшегося одноклассника.

– Джесси, прежде чем бывать у меня дома, научись быть вежливым.

– Торвальд, хватит!
– за дверью голос Джесса был приглушённым, но мне кажется, что он явно кричал, громко кричал.

– Ладно-ладно, не бесись, моя милая.

– Идиот!
– Джейсон тут же ударяет парня по лицу, как только тот приоткрывает дверь. След от кулака красным следом остаётся его лице.

– Какой ты жестокий.
– он начал задорно смеяться. Ему нравится бесить Джейсона? Судя по всему, так и есть. Вот только сам предмет его издевательств не одобрял эти действа.

Торвальд прикоснулся пальцами к щеке, на которой остался след и его улыбка стала ещё шире. Смешно ему? А вот мне - нет! Я до сих пор ничего не понимаю. Развлекаются они, видите ли!

– В общем, - Торвальд прошёл в гостиную, сел на диван и, положив ногу на ногу, начал увлечённо рассказывать: - тебе досталось непростое колечко, Стил. Меня поражает тот факт, что Джесси вообще тебя спас, ведь ты очень надоедливый.

Так, а вот это было обидно! Я не надоедливый! Я просто люблю общаться с людьми… и использовать их для своих целей. Поговаривают, что я хороший манипулятор. Мне достаточно мило улыбнуться или загрустить, чтобы все захотели мне помочь. По-моему, это очень хорошо, что у меня очень милое личико, ведь без милого личика все узнали бы, какой я скучный и одинокий.

– Ты любишь кольца, Стил?

– Ну… - Хэклин часто говорил мне, что «ну» - это дефект речи, но я продолжаю его употреблять. Он говорит, что если я буду читать больше книг, то это надоедливое «ну» испарится само. Не понимаю, на сколько больше нужно читать книг? Две книги в неделю — это мало?

– Кольцо, которое ты нашёл далеко не самое обыкновенное. Его ковали из того же метала, что и мой кулон. А метал этот необычный.
– парень поднимает палец к небу, в нашем случае, к потолку.
– Ты сейчас напоминаешь мне наивного маленького ягнёнка. Ничего не знаешь, ничего не слышишь. Во всём виноват страх, страх чего-то нового. Если посмотреть на тебя с высока, то в обществе ты будешь тем, кого все през…