Чтение онлайн

— Слышь, фраер, гони лопатник, часы и мобилу — целым останешься!

— Ладно, — согласился инженер и вместо ключей вынул из кармана электрошокер.

Щелчок и треск разряда. Гопник, выронив нож, затрясся и завыл, опрокинулся навзничь и принялся извиваться в пыли. Секунд через восемь Данила отпустил кнопку и отсоединил от прибора использованный метательный картридж. Грабитель перестал дергаться и тонко поскуливал, на его спортивных трениках появилось темное пятно, запахло мочой.

— Лопатник, говоришь? Че ты еще там хотел, а то я запамятовал?

В этот момент он не услышал, а скорее почувствовал движение за спиной. Обернулся — так и есть! Высокий тип в плаще с капюшоном появился невесть откуда, ведь за миг до того двор был совершенно безлюден, и теперь несся к Даниле, всем своим видом показывая, что не намерен ни о чем говорить.

Данила резко выбросил в его сторону руку с элекрошокером — да куда там! Тип в капюшоне оказался удивительно быстрым, электроды пролетели мимо цели, а в следующий момент электрошокер, выбитый из руки ловким приемом, упал на асфальт. Попытка провести контрприем контроля над кистью противника удался со знаком «минус», Данила не успел и глазом моргнуть, как сам оказался в жестком захвате и понял, что противник не только намного ловчее в плане драки, но еще и физически гораздо сильнее. Исчерпав свои возможности самозащиты, инженер попытался позвать на помощь, но тут ему в челюсть прилетел кулак в матерчатой перчатке, и на этом драка закончилась.

[1] Теорема из курса высшей математики о существовании предела у функции, которая «зажата» между двумя другими функциями («милиционерами»), имеющими одинаковый предел. Название теоремы происходит из того факта, что если два милиционера держат между собой преступника и при этом идут в камеру, то заключённый также вынужден туда идти.

Первым, что увидел Данила, открыв глаза, были широкие кроны огромных деревьев, сквозь листву которых пробивались редкие лучи света. Воздух свеж и прохладен, где-то рядом журчит ручей, ноет челюсть…

Он украдкой, не поворачивая головы, обвел вокруг глазами, сколько позволяли глазницы. Ничего похожего на дома, один лес, и Данила мог бы поклясться, что ни в ближайшем от его дома парке, ни вообще в любом парке города таких деревьев нет. Нападающий, видимо, увез его куда-то в лес… Хреновая примета. С другой стороны, руки вроде бы лежат на траве по обе стороны тела и не связаны. Если тот мудак в капюшоне где-то рядом, надо как-то сориентироваться и улизнуть.

Данила медленно и осторожно повернул голову направо. Никого. Повернул налево — и сразу же встретился взглядом с тем самым типом в плаще. Вот только капюшон свой он снял, и инженер сразу же понял, что перед ним — не белый, не азиат и не негр. Кожа бледная, глаза черные, без радужки и белка, волосы черные, как смоль, длинное узкое лицо… Короче говоря, этот мудак вполне мог бы играть аристократа-вампира в кино, если бы не торчащие в стороны остроконечные уши длиной сантиметров так по двенадцать каждое.

Пока Данила судорожно соображал, что это за чертила перед ним, тот заговорил низким негромким голосом, четко и раздельно произнося слова.

— Я не понял ни слова, что ты мне сказал! Какого лешего тебе от меня надо?!

Длинноухий печально вздохнул и сделал еще пару попыток, но Данила не узнал ни единого слова, ответные попытки показали, что похититель не понимает ни по-русски, ни по-белорусски, слова «борщ», «сало» и «вареныкы» — по-украински Данила знал только эти три — ничего для него не значат, по-английски не спикает, по-немецки не шпрехает.

Убедившись, что вербальный диалог невозможен, похититель встал и довольно понятным жестом велел Данила подниматься.

— Отвали, урод! Я никуда с тобой не пойду!

Идея грубо отвечать, сидя на земле напротив стоящего противника, оказалась так себе, потому что Данила сразу же получил сапогом — мягким и эластичным, к счастью — в лицо, несильно, но вполне доходчиво. Валандаться с ним длинноухий явно не собирается, электрошокера нету, связка ключей из кармана пропала, сопротивление без оружия бессмысленно. Пришлось подчиниться. Похититель жестом указал направление и они двинулись туда, Данила спереди, тот — чуть сзади.

Чем дальше, тем хреновее становилось предчувствие. Где возле Минска есть такой дремучий лес, инженер даже не представлял, что за черт этот мудила — тем более, похож, паскуда, на эльфа, но надежды на то, что вот сейчас они выйдут на поляну с переодетыми ролевиками и те закричат «шутка, чувак!» — не питал совершенно.

А когда они вышли на опушку, с которой хорошо обозревалась половина неба с едва заметной, но крупной зеленой луной у горизонта, Данила осознал, что на самом деле все гораздо хуже, чем он мог себе представить.

— Сукин сын! — завопил инженер, повернувшись к эльфу и тыча пальцем в луну, — что это, мать твою, такое?! Куда ты меня приволок?!

Вместо ответа тот отвесил смачную оплеуху, Данила в бешенстве, смешанном с ужасом в равной пропорции, бросился на противника, размахивая кулаками. Секунд через десять он оказался на земле, глотая воздух: слепой гнев и в мире не советчик, и в драке не помощник, особенно против смыслящего в кулачном бою оппонента.

Эльф выждал минуту или две, давая Даниле прийти в себя, затем пинком заставил подняться на ноги и погнал дальше.

Путь их лежал через небольшую, километра три в поперечнике, низину, на той стороне которой темнел еще один лес.

Устало переставляя ноги, инженер мучительно пытался сообразить, как он тут оказался, или найти хотя бы один признак того, что на самом деле он спит и вся эта чушь ему снится. По всему выходило, что эльф непонятно как и непонятно зачем уволок его в свой мир. Спрашивается, нафига? Богам в жертву, что ли?! Вопрос номер два — что дальше делать? Идти, куда ведут, или?.. Против кого не потянуть в открытом бою, того можно хитростью одолеть. Споткнуться, упасть, сделав вид, что ногу вывихнул, набрать песка в кулак… Одна проблема: а что потом? Данила понимал, что шутки кончились: уши и глаза себе намутить как у эльфа — вопрос плевый, резина и контактные линзы в помощь. Но вот зеленую луну на небе не повесишь и не нарисуешь. Более доходчивого доказательства, что он уже не в Минске и даже не на Земле, нельзя и представить. И если Данила отделается от похитителя — куда бежать? Как вернуться обратно?! И потому, как ни крути, а придется делать, что велят. Вдруг все это какая-то ошибка и Данилу, когда все выяснится, вернут обратно?

Когда они прошли примерно треть пути, эльф внезапно хлопнул его по плечу. Данила обернулся и увидел, как на опушке появились странные существа, отдаленно похожие на невысоких кентавров с короткой, толстой, уродливой горизонтальной частью. С такого расстояния инженер их рассмотреть не смог, но зажатое в руках оружие все же увидел.

Из оцепенения его вывел похититель, заоравший на ухо жутким, чтоб не сказать душераздирающим голосом, с очень красноречивой экспрессией махнул рукой в сторону дальнего леса, и в этих непонятных словах и жесте Данила без труда угадал короткую, простую и страшную команду.