Отсчет
Шрифт:
Рот поднялся на ноги, потирая висок.
– Да… Да… сэр.
Дэшер подошел к нему, его глаза сверкали, а голос был низким.
– Если он сделает это снова, будет уничтожен. Понял?
Уничтожен? Господи. Кто-то появился рядом со мной и схватил ребенка. Я не хотел отпускать его, но опасность уже миновала. Рука Мики поймала переднюю часть моей футболки и продолжала удерживать ее, когда офицер поднял его.
Эти странные глаза вблизи были даже более причудливыми. Круг около зрачков был неровным, словно выходил за края.
Они не знают, что мы существуем.
Ошеломленный, я дернулся назад, разрывая хватку на моей футболке. Голос ребенка все еще звучал в моей голове, невозможно, но это случилось. Все еще не веря в случившееся, я смотрел, как офицер берет его на руки уносит прочь. Еще более странно то, что именно об этом мне говорил Люк.
Этот ребенок не был таким, как Кэт или я. Этот ребенок был чем-то абсолютно иным.
Блин!
Ребенок только что разоружил около пятнадцати мужчин и, вероятно, обезоружил бы еще больше, если бы Арчер не поразил малыша транквилизатором. Если быть честной, я продолжала теряться в догадках от того, что только что видела и кем собственно был ребенок. Невероятно, но Дэймон выглядел еще более напуганным, чем чувствовала себя я. Внутри меня загудел страх. Ребенок что-то ему сделал?
Оттолкнувшись от стены, я бросилась к Дэймону:
– Все нормально?
Он пробежал рукой по волосам, кивнув.
– Кому-то нужно доставить этих двоих в их комнаты, – сказал сержант Дэшер, сделав глубокий вдох, а потом резким голосом принялся раздавать приказы дальше. Арчер придвинулся к нам.
– Подождите. – Я сжала руку Дэймона, отказываясь сдвинуться с места. – Что это было?
– У меня нет времени на разговоры. – Глаза Дэшера сузились. – Доставь их обратно в комнаты, Арчер.
Гнев поднялся во мне, горький и мощный.
– Уделите нам время.
Дэшер вскинул голову, а я метнула в него свирепый взгляд. Дэймон молча поддержал меня, уставившись на сержанта. Мышцы под моей рукой напряглись.
– Тот ребенок не был Лаксеном или гибридом, – сказал он. – Думаю, вы, парни, должны дать нам прямой ответ.
– Он – то, что мы называем Истоком, – ответила Нэнси, встав позади сержанта. – Как новое начинание: Исток – идеальный вид.
Я открыла рот, затем закрыла. Исток – идеальный вид? Я чувствовала себя так, словно оказалась внутри плохого научно-фантастического фильма, за исключением одного: все это было реально.
– Действуйте, сержант. Я уделю им свое время.
Она наклонила голову, встретившись с недоверчивым взглядом Дэшера.
– Ия хочу полный отчет о том, как и почему произошли два инцидента с Истоками в течение двадцати четырех часов.
Дэшер громко выдохнул через нос.
– Да, мэм.
Я ошеломленно наблюдала за тем, как он щелкнул каблуками и развернулся, но мое подозрение, что именно Нэнси заправляла шоу, подтвердилось.
Она вытянула руку в сторону одной из закрытых дверей.
– Давайте присядем.
Держа Дэймона за руку, я последовала за Нэнси в маленькую комнатку, в которой находился только круглый стол и пять стульев. Арчер, наша вечная тень, присоединился к нам, но оставался возле двери, пока мы втроем не уселись.
Наклонившись, Дэймон положил локоть на стол, а руку на мое колено, его яркие глаза буравили Нэнси.
– Хорошо. Итак, этот ребенок – Исток. Или как-то так. И что же это означает?
Нэнси откинулась на спинку стула, положив ногу на ногу.
– Мы пока не были готовы поделиться этим с вами, но, учитывая то, чему вы стали свидетелями, у нас действительно нет выбора. Иногда все идет не по плану, так что мы должны приспосабливаться.
– Конечно, – согласилась я, кладя руку поверх руки Дэймона. Он перевернул свою вверх, переплетая наши пальцы, наши соединенные руки лежали на моем колене.
– «Проект Исток» – величайшее достижение «Дедала», – решительно начала Нэнси. – По иронии судьбы, он начался как несчастный случай более сорока лет назад. Начался с одного, а вырос более чем до ста, как сейчас. Как я уже сказала, иногда то, что мы планируем, не случается, так что мы вносим коррективы.
Я взглянула на Дэймона, он выглядел таким же изумленным и обеспокоенным, как и я, но во мне родилось неприятное, щемящее чувство. На каком-то уровне подсознания я знала: что бы мы сейчас ни услышали, это взорвет наш мозг.
– Около сорока лет назад к нам попали мужчина Лаксен и женщина гибрид, которую он изменил. Они были очень похожи на вас двоих, молодые и влюбленные.
Ее верхняя губа скривилась от снисходительного веселья.
– Им позволили видеться друг с другом, и в какой-то момент во время их пребывания у нас женщина забеременела.
Ох, черт побери.
– Сначала мы не знали, пока не стало заметно. Мы не проводили гормональный тест, связанный с беременностью. Собранные ранее данные свидетельствовали о том, что Лаксену очень трудно зачать ребенка, так что нам не пришло в голову, что один из них окажется способен зачать ребенка с человеком, гибрид он или нет.
– Это правда? – спросила я Дэймона. Мы не говорили о том, чтобы сделать ребенка. – У Лаксенов проблемы с зачатием?
Челюсти Дэймона заработали.
– Да, и насколько я знаю, мы не можем зачать ребенка с людьми. Это все равно что скрестить кошку и собаку.
Фу. Я состроила рожицу.
– Милое сравнение.
Дэймон улыбнулся.
– Ты прав, – подтвердила его слова Нэнси. – Лаксены не могут зачать детей с людьми, и в большинстве случаев в союзе с гибридами этого тоже не происходит, но когда мутация идеальна, состоялась полностью на клеточном уровне, и если они хотят этого по-настоящему, то могут.
Почему-то по моей шее пополз жар. Разговаривать о детях с Нэнси было хуже, чем о сексе с моей мамой, так что мне прямо-таки захотелось ударить себя в живот.