Шрифт:
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Глава первая
Когда к Айку Такеру приехал незнакомец, он как раз чинил свой мотоцикл. Солнце было в зените, и земля на заднем дворике заправки «Тексако» прогрелась так, что жгла ноги. Яркие блики плясали на полированном металле.
— К тебе пришли, — сказал Гордон.
Айк опустил гаечный ключ и посмотрел на своего дядю. На Гордоне были засаленный комбинезон и бейсболка с эмблемой «Гигантов». Он стоял на заднем крыльце, прислонившись к косяку, и в упор смотрел на Айка.
— Ты что, оглох? — Гордон, конечно, имел в виду и «язык проглотил» тоже. — Я говорю, к тебе пришли, хотят что-то рассказать про Эллен.
Айк вытер руки об штаны, взбежал на крыльцо и прошел мимо Гордона прямо в дом. Дом представлял собой одновременно бензозаправку и магазинчик. Айк шел вдоль полок с консервами и чувствовал у себя за спиной Гордона — рослого, плотного, кряжистого, как пень. Старики у стойки повернулись, чтобы взглянуть на Айка, и он знал, что, когда пройдет, они все равно будут смотреть ему вслед — на проволочную сетку от насекомых и просевшее крыльцо, где прятались от жары мухи.
На подъездной гравийной дорожке, возле насосов, прислонившись к белому «Камаро», его ждал парень. Айк подумал, что приезжий, вероятно, не старше его: лет семнадцать-восемнадцать. Айку было восемнадцать. В конце лета исполнится уже девятнадцать, но ему часто давали даже меньше. Он был невысок ростом — может быть, метр семьдесят пять — и худощав. Всего месяц назад по дороге в Кинг-Сити его остановил патрульный и попросил предъявить водительские права.
Айк с детства не бывал за пределами пустыни и обычно стеснялся всех неместных. А этот парень на дорожке был неместный. Он был одет в бледно-голубые джинсы и белую рубашку. В массе светлых курчавых волос виднелись поднятые надо лбом дорогие солнечные очки. К крыше «Камаро» были привязаны две доски для серфинга.
Айк оторвал кусок от одной из газет, что валялись при входе, и еще раз вытер руки. Приезжий уже собрал вокруг себя небольшую толпу. Возле машины вертелись мальчишки — дети Хэнка из дома напротив; две собаки Гордона, крупные рыжие дворняги, подошли обнюхать шины. Кое-кто из сидевших за стойкой вышел вслед за Айком. Теперь они стояли у него за спиной, опершись на перила и вглядываясь в полуденный жар.
Парню было не по себе. Когда Айк и за ним Гордон спустились по ступенькам, он отошел от машины и сказал:
— Я ищу родных Эллен Такер.
— Так ты их нашел. Вот он, разве не похож?
Это сказал Гордон. Айк услышал, как двое стариков у него за спиной хмыкнули.
Еще один прочистил глотку и сплюнул на гравий. Айк и приезжий парень смотрели друг на друга. У парня пробивались светлые усики, на шее поблескивала золотая цепочка.
— Эллен что-то говорила про брата…
— Я ее брат.
Айк так и не бросил обрывок газеты. Он чувствовал, как потеют ладони. Эллен ушла почти два года назад, с тех пор он не видел ее и ничего о ней не слышал. Не в первый раз она вот так исчезала, но теперь сестра была взрослая — на год старше Айка — и вряд ли когда-нибудь вернется в Сан-Арко.
Парень смотрел на Айка так, словно был чем-то смущен.
— Она говорила, что ее брат — байкер, что у него улетный снаряд.
Гордон громко расхохотался.
— У него есть мотоцикл, — проговорил он, — там, на заднем дворе, самый крутой супербайк в округе.
Гордон еще раз посмеялся собственной шутке.
— Он на нем, правда, катался всего один раз. Ну, малец, давай, расскажи ему, — обратился он к Айку.
Младший брат Гордона торговал мотоциклами в Кинг-Сити, и по выходным Айк работал в его магазине. Свой мотоцикл — культовый харлеевский «Наклхед-36» — Айк по винтику собирал собственными руками. Но он только раз попробовал на нем проехать и свалился на гравий, разодрав себе педалью лодыжку.
Айк не обращал внимания на Гордона. Он все смотрел на незнакомца и думал, как это похоже на Эллен — выдумать такую вот дурацкую историю. Она никогда ничего не говорила прямо, как есть. Считала, что это слишком скучно. А рассказывала она хорошо, но Эллен все умела делать хорошо, только вот держаться подальше от неприятностей у нее никак не получалось.
— Так ты ее брат? Единственный? — разочарованно спросил приезжий.
Он посмотрел, как одна из собак мочится на заднее колесо его «Камаро», потом снова повернулся к Айку.
— Я же говорю — вылитый, — повторил Гордон, — если у тебя есть что сказать про Эллен Такер, валяй, выкладывай.
Парень уперся руками в бедра. Несколько мгновений он глядел на дорогу, которая вела из городка к границе штата. На эту дорогу смотрел Айк в тот день, когда уходила его сестра. Сейчас он снова не мог отвести от нее глаз, словно ждал, что на ней вдруг появится Эллен, сотканная из пыли и света, и пойдет к нему, с трудом таща в руке тяжелый чемодан.
— Твоя сестра была в Хантингтон-Бич, — выговорил приезжий, словно наконец на что-то решившись. — Прошлым летом она поехала в Мексику. Не одна, с парнями из Хантингтона. Парни вернулись. Она нет. Я пытался выяснить, что случилось, — он помедлил, глядя на Айка, — и не смог. Вся штука в том, что парни, с которыми уехала твоя сестра… не слишком-то хорошая компания. Да и слухи поползли не очень-то…
— Какие еще слухи? — спросил Гордон.
Незнакомец помолчал, но на вопрос не ответил.
— Я рванул сюда, — сказал он наконец, — боялся дальше с этим тянуть. Я знал, что у Эллен здесь семья, слышал, как она говорила про брата-байкера, и подумал…
Он не закончил фразу и передернул плечами.
— Черт, — Гордон сплюнул в придорожную пыль, — такты подумал, что ее мощный братан с этим разберется? Это ты не по адресу, приятель. Может, тебе стоит рассказать свою историю копам?
Приезжий покачал головой.
— Это навряд ли.
Он опустил на глаза очки и повернулся, собираясь сесть в машину. Одна из собак вскочила и просунула лапы в открытое окно; он прогнал ее.
Айк оставил Гордона и подошел к машине. Солнце палило спину. Он заглянул внутрь и увидел в очках незнакомца свое отражение.
— Это все? — спросил он. — Все, что ты хотел сказать?
Очки отвернулись от него. Парень смотрел прямо перед собой на приборную доску. Наконец он потянулся к бардачку и достал оттуда обрывок бумаги.