Осень № 27
Шрифт:
Прогони ту печаль что мне давит на грудь.
Словно в море затонем в пучине ночи.
Суждено полюбить в сотый раз тишину.
И при звездных огнях у настольной свечи.
На ладонях шершавых удержим луну.
Звёздный взгляд.
Растворился над городом дым.
Что окутал дома на рассвете.
Облака с беглым взглядом больным.
Проплывали под рифму сонета.
Ты явилась ко мне с ниоткуда.
В твоём взгляде горела звезда.
Под глазами тушь будто мазута.
И гитара свисала с плеча.
От судьбы мне так мало досталось.
Что б в беде держать руку твою.
Спой о том как в ночь солнце рождалось.
Я тебе не спеша подпою.
Как в стакан переполненный виски.
В нашу чашу души бросим лёд.
Мы идти не привыкли без риска.
Повернув за крутой поворот.
Спой ещё о придуманном мире.
Где у бога улыбка гроза.
Где главнее солдат командиров.
И от смеха лишь льется слеза.
Ты явилась ко мне с ниоткуда.
И уходишь теперь в никуда.
Догорает свидания минута.
Как свеча у ночного окна.
В каком краю, найду я свой приют.
В каком краю, найду я свой приют.
И птицей раненной, прорвусь сквозь серость неба.
И сердце пусть, тугой сжимает жгут.
Но я лечу туда где сто лет не был.
Я много лет не видел день рожденный.
Лишь только ночь вливалась тихо в дом.
Я всем твердил, что я заговоренный.
Когда стекал с краев бокала ром.
Я как лимон, я жду последней капли.
Как будто в плоть, тугая впилась цепь.
В потоке вод сберечь бы свой кораблик.
И вновь приплыть туда где дремлет степь.
Там тишина, лишь шум прозрачных волн.
Развеет боль в залатанной глуши.
Весь этот мир он как стакан наполнен.
Всем тем что есть в запасе у души.
Лишь в том краю без вышек и ворот.
Где часовой не целиться всем в спину.
Туда уйду, совью из тайны странствий плот.
И проплыву, уйдя от бед в долину.
Ты не ищи, себя среди руинов.
Ты не ищи, себя среди руинов.
Ослабла ты, твоё лицо в пыли.
Твоя печаль как книжная былина.
Свой щурит глаз, бьёт в сердце до крови.
Труб едкий дым, чернее самой ночи.
Отравит свет, в заоблачной дали.
Не сходит боль, с усталых рук рабочих.
Сжимая в них, со ржавчиной рубли.
Покрылась льдом, земля забытых улиц.
Их серый взгляд, заставит содрогнуть.
И поздно все, под бой часов проснулись.
И не спешат продолжить старый путь.
Свой красный плащ, порвала ты на тряпки.
И наплевав, на все слова в укор.
Сняла с гвоздя изношенные лапти.
И вышла в них, в сожженный веком двор.
Ковала серп, ты молотом могучим.
В рассвете красном, держала их в руках.
Среди держав, старалась быть всех лучше.
Идя на смерть, с болью на висках.
И всё ж нашла себя среди руинов.
И умерла, но дух твой все же жив.
И по следам проедут лимузины.
Где ты прошла, свой путь что был огнив.
Бессонная ночь.
Бессонная ночь опустила.
Свои руки на плечи мои.
Для чего ты меня разбудила.
Разожгла старых свечек огни.
И в объятьях безмолвного эха.
Отзовётся год прожитый вновь.
Толи горечь, а может утеха.
Что за счастье сбил руки все в кровь.