Отряд
Шрифт:
– Ой, нет.
– Иван покачал головой.
– Думаю, ты не прав, Митя. Настоятельница - из таких людей, которым деньги и не нужны вовсе - лишь бы возвыситься верой! Опа!
– Юноша вдруг просиял.
– Вот мы-то с вами ее и возвысим!
– Это как же?
– А слушайте!
Предложение Ивана было со вниманием выслушано и принято с некоторыми дополнениями и поправками. Ничего себе было предложение, вполне даже толковое, только авантюрное малость. К тому же все необходимое для его претворения в жизнь имелось - сажа в очаге была, перья достать - тоже не проблема, осталось лишь подобрать кандидата на роль одержимого бесами. Ну и самого беса - тоже.
– Вирлуве, - выслушав, вдруг произнес Прохор.
– Что - Вирлуве?
– заинтересовался Иван.
– Да сказочка такая есть, Жермена-зеленщица детям рассказывала. Про то, как мачеха над падчерицей измывалась, задавала ей немеряно пряжи прясть, а тут - оп, диавол! Давай, говорит, помогу, дева. И помог! Да не запросто так, а хотел уж было забрать падчерицу к себе, ежели б она не узнала его имя - так и договаривались. А девчонка не дурой оказалась, проследила, подслушала - Вирлуве диавола звали, Вирлуве.
– Вирлуве, - повторил Иван.
– Страшноватая сказочка… Да! И она нам тоже поможет!
Прохор на роль одержимого бесами не подошел. Не подошел и Иван, да и вообще, как пояснил заглянувший к приятелям брат Жером, связываться с мужчиной матушка-настоятельница не будет, ибо считает их недостойными никаких милостей.
– Так что ищите женщину, друзья мои. Шерше ля фам!
Легко сказать - шерше ля фам! Где ж ее найдешь-то? Тут не всякая женщина годится, а только та, на которую положиться можно, ну и чтоб сыграть, словно роль в театре, смогла.
– Не, Жермена-вдовица не сможет, - перехватив вопрошающий взгляд друзей, замахал руками Прохор.
– Она не такая! Да и, сами посудите, какие слухи пойдут об этой честной женщине? Дескать, Жермена-зеленщица путалась с самим дьяволом! А ей, между прочим, еще детей растить.
Иван согласно кивнул. Нет, Жермена на столь ответственную роль явно не подходила - слишком уж она дорожила своим добрым именем, слишком уж была многим известной и слишком уж честной. Нет, это не для честной женщины дело. А где искать нечестных?
Да ясно где - в лупанаре, пристанище веселых продажных девиц! Туда-то, в лупанар, Иван с Митрием и отправились, ну а Прохор, наотрез отказавшись, занялся коммерческими делами - пряжей, краской, сбытом, что тоже было важным.
Ярко светило солнце, и друзья пожалели, что прихватили с собой плащи. Дойдя до собора Святого Петра (Сен-Пьер), повернули к Шато, а уж от него - к рынку. Ни Иван, ни Митрий вовсе не хотели бросать на себя тень, выспрашивая о лупанарах у хозяина дома или соседей, куда как лучше было бы поинтересоваться злачными местами в толчее, на рынке.
Для виду пошатавшись между рядков, Иван огляделся - нет ли поблизости знакомых?
– тут же осведомился насчет лупанара у одного из торговцев рыбой.
– Не знаю, - неприветливо буркнул тот.
– На Иль-Сен-Жан, кажется, есть такой.
И повернулся к покупателям.
Иль-Сен-Жан - остров Святого Иоанна - так называлось довольно обширное, в несколько кварталов, местечко, окруженное водами Орна, Одона и прорытых меж ними каналов. И в самом деле - остров. С главной частью города островок соединялся довольно широким мостом, названным без особых затей Понт де Кан, Канский мост, по которому почти строго на юг проходила одна из главных городских улиц - рю Эзмуазин, за рекою переходившая в пригородную рю де Вукель. Где-то в тех местах, на острове Святого Иоанна, кстати, проживала и пассия Прохора, зеленщица Жермена.
Прикинув, что к чему, Иван оглянулся узнать, как там дела у Митрия. Однако отрока позади не было, как видно, уже успел затеряться в толпе. Ладно, найдется…
Иван снова оглянулся… и вдруг нос к носу столкнулся с толпой молодых нахалов во главе с записным модником маркизом де Полиньяком.
– Ого! Какая встреча!
– радостно кивнул маркиз.
– Не забываем старых друзей? Как Жан-Поль?
– Плохо Жан-Поль, - невесело отозвался юноша.
– Вернее, не знаю - как. Уж несколько дней как пропал, сгинул куда-то.
– Ну, не беда, найдется!
– Де Полиньяк расхохотался и, подмигнув, понизил голос.
– Бьюсь об заклад, наш приятель Жан-Поль сейчас наверняка неплохо проводит время у какой-нибудь дамы либо у веселых девиц.
– Вот-вот!
– встрепенулся Иван.
– Как раз о девицах… Не подскажешь, где в городе самые шикарные девки?
– Ого!
– Маркиз весело хлопнул юношу по плечу.
– Конечно подскажу! Запоминай адреса лупанаров…
Де Полиньяк с ходу назвал целых три публичных дома и две бани, в которых вместе мылись и мужчины и женщины таким образом, что эти бани мало чем отличались от лупанаров.
– Самое шикарное - это, конечно, заведение барона де Руэ!
– мечтательно прикрыл глаза маркиз.
– Ох, какие там девки! Все на подбор красавицы, каждая умеет поддержать светскую беседу. Правда, дороговато.
– Что, прямо этому барону лупанар и принадлежит?
– не поверил Иван.
– Принадлежал раньше, лет двести назад, а может, и триста. Сейчас-то уж давно владелец не тот, а вот в те далекие времена поговаривали, что король Луи Сварливый лично пожаловал барону Альфонсу де Руэ этот вот лупанар. А с полученных за счет лупанара доходов барон должен был в случае войны выставлять в королевское войско трех конных воинов. Представляешь, какие доходы были?!
Иван качнул головой:
– Да уж.
Конечно, его не очень интересовали чересчур шикарные заведения. Хватило бы и чего попроще. Да и Жан-Поля там искать, увы, нечего. Был бы там - дал бы знать. Обязательно дал бы…
Вежливо поблагодарив маркиза за сведения, Иван не спеша направился по Гран-рю к собору Сен-Пьер - именно там в случае чего и должен был дожидаться Митрий. Он и дожидался, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, - желтый камзол был хорошо заметен издалека. Завидев Ивана, замахал рукой, закричал… Ну неужели эдак вот соскучился?