Чтение онлайн

– Прекрасно, Дэвид, – подбадривающим тоном говорит Сэм, потому что после этой выданной мной ахинеи, я замолкаю. – Тебе, должно быть, очень одиноко на нашей планете и сложно найти единомышленников?

– Типа того, – соглашаюсь я с удивлением.

– Вероятно, ты хотел бы разобраться в себе и понять какую роль, ты можешь играть в имеющихся условиях? В нашем обществе?

– Ну как бы, да, – снова максимально развернуто отвечаю на его предположение.

Я ожидаю, что он вдруг скажет, что так не пойдет, и начнет пытать меня до получения членораздельного ответа – кто я и что я тут делаю, но Сэм быстро оставляет меня в покое, словно бы вполне удовлетворенный моим кратким выступлением.

Очередь переходит к той пожилой женщине, что выставила меня вперед. Я недолго радуюсь, что Сэм так быстро перешел к следующему человеку, и злорадствую, что именно к той, что заставила меня говорить первым.

– Меня зовут Эмма, – говорит она, собравшись с мыслями, – и я всю жизнь преподавала музыку. Работала и в музыкальных школах, учила игре на фортепьяно, и частным образом. Теперь я окончательно ушла на пенсию. Моя проблема в том, что мой сын подсел на тяжелые наркотики, забрал у меня карточку, на которую перечисляют пенсию, и частенько избивает меня.

– Как же вы выживаете? – спрашивает Сэм участливо.

– Мне пришлось продать оставшуюся от мужа дачу, в которую он вложил много труда, и спрятать деньги у соседки, – признается Эмма бесцветным голосом.

– И вам больше некому помочь?

– Участковый не раз предлагал мне, как он выразился, уладить проблему, уговаривал написать на сына заявление, чтобы посадить его в тюрьму, но мне такая помощь не нужна! – раздраженно отзывается женщина. – Других родственников у меня не осталось, бывшие коллеги и друзья, наверное, тоже бывшие, практически не выходят на связь, так что вот так, – она поджимает губы и обреченно смотрит в пол.

– Какой вопрос вы хотите решить для себя в нашей группе? – мягко спрашивает Сэм.

– Сама не знаю, – Эмма тяжело вздыхает. – Знаете, я просто чувствую какую-то свою вину за все это. Может быть, недоглядела, недолюбила, не смогла найти замену отцу. Что-то я сделала не так, что сын пошел по кривой дорожке. Он ведь в детстве был совсем не таким, наоборот ласковым и добрым мальчиком.

– Но свой выбор он сделал уже во взрослом возрасте?

– Ну, да, – соглашается Эмма, – только ведь для меня он всю жизнь будет моим ребенком, понимаете?

– Понимаю, – кивает ей Сэм, – но на первом этапе нам нужно сформулировать цель для дальнейшей работы. Необходимо отграничить то, что входит в ваши возможности, от того, что является уже сферой ответственности другого, пусть и настолько близкого, человека.

– Я хочу избавиться от этой вины, – четко произносит Эмма, но вместе с этим черты ее лица искажаются так, будто она вот-вот заплачет.

– Прекрасно, вы молодец, – подбадривает ее Сэм.

– Меня зовут Николь, – начинает рассказывать девушка слева от меня, когда Сэм переводит всеобщее внимание на нее. – Я учусь… да неважно на кого учусь, – она раздраженно дрыгает ногой и мнет рукава курточки, – наверное, скоро брошу. Два года назад меня изнасиловали шестеро парней. На чердаке многоэтажки. А заманила туда подруга, которой я доверяла. Больше я никому не доверяю, вот так.

Я обвожу взглядом группу. Все, похоже, сидят в шоке, кроме, разве что, самого Сэма, который, должно быть, и не такое уже слышал в своей практике. Он все так же благожелательно смотрит на нас всех. А меня тошнит, и хорошо, что я так и не поел. Тошнит от себя. Черт меня побери, у людей вот настоящие проблемы, а я тут выделываюсь со своими дурацкими высказываниями про пришельцев!

– Я хочу перестать думать об этом постоянно! – заявляет Николь. Я вздрагиваю. Не представляю, какого это день за днем в течение,… сколько она сказала, двух лет?.. думать об этом, вспоминать самые худшие, травмирующие мгновения в своей жизни. Тут какой-нибудь ерундовый позорный момент пытаешься поскорее выкинуть из головы, а тут…

– Меня зовут Лидия, – тихо говорит та женщина, которую я “душил” в своем воображении. Готовлюсь услышать историю, которая меня добьет. Мне неприятно думать, что у моей “жертвы” есть своя история. Я не подумал о том, что услышу ее, когда выбирал эту даму объектом своих развлечений.

– У меня свой небольшой цветочный бизнес и довольно успешный. Моя проблема в муже, – произносит Лидия. – Он просто маньяк!

У меня внутри все подпрыгнуло при этом слове, но, надеюсь, снаружи это было незаметно. Неужели, я услышу сейчас что-то столь интересное?

– Он уже несколько месяцев не работает, – продолжает тем временем Лидия. – И все время проводит за играми по сети, просто с ума сошел на них! Ну, знаете, все эти стрелялки, бои, кровь. – Поясняет она, и я едва сдерживаю разочарованный вздох. – Мы совсем перестали общаться, наш ребенок растет, как трава. – Она продолжает жаловаться в том же духе еще довольно долго. Муж ей, похоже, изменяет, огрызается на простые просьбы, просаживает ее деньги на покупки в он-лайн играх и т.д и т.п. В общем, ей нужны силы на то, чтобы выпнуть неблаговерного из своей квартиры.

– То есть в принципе вы уже решили, как действовать? – спрашивает Сэм.

– Да, но все не могу на это окончательно решиться, – улыбается ему женщина.

Мне становится легче. Я уже не чувствую ничего по поводу того, что представлял, как убиваю ее. У меня к ней отчего-то нет никакого сочувствия.

Мужчина рядом с Лидией что-то ерзает на диване, то ли заинтересованно, то ли переживает из-за своего выступления.

– Меня назвали Артур, – представляется он. – Про себя мне и рассказать-то особо нечего. Работаю слесарем, получаю мало, был женат, но жена меня бросила без каких-то объяснений. Должен был быть сын, но у тогда еще жены произошел выкидыш. Был еще родной брат, только умер, когда был подростком, упал с высоты, когда мы вместе по заброшкам шарились. Короче говоря, нет у меня никого. И вот я думаю, может, проклят я или что-то типа того?

Короче говоря, мужик этот пришел сюда с почти такой же проблемой, как и у меня, в смысле он такой же одинокий и никому не нужный. Только стоит ли мне пытаться рассматривать его как потенциального друга? Все-таки нехилая разница в возрасте, в положении, да во всем! Сомневаюсь, опять же, что он проникнется моим хобби, особенно той ее частью с фантазиями о настоящих убийствах. Нет, лучше все-таки одному.

Покончив с нашими историями, Сэм предлагает нам сыграть в небольшую игру, потом мы вместе делаем какие-то странные упражнения на ассоциации и прочее, и прочее, и возможно это имеет какой-то смысл, вроде раскрепощения и установления связей друг с другом. Не знаю, я за это время психологически вымотался, вот и все. Наконец, Брунгильда подает нам ужин на тот самый овальный стол у окна.