Пафнутий
Шрифт:
Немного ошарашенный таким натиском Пафнутий тяжело плюхнулся на траву и неуверенно поинтересовался:
– У тебя уже появились детки?
– Что? – не поняла Марианна. – Какие детки? Ах, ты о моих. Нет, еще не появились, думаю, через неделю появятся. Да ты не беспокойся. Мельхиор! За работу!
Мельхиор послушно бросился ловить рыбу для Пафнутия, а Марианна продолжала:
– Хорошо, другие птицы прилетели с сообщением – ты жив-здоров, идешь сюда. Иначе я с ума бы сошла от беспокойства. Ну, что молчишь? Немедленно рассказывай, что там такое происходило!
Заботливая Марианна оглушила бедного Пафнутия, пожалуй, не меньше, чем переполох в деревне. Хорошо, Мельхиор уже принялся вылавливать рыбу, и Пафнутий получил возможность принять свое любимое лекарство, помогающее во всех трудных обстоятельствах. И с такой скоростью потреблял его, что Мельхиор совсем запарился с непривычки. Но вот, наконец Пафнутий немного снизил темп, должно быть, червячка заморил, и рыба уже не так молниеносно исчезала. От бдительного взора Марианны не укрылось это обстоятельство, и она потребовала тоном, не терпящим возражений:
– Вижу, теперь ты уже можешь рассказывать. Ну, давай!
– Рассказывать сначала? – спросил Пафнутий.
– А твое бегство было в самом начале? – вопросом на вопрос ответила любопытная выдра.
Пафнутий честно признался:
– Нет, в конце.
– В таком случае, начни с конца! Пафнутий выполнил пожелание Марианны
и начал рассказывать:
– Мне надо было скрыться с глаз людских. Бежать, спасаться, потому что они были в таком состоянии! Так сказала Карина, ты помнишь ее, хорошая знакомая Чака, должно быть, она там живет, потому что тот человек перепугался меня… Не знаешь, почему эти люди так меня боятся? Аж обидно. Ну да понятно, он не знал, что я там, от неожиданности испугался, ведь я к самым жилищам людей подобрался, издали ничего не мог понять, а там с утра такой переполох, звери в лесу меня предупредили, бежали куда глаза глядят…
– Стоп! – перебила Марианна Пафнутия. – Отменяю предыдущее распоряжение. С конца у тебя не очень хорошо получается, и я ничего не понимаю. Давай с самого начала!
Медведь послушно начал сначала и рассказал по порядку обо всем, что с ним произошло.
– Ну и из-за чего у людей такое столпотворение? – задала законный вопрос Марианна.
– Кхххм! – подавился Пафнутий очередной рыбой, но прежде, чем выдра успела дать волю гневу, проглотил ее и пояснил:
– Так я же тебе все время твержу – не знаю! И никто не знает.
– Может, сорока знает? – предположил Мельхиор.
Все подняли головы к ветке, на которой прочно сидела сорока.
– Мне очень жаль, – сказала она, – но я тоже не знаю. Люди подняли такой страшный шум, что все птицы разлетелись, не у кого было спросить. Лично я не очень боюсь шума, вот я и сидела там, но сама не поняла, а спросить не у кого!
– Ну вот! – огорчилась Марианна. – А так хочется знать! Если не узнаю – разболеюсь, нет, просто умру! И никто мне не поможет, потому что о людях никто из наших зверей ничего не знает. Один Ремигий разбирается в них, но его нет. Нет!
Старый барсук с раздражением упрекнул выдру:
– Делать тебе нечего, как только интересоваться человеческими проблемами. Своих мало?
– Мало! – упорствовала Марианна. – Вернее, совсем нет. Появятся лишь через неделю, а пока… Пафнутий! Пожалуйста…
– Чак расскажет! – быстро вставил Пафнутий. – Карина крикнула мне, что все объяснит через Чака.
Услышав эти слова, Марианна так разволновалась, что сама бухнулась в воду и, не сознавая что делает, рефлекторно выловила большую рыбу и преподнесла ее Пафнутию. Рыбная ловля всегда благотворно сказывалась на ее нервах, вот и теперь она почти успокоилась, во всяком случае, сразу решила, что надо делать Пафнутию.
И пока он расправлялся с неожиданным подарком, Марианна успела выкрикнуть свое новое решение:
– Немедленно отправляйся к Чаку! Выходит, он все знает, а ты только теперь удосужился мне об этом сообщить? Слышишь, немедленно отправляйся.
А Пафнутий и не возражал.
– С удовольствием! – ответил он. – Тем более что этой весной мы с ним еще не виделись. Прямо с самого утра завтра и отправлюсь к нему.
Сороке так захотелось знать причину переполоха в деревне, что она вместе с Пафнутием отправилась на встречу с Чаком, чтобы потом не дожидаться возвращения медведя. Вот почему она неотступно следовала за Пафнутием, вернее, летела над ним, и они вместе прибыли на опушку леса, за которой начинался знакомый луг. И тут выяснилось – сороки тоже могут на что-то пригодиться.
Стояло раннее утро, коров на луг еще не пригнали, следовательно, и Чака не было. Крутился, наверное, во дворе своего хозяина, а туда пойти Пафнутий не мог. Значит, кто-то должен был сообщить Чаку, что к нему пришел Пафнутий. И это сделала сорока. Подгоняемая любопытством, обернулась за минуту, и вот уже большой лохматый пес мчался по лугу к лесу.
– Привет, Пафнутий! – крикнул он уже издали. – Рад тебя видеть!
И, подбегая, уже тише воскликнул:
– Надо же, как ты вырос! Ничего удивительного, что при виде тебя люди от страха совсем перестают соображать.
– Вот именно, люди! – подхватил Пафнутий. – Я как раз хотел у тебя узнать, что там, у людей, случилось? Привет! Я тоже рад!
– Вот тебе и на! – усаживаясь рядом с Пафнутием, удивился Чак. – Ведь это ты мне должен рассказать, из-за тебя же поднялось светопреставление!
– Из-за меня? – еще больше удивился Пафнутий. – Ну, может, немножко и из-за меня, но ведь оно же поднялось еще до того, как я пришел в деревню. Разве Карина тебе не рассказала?
– Рассказала, но только мимоходом, у нас не было времени, – с расстановкой проговорил Чак, о чем-то размышляя. – Сказала – в их деревню забежал огромный дикий медведь и переполошил всех. Люди похватали что под руку подвернулось и с криками принялись его гонять. Даже стреляли в него. И в конце концов он убежал в лес. Ты ведь медведь, так? Ты ведь большой, так? Выходит, там был ты.
Пафнутий смутно чувствовал – что-то тут не так. Ведь получалось – Чак рассказывал ему о том, что он, Пафнутий, знал и без Чака! Даже лучше Чака. А ведь Карина крикнула ему – Чак обо всем расскажет. Значит, о том, чего он, Пафнутий, не знает. Ох, очень все это сложно.
– Нет, – решительно ответил медведь Чаку. – То есть, да, я медведь, и я большой. Но все равно ничего непонятно. А ну-ка повтори, что тебе Карина сказала. Еще раз, и помедленней, пожалуйста.
Чак щелкнул зубами на сороку, которая из любопытства, желая лучше слышать, подобралась к нему слишком близко, проговорил: