Чтение онлайн

Тем не менее, идти лишь по разорённым войной и анархией землям даже для такого отряда выглядело расточительством. Наверно, поэтому Астия с Эрхан-беем и дали команду войти наконец в какое-нибудь мало затронутое разрухой село. Возможность переночевать в нормальных условиях, обиходить как следует лошадей, проверить обозный транспорт, пополнить запасы, разжиться недостающим и необходимым — отказываться от такого, особенно если явной угрозы не чувствуется, попросту глупо…

Решения, куда меня отвести и где запереть, я дожидался минут пятнадцать. Всё это время просто стоял, прислонившись к борту телеги, и пялился по сторонам. Прямо напротив повозок располагалось двухэтажное здание с коновязью и довольно широким входом. По всему видать, деревенский трактир с гостевыми комнатами. Справа — нечто похожее не то на сарай, не то на кутузку, с подкрышными продухами, но совершенно без окон. Слева «архитектурную композицию» завершало здание церкви… Или молельного дома. Раньше в Империи мне такие, как помнится, не встречались. Только храмы Баат или аналогичные — для поклонения императору и Конклаву.

Эта молельня выглядела достаточно старой, сложенной из потемневших от времени брёвен. На куполе, выполненном в виде конуса, красовался крест. Только не прямой, как у земных христиан, а косой, по типу андреевского. Чуть присмотревшись к нему, я вздрогнул…

— Хватит глазеть! Пошёл, — скомандовал подошедший «конвойный», ухватив за верёвку и потянув за собой. — Давай-давай, пошевеливайся… крыса барханная…

Как и предполагал, меня завели в сарай-каталажку. Внутри, в самом деле, оказалось что-то вроде узилища, совмещённого с «промышленным» складом. Кучи какого-то деревенского барахла и несколько загородок с относительно толстыми стенами и дверями со стальными решётками.

В одной из таких вот «камер» меня и заперли. А вот пожрать не дали. Забыли, наверное. Но я этому ни капельки не огорчился. Потому что впервые за трое суток наконец-то остался один, без пригляда. Тусующийся где-то рядом охранник не в счёт. На меня он внимания не обращал, а если б и попытался проверить, что с пленником, то ни черта бы без факела не увидел — темень внутри стояла первостатейная.

Я же, в отличие от него, всё видел прекрасно. «Специальное зрение», приобретённое полгода назад в трактире в Больших Лисавах, работало до сих пор и со временем, судя по ощущениям, становилось всё лучше и лучше.

Чем такая способность могла бы помочь мне сегодня — об этом я пока не задумывался. Все мысли сейчас занимала местная «церковь» и «крест» на куполе. Классический андреевский крест, только составленный не из двух одинаковых перекладин, а из «стрелы» и «дубины». И это был вовсе не «новодел» — я это точно видел…

Из полудрёмы меня выдернул ударивший по глазам свет. Дверь в камеру отворилась, и зычный голос скомандовал:

— Подымайся! Тебя хочет видеть высокородная…

Меня вывели из сарая и отконвоировали в трактир.

Волшебница Астия занимала одну из гостевых комнат на втором этаже.

— Оставьте нас, — приказала она, когда меня втолкнули к ней в «номер» и усадили связанным на «гостевой» стул.

Ривийские воины вышли, мы остались одни.

Снаружи уже стемнело. Магичка сидела в кресле напротив, нас разделял небольшой столик, типа журнального. Вместо газет и журналов на столике располагался подсвечник. Смотреть на хозяйку комнаты через пламя свечей было не слишком удобно. Контуры женщины расплывались, детали терялись в окружающем свечи световом круге.

— В прошлый раз мы, по-моему, не договорили, — сообщила высокородная через десяток секунд.

— В прошлый раз мы, по-моему, не разговаривали, — ответил я в тон.

Женщина усмехнулась.

После очередного включения «специального зрения» подсвечник мне уже не мешал. Поэтому удавалось отслеживать даже самую тонкую мимику.

— Согласна. Разговор был односторонним. Но теперь, я надеюсь, всё это в прошлом.

— В прошлом? С чего бы? — позволил я себе немного сарказма.

— Ну… хотя бы с того, что если бы не моё вмешательство в твою беседу с Ашкаром, говорить мне сейчас было бы не с кем.

Я сверлил её взглядом, пытаясь понять, сколько в её словах правды.

— Так, значит, дракончика тоже ты подослала?

Спросил и тут же отметил мелькнувшее на лице собеседницы замешательство. Недаром, выходит, она поставила между нами горящий подсвечник. Скрывать при допросе эмоции — первейшее дело. Вот только со мной эти фокусы не проходят. Поэтому счёт пока один-ноль в мою пользу.

— Я знаю, кто запустил дракончика, — ровно проговорила Астия. — Но я также знаю, кто заставил её это сделать.

Ладно. Будем считать, что один-один.

— Хорошо. Оставим прошлое прошлому. Что тебе нужно сейчас?

Дама слегка наклонила голову:

— Для начала хотелось бы знать, как к тебе обращаться.

— У меня много имён, — пожал я плечами. — Леннир с Севера, Дарий из Марки, Димир из Урочища, Краум из Пустограда… Выбирай любое, не ошибёшься.

— Я буду звать тебя… Леннир с Севера. Это имя, мне кажется, подходит тебе больше других.

Мне было в правду без разницы. И я не видел смысла скрывать свои имена. Империя рухнула, император убит, Конклав уничтожен. Гоняться за мной больше некому. А то, что сегодня я связан и, типа, в плену… Ну, будем, как говорят, посмотреть, зачем я понадобился этой грудастой…

— Ну, так и вот, Леннир, — продолжила женщина. — Ты, наверное, уже понял, что убивать тебя я не собираюсь. Сегодня это бессмысленно и непродуктивно. Император погиб, Империя уничтожена, власти на её территории больше нет.

— Тебе нужна власть?

— Власть нужна всем, — хмыкнула Астия. — Но власть — это не самоцель. Власть ради власти меня не интересует.

— Да неужели? — поднял я бровь. — Ты хочешь сделать всех нищих богатыми, злых добрыми, а несчастных счастливыми?

Астия засмеялась.

— Нет. В моих планах такое не значится. Проблемы злых и несчастных нищих меня не интересуют.

— Да? А что тогда интересует?

Глаза собеседницы сузились:

— Я хочу сохранить в этом мире магию. Настоящую магию, а не подпорки из рун и шаманских танцев. Понятно?

— Понятно. Чего ж не понять? Но только, боюсь, в том виде, какой ты хочешь, это уже невозможно.

— Почему?

— Потому что драконья магия умерла вместе со «средоточием» последней драконицы, а то, что идёт ей взамен, тебе не понравится.