Чтение онлайн

Доктор Николас передернул плечами — на щеках его заиграли желваки.

— Нет смысла настаивать, доктор Ингрэм. Я пришлю вам доклад, чтобы вы могли распространить его среди делегатов. Там есть вещи, которые, по-моему, могут вас заинтересовать.

— Джим! — Седой старичок был не на шутку взволнован. — Джим, я не знаю, что вам сказать, но я этого без последствий не оставлю.

Доктор Николас оглянулся, ища свой чемодан.

— Я сейчас вызову посыльного, — сказал Питер.

— Нет! — Доктор Ингрэм отстранил его. — Нести этот чемодан — привилегия, которую я оставляю за собой.

— Извините, джентльмены, — раздался рядом голос человека в твидовом пиджаке и в очках. Все обернулись, и в ту же секунду щелкнул затвор фотоаппарата. — Отлично! — сказал человек в очках. — Разрешите еще один кадр. — Он прищурился в видоискатель «роллейфлекса», и затвор щелкнул снова. Затем, опустив камеру, он заметил: — Эти новые пленки просто великолепны. Еще совсем недавно мне для такой же съемки понадобилась бы лампа-вспышка.

— Кто вы такой? — резко спросил его Питер Макдермотт.

— Вы хотите знать фамилию или профессию?

— В любом случае вы нарушили право частной собственности. Этот отель…

— Давайте не будем! Это слишком старая песня. — Фотограф стал регулировать фокус. В эту минуту Питер шагнул к нему, и он тотчас оторвался от своего занятия. — И не пытайтесь пускать руки в ход, приятель. Ваш отель крепко засмердит, когда я это напечатаю, а если охота добавить еще один кадр с дракой, тогда валяйте. — И он ухмыльнулся, увидев, что Питер остановился в нерешительности. — Я вижу, смекалка у вас работает как надо.

— Вы из газеты? — спросил доктор Ингрэм.

— Отличный вопрос, доктор. — Человек в очках ухмыльнулся. — Иногда мой редактор говорит «нет», хотя сегодня он, пожалуй, этого не сказал бы. Особенно после того, как я пришлю ему эту маленькую драгоценность, добытую во время отпуска.

— Из какой газеты? — спросил Питер, надеясь, что это что-нибудь малоизвестное.

— «Нью-Йорк геральд трибюн».

— Прекрасно! — Президент ассоциации удовлетворенно кивнул. — Они-то сумеют сделать из этого сенсацию. Надеюсь, вы поняли, что здесь произошло?

— Можете считать, что мне все ясно, — ответил корреспондент. — Необходимы лишь детали, чтобы ваши фамилии были написаны правильно. Впрочем, сделаем-ка сначала еще один снимок на улице — вы вместе с другим доктором.

Доктор Ингрэм схватил своего негритянского коллегу под руку.

— Вот как надо с этим бороться, Джим. Мы протащим этот отель через все газеты страны.

— Тут вы правы, — согласился корреспондент. — И телеграфные агентства это возьмут. С моими фотографиями — уж точно.

Доктор Николас медленно кивнул.

Вот теперь уж ничего не поделаешь, мрачно подумал Питер, ровным счетом ничего.

Обернувшись, он увидел, что Кэртис О'Киф исчез.

А корреспондент и врачи двинулись к выходу.

— Мне не хотелось бы надолго откладывать этот вопрос, — говорил доктор Ингрэм. — Как только вы нас снимете, я займусь тем, чтобы перевести участников конгресса из этой гостиницы. Единственный способ подействовать на подобных людей — ударить их по больному месту, то есть по карману. — И звуки его голоса поглотила улица.

— У полиции есть какие-нибудь новые сведения? — спросила герцогиня Кройдонская.

Время приближалось к одиннадцати утра. В уединении президентских апартаментов герцогиня и ее муж, крайне взволнованные, вновь встретились с начальником охраны отеля. Огромное, разжиревшее тело Огилви еава умещалось в кресле с плетеным сиденьем. Когда он поворачивался, кресло протестующе скрипело.

Они сидели в просторной, залитой солнцем гостиной, двери в которую были плотно закрыты. Как и накануне, герцогиня отослала секретаря и горничную, придумав им какие-то поручения.

Огилви ответил не сразу.

— Они знают немало закоулков, где можно спрятать машину, которую они ищут. Как мне сказали, они сейчас рыщут в пригородах и в окрестностях, все силы на это брошены. Дел у них еще хватит, но, думаю, к завтрашнему дню они уже начнут искать в городе.

Со вчерашнего дня в отношениях между герцогской четой и Огилви произошла некоторая перемена. Прежде они были противниками. Сейчас же вошли в сговор, хотя еще и не окончательно, а как бы лишь намечая условия для такого союза.

— Если времени у нас осталось так мало, чего же мы ждем? — спросила герцогиня.

Поросячьи глазки детектива сузились.

— А вы что же, хотите, чтобы я вывел машину прямо сейчас? Днем? Да еще, может, поставил ее на самом видном месте на Канал-стрит?

Неожиданно в разговор вмешался герцог Кройдонский:

— Моя жена немало пережила за это время. Не нужно ей грубить.

Огилви и бровью не повел. Все с тем же хмурым, скептическим выражением он вытащил сигару из кармана пиджака, посмотрел на нее и сунул обратно.

— Все мы немало пережили. И еще напереживаемся, пока эта петрушка не кончится.

— Это не имеет значения, — нетерпеливо прервала его герцогиня. — Меня интересует, что происходит сейчас. Догадалась ли полиция, что им нужно разыскивать «ягуар»?

Огромная голова детектива с тройным подбородком медленно качнулась из стороны в сторону.

— Если б догадалась, мы бы уже слышали. Я ведь говорил вам: машина у вас иностранная, так что отыскать ее можно за два-три дня.

— А есть какие-нибудь признаки того, что… ну, словом, что их это стало меньше занимать? Бывает же так, что интерес к чему-то вспыхивает, а через день-другой, если ничего не происходит, — угасает.