Чтение онлайн

Уилмос был ответственен и за нынешний наплыв к нам неутомимых поклонниц. Нексус был адским местом, где три фракции - торговцы из клана Нуан, отрокары из Орды Сокрушающей Надежду и вампиры Святой Анократии схлестнулись в бесконечной войне. Время там текло иначе, и аномалии пространства-времени делали ведение технологической войны невозможным, поэтому противостояние велось в изнурительных ближних боях. У Орды и Анократии было преимущество в количестве и качестве их солдат. У торговцев был Туран Адин, неубиваемый и непобедимый генерал, командовавший их наемниками. Неважно, как бы сильно он не был ранен, Туран Адин всегда восставал, чтобы снова ринуться в бой.

На самом деле, Тураны Адины мёрли, как мухи. Клан Нуан обладал комплектом исключительных доспехов, приспосабливавшихся к своему носителю, и когда один генерал-наемник умирал, вместо него броню надевал другой и Туран Адин перерождался. Шон стал последним Туран Адином. Объединенным силам рыцарей-вампиров и отрокарских воинов не удавалось убить его в течение восемнадцати месяцев.

Когда война закончилась, Шон вернул доспехи торговцам и остался со мной, потому что любил меня. Его имя под личиной Туран Адина должно было остаться тайной и не быть преданным огласке. Однако Уилмос не смог держать свой рот на замке. Он лопался по швам от гордости и мало-помалу начал выпускать кота из мешка в разговорах с глазу на глаз. Так оборотни об этом узнали.

Когда я спросила об этом Уилмоса, тот что-то извиняюще промямлил, а затем сменил тему. Я видела в нем забавного дядюшку, который приходит на обед и травит шуточки, всегда такой доброжелательный, но стоит кому-то повестись на его речи, как он рискует очутиться на дереве, распивая пиво и пиля сук, на котором сидит.

Оборотень сощурила глаза, глядя на Шона.

– Дело в том, что Уилмос попросил тебя о помощи, а ты ему отказал, поскольку был слишком занят игрой в дочки-матери с человеческой девушкой. Люди говорят, что ты трус. Что ты раскис. Волк, подчинивший отрокаров и вампирских рыцарей, превратился в тень самого себя. Поэтому я пришла сама посмотреть, что случилось с героем Нексуса, которым ты когда-то был. Каково это? Просто сдаться и отвернуться от своего друга?

Она подалась вперёд, насколько это позволяли путы, сосредоточившись на нем. Она бросала ему вызов на его территории и теперь ожидала ответной реакции. Ей бы понравилось, если бы он вздернул ее вверх и приложил об стену, зарычав ей в лицо. Это было бы демонстрацией превосходства, которую она понимала. Она бы подчинилась, а затем они бы отправились на поиски Уилмоса вместе, без меня, чтобы она могла доказать ему насколько она круче как потенциальная партнёрша.

Шон нарушил молчание.

– Я тебя знать не знаю.

Женщина заморгала.

Шон вытянул руку, и метла очутилась в его пальцах, только в его случае это всегда было копьё - грубый посох с бритвенно-острым лезвием.

– Твое приглашение отозвано.
– Он постучал древком копья по полу.

Гостиница раскрылась, стены и комнаты разошлись в стороны, открывая коридор, ведущий к дальней двери. Она открылась нараспашку, и из нее полился ярко-золотой солнечный свет Баха-чар.

Связывавший женщину усик поволок ее по полу.

– Подожди!
– заорала она.

Усик метнулся к двери и вышвырнул ее вон, на свет. Дверь с грохотом захлопнулась, и архитектура гостиницы вернулась к нормальному состоянию. Чудовище довольно гавкнула.

– Грубовато, - сказала я.

– Она спокойно приземлится на ноги. Это уже начинает утомлять. Пора бы им усвоить намек.

Мы направились на кухню.

– Что насчет Уилмоса?
– спросила я.

Шон пожал плечами.

– Без понятия.

– Врешь. Врешь и не краснеешь. Он просил тебя о помощи?

– Он все время просит меня помочь.

Что правда, то правда. С точки зрения Уилмоса, каждая работёнка могла выиграть от участия в ней Шона. Он посещал гостиницу минимум раз в месяц, а Шон всегда останавливался у его магазина, когда мы отправлялись за покупками. Я не могла припомнить ни одного раза, когда разговор не заканчивался «Я сейчас работаю над небольшим проектом...»

Уилмосу искренне нравился Шон, и не только из-за того, что Шон был вершиной всего, чего пытались достичь жители Аууля. Раз Шон заботился обо мне, это делало меня важной и для Уилмоса. Если бы с нами что-нибудь случилось, старый оборотень прибежал бы с грузовиком, полным оружия, и пожертвовал бы собой, чтобы спасти нас, не раздумывая ни секунды.

Шон считал Уилмоса кем-то типа дедушки. Логически он понимал, что его родители были превосходными бойцами, но они были его родителями, которые привыкли к мирской жизни на Земле. Уилмос был не просто старым, поседевшим ветераном, который рассказывал военные байки и отправлялся на поиски приключений. Он был больше этого. Для Шона он был старейшиной, связующим звеном с планетой, которая навсегда была утрачена. Часть Шона знала, что он никогда полностью не впишется в «нормальную» жизнь на Земле. Я познакомила его с Баха-чар и инопланетянами, но Уилмос был тем, кто открыл ему дверь в галактику.

– Думаешь, он может быть в беде?
– спросила я.

– Когда я видел его в последний раз, Уилмос был совершеннолетним. Он хорошо вооружен, обладает связями и сам может о себе позаботиться. Точно так же, как делал это все пятьдесят лет до встречи со мной.

Мы вошли на кухню. Шон заметил пирог и направился прямо к нему.

Я достала из шкафчика тарелку, добавила к ней вилку, и вручила ему. Он взял нож с подставки, отрезал четверть пирога себе на тарелку и посмотрел на меня полными надежды глазами.

– Кофе?

– Свежесваренный.

Я налила кружку декафа1, добавила немного сливок и подала ему. Шон сделал глоток кофе, откусил кусок пирога и довольно вздохнул.

– Пирог восхитителен, - похвалил он.
– Спасибо.

– Рада, что тебе нравится.

Я отрезала себе кусочек и села напротив него. Шон протянул руку, и я повторила его жест. Он сжал мои пальцы, улыбнулся и откусил еще кусок пирога.

Глава 3

Таинственные вещи происходят на межгалактическом базаре Баха-чар, который мы знаем, любим и стремимся посещать. Действительно ли Шон с Диной не будут расследовать исчезновение Уилмоса?