Чтение онлайн

— Хозяин, я нашла в ваших вещах странную монетку, — из главной комнаты раздался голос удивлённой Ады, которая раскладывала привезённые вещи.

— Что такое? — Ланс оторвался от своих размышлений и посетил свою рабыню, которая сидела среди чемоданов.

— Монетка, — рыжая полуэльфийка не соврала и действительно показала золотую монету.

— А, понятно. Это от наставницы осталось, — спокойно ответил Ланс: после трёх суток в борделе чего только он не находил в своих карманах.

— Она с вами встречалась недавно?

— Да, я по долгам с ней расплачивался. Она мне очень помогла.

— Понятно. А почему чеканка такая странная? Может это фальшивка?

— Очень вряд ли… — протянул Ланс после чего начал очередную лекцию.

Монеты, которыми расплатилась Алгиренда, точно не были фальшивыми, золото настоящее, и в любом банке в любом из городов эти деньги с радостью примут. Но чеканка действительно смущала, ведь подобные надписи и рисунки уже как пять веков не используются.

Впрочем, золото всё равно остаётся золотом. Порой в Эдеме встречаются монеты возрастом и в тысячи лет, всё же Эдем стоит с сотворения миров. Этими старыми деньгами даже можно расплачиваться, правда у простого люда подобное вызывает недоумение. Вроде знак Этия вполне знакомый, а дизайн какой-то странный и что это герб рода, которых их отлил? Разве такой род сейчас есть среди лариосов Сароса? Гражданин идёт к соседнему магазину, спрашивает другого гражданина, ему отвечают, что тоже первый раз видят подобное.

Поэтому аристократы, которые нашли на своём чердаке старые сбережения возрастом в века, при нужде относят их в банк, где их обменивают на актуальные монеты, на которых красуются современные символы новых родов, ставших достойными подобной чести взамен старых. Сданные деньги отправляются на переплавку. Хотя чаще подобные реликты всё же отправляются коллекционерам, которые дают куда больше. Да и переплавлять необязательно, в хранилищах того же Халсу’Алуби наверняка покоятся горы древних монет, но он же не будет ими расплачиваться в местном борделе. А высшая аристократия опять же поголовно маги, которые могут жить веками. Многим главам семей среди высшей аристократии за тысячу давно. Старинной чеканке они не удивятся, в отличии от тех же людей без дара к магии, у которых поколения сменяются каждые двадцать лет. И также стоит понимать, что высшая аристократия хранит свои основные сбережения не в монетах.

Подобный подход с внушительным количеством разных монет может показаться расточительным и глупым, ведь куда проще было сделать один тип монет, чеканкой которых бы занималось, например, духовенство на всех землях. Но экономика внутри Эдема не такая простая как может показаться. И золото здесь в разные времена стоит ой как по-разному. Как минимум поэтому приходится заниматься переплавкой для удобства использования простым народом, который в некоторые годы и на одну золотую монету накопить не мог. Бывало даже так, что серебро стоило дороже чем золото.

А ещё все земли Эдема очень сильно держались за свою свободу и независимость. Одно дело признавать власть Гильдии и духовенства. Это понятно. Но с какой стати житель Орта Миос должен использовать чеканные монеты с гербом каких-то там южан? Да и вообще, единое экономическое пространство с этими тупыми ничего не производящими южанами будет идти в ущерб интересам трудолюбивых жителей пещер.

Поэтому монеты одних земель отличались от других. И отличались не только количеством в них серебра или золота, но и стоимостью даже при одинаковом весе и одинаковым составе. Ситуацию спасал только стандарт Этия, который упрощал жизнь простым смертным, но не более того.

Порой ситуация с деньгами могла доходить и до абсурда, потому что стоимость монет пусть и частично привязывалась к металлу, но во многом держалась как на экономике конкретных земель, так и на чуть ли не чистой вере, например, тех же эльфов в свою исключительность. Поэтому порой можно было одну условную серебряную монету весом пять граммов сделанную в Акероне, обменять на две таких же серебряных монет, но уже изготовленные в Саросе, в котором случился неурожай. Поэтому многие аристократы и предпочитали работать на одних землях, а жить на других. И справедливости ради стоит заметить, что пусть экономическое положение Сароса и считается самым плачевным, но зато еда там самая дешевая и доступная.

И отсюда можно плавно переместиться к вопросу о ресурсах, которые, как все знают, делятся на возобновляемые и на невозобновляемые. С первыми вопросов в принципе не так много, та же древесина, бумага, еда — всё это не кончается, как и питьевая вода.

А вот со вторым уже всё несколько сложнее. Ведь сам Эдем довольно маленький мир, ограниченный аномалией, существует он с первых времён. Так собственно, что там копают гномы всё это время? К тому же плотно населённые города Эдема вмещают в себя миллионы смертных, которые только потребляют и потребляют. И потребляют они гораздо быстрее, чем некоторые ресурсы, те же руды, заменяются естественным путём.

Ну, во-первых, нужно отметить роль переработки. С учётом дефицита буквально всего, в том числе даже возобновляемых ресурсов, переработка в Эдеме развивается куда лучше других направлений. Однако эффективность её не может равняться ста процентам, а некоторые жизненно важные артефакты и вовсе переработать невозможно, их только утилизируют и заменяют новыми.

Во-вторых, гномы приносят из своих шахт ресурсы всегда и в почти любое время. Ведь ветра Этия покрывают не только наземные территории, что и логично, иначе бы кто-то уже додумался выкопаться из этого «райского» места.

Однако, как и в случае попытки наземного перехода, или в случае постройки фортов около Черты, аномалия жёстко бьёт под дых местных за любую попытку покинуть границы мира. Стоит прокопаться слишком глубоко или слишком далеко, сразу же начинаются обвалы и землетрясения, порой в туннель и поток лавы вдруг ударить может.

В результате разработанные шахты заваливаются и погребают живьём рудокопов. Тогда гномы начинают разбирать завалы, но вместо того, чтобы найти там изуродованные тела, они чаще встречают монолитную стену из горной породы. Они сверяются с картами, убеждаются в том, что ошибки быть не может. Но их туннели, тела и инструменты — всё исчезает ровно так же, как и на других границах. В Анхабари смертные появляются из миражей, на севере из снежных бурь, на порт Атес опускается плотный серый туман, а под землёй… Что появляется точно сказать никто не может, потому выжившие в основном даже не видят, а слышат о начале завале.

После гномы разрабатывают новые шахты по тем же чертежам, но находят совсем другие жилы. По этой причине поступление полезных ископаемых в Эдеме очень сильно зависит от всё той же благосклонности ветров Этия. И как уже говорилось, никакой закономерности в этом нет. Только на памяти относительно молодого Ланса был такой случай, когда склады переполнились углём, в ущерб всему другому. Колоссальный дефицит сильно подкосил стабильность Эдема, а там ещё и Свободный снова пришёл…

Вот как-то так ситуация с ресурсами и обстояла. Ещё можно вспомнить о том, что попаданцы приходят в мир не с голыми руками. Порой встречаются и воины в снаряжении. Это снаряжение тоже потом можно собирать и перерабатывать, но всё же это скорее капля в море. Потому что той же стали в виде мечей и пластин брони таким образом приносится попаданцами довольно мало в сравнении с огромными нуждами всего Эдема, а всякие сложные артефакты после переноса обычно ломаются и становятся безделушками. Да и большинство гостей, которых приносят ветра Этия, всё же являются различными неразумными тварями и животными, а не закованными в латы рыцарями.